- Если этот Воскрешающий камень вообще всё ещё существует… Вряд ли его было бы достаточно. Мне очень жаль, Гарри… Но ты не должен отчаиваться, – Дамблдор вновь лилейно растянул сухие губы в широкой улыбке. – Я обещал тебе попр…
- Я помню, – понуро отрезал Поттер, пресекая дальнейшие попытки внушить ему очередную порцию лжи о попытках найти способ облегчить или хоть как-то улучшить его участь.
Не сказав больше ни слова и даже не собираясь слушать то, что, возможно, ещё мог сказать ему Дамблдор, Гарри с трудом поднялся, будто кто-то вдруг высосал из него всю жизненную силу, и, еле переставляя свинцовые ноги, медленно побрёл к выходу. Ему было всё равно, что его поведение сейчас могло быть истрактовано, как абсолютно бестактное и неуважительное по отношению к человеку намного старше и мудрее его самого. Всё равно, что подумает о нём Дамблдор, который в одиночку вот уже несколько месяцев рыщет по всему Свету в поисках этих треклятых крестражей, невзирая на то, что силы явно покидают его старческое тело куда быстрее, чем тот хотел бы показать на самом деле. В то время как сам Гарри…только и делает, что пытается брать от жизни всё и выясняет свои отношения с Малфоем. И уж тем более, ему было в этот момент абсолютно безразлично: что подумают о нём друзья, если вдруг узнают об этих самых отношениях! Всё, что действительно волновало сейчас Поттера, так это один-единственный вопрос: сколько ещё счастливых минут им отведено с Драко? Он вышел из кабинета директора, очень тихо прикрыв за собой дверь. Дамблдор его не окликнул и не стал ни в чём разубеждать. И Гарри был ему за это благодарен. Хогвартс был погружён в сонную тишину. Даже приведений сегодня непривычно не было нигде слышно. Странно, но сна у Гарри не было ни в одном глазу, хотя в висках и лобной доле неприятно ныла тупая боль от переутомления. Рассеяно глядя в одну точку перед собой, он как-то добрёл до главной лестницы. Руки его безвольно болтались вдоль тела, а ноги переступали чисто автоматически. Куда теперь? В Гриффиндор? Он коротко вздохнул и поморщился. Интересно, а Драко спит? В груди Гарри разлилось блаженное тепло при одной только мысли о Драко и о том, как им однажды посчастливилось провести вдвоём всю ночь, пусть даже под сводами Больничного крыла… Захваченный мыслями о Драко, Поттер даже не заметил, как ноги сами понесли его от директорского кабинета вниз, в сторону подземелий. Уже пройдя большую часть пути, до него внезапно донеслись приглушённые отзвуки знакомого – самого нужного и важного сейчас! – голоса Драко. Его он не спутает ни с кем! Вот только его интонация отчего-то...настораживала и даже немного...пугала. Сердце Гарри радостно и бойко встрепенулось в груди, а зелёные глаза широко распахнулись, всматриваясь рыщущим, нетерпеливым взглядом в сонное, погружённое в полумрак пространство вокруг него. Бросившись к широким перилам, он лёг на них грудью и постарался определить: откуда доносятся звуки родного голоса. И уже через мгновение увидел у самого изножья лестниц две светлые, похожие как две капли воды, макушки.
- Отец, пусти! – вдруг громче прежнего воскликнул Драко, пытаясь безуспешно вырвать из цепких, жёстких пальцев Люциуса свой локоть и упираясь изо всех сил, скользил ступнями по каменному полу. – Что ты делаешь? Да что с тобой?! Пусти меня, отец! – продолжал просить Драко, будто действительно не имел ни малейшего понятия: в чём же он успел так провиниться.
Откровенная паника в голосе Драко резанула Гарри по ушам, как ножом. Стараясь ступать как можно тише и перепрыгивая местами сразу через несколько ступенек, он заторопился спуститься вниз, к холлу первого этажа, пока лестницы не начали передвигаться. И чем ближе Гарри был к своей цели, тем больше нарастало в его груди, словно снежный ком, предчувствие какой-то ужасной беды и неприятным гнетом давило на сердце. Малфой-старший остановился так неожиданно и резко, что Драко даже на какое-то время умолк, забыв о своих причитаниях.
- Что со мной?! – практически взвизгнул Люциус, возмущённо и до жути страшно заглядывая сыну в глаза, но, вовремя справившись с собой, отвернулся.
Его бледное лицо исказила гримаса злости, но Драко этого уже не видел, так как отец продолжил позорно тащить и практически волочить его за собой к выходу из замка.
- Отец, – взмолился Драко, попробовав сменить крики на более хитрый приём. – Прошу, скажи хотя бы: зачем нужна такая спешка и куда ты меня тащишь?
Гарри ускорился, надеясь только на то, что на фоне оглушающей тишины пустынного Хогвартса, его «слоновий» топот не будет слышен двум препирающимся Малфоям. Приблизившись на максимально безопасное расстояние, он притаился за последним поворотом, ведшим в главный коридор и общий холл замка, и прижался спиной к стене. Длинно выдохнув через рот, Гарри задержал дыхание и, стараясь игнорировать стук бьющего в «набат» сердца, изо всех сил напряг слух.
- Мы возвращаемся в Мэнор. Немедленно! – совсем близко и отчётливо прозвучало гневное сопение Люциуса.
- Как? Но…Почему? – оторопело произнёс Драко и даже забыл, что нужно сопротивляться.
Люциус нетерпеливо дёрнул сына за локоть и тот инстинктивно, почти безвольно, прошёл за ним пару шагов, но, опомнившись, вновь стал отчаянно противиться.
- Отец! Но я ведь только вчера вернулся!
- Я сказал НЕМЕДЛЕННО! – не заботясь о нарушаемом покое замка, во всю глотку заорал Люциус с несвойственной ему горячностью и несдержанностью. – Да как смеешь ты перечить мне?! – возмущённо процедил он, едва шевеля губами от рвущегося из него гнева.
Гарри даже не заметил, когда в его руке появилась волшебная палочка. Готовый выскочить на помощь Драко в любую секунду, он тяжело дышал от волнения и прижимался щекой к холодной каменной кладке могучей стены.
– Возвращаемся! – рявкнул Люциус и покрепче перехватил руку сына, но, неожиданно затормозив, многозначительно добавил: – Ты нужен…там!
- Что-то случилось? – теперь Драко сам схватил отца за рукав мантии и заметался взглядом по его застывшему, бледному лицу. – У нас…кто-то..?
Люциус отрывисто мотнул головой, и Драко, испугавшись собственных мыслей, крепче стиснул отцовское предплечье.
- Что-то с...мамой? – голос его при этом взлетел на пару октав вверх и был пронизан искренней тревогой.
Выражение лица Люциуса в тот же миг просветлело, словно он, наконец, нашёл выход из сложившейся ситуации, а во взгляде появилась невиданная до этого момента мягкость и глубокая скорбь.
- Что с ней? – требовательно спросил Драко, и его острый кадык дёрнулся, проталкивая в горло, так и не высказанные им, самые страшные предположения о состоянии матери.
Люциус, наконец, выпустил локоть сына и, словно желая утешить или извиниться за свой грубый порыв, вскользь провёл по нему ладонью вниз до самой кисти. Плечи лорда Малфоя-старшего медленно расправились, выставляя напоказ красивую, массивную фамильную брошь, скалывающую ворот тяжёлой походной мантии, а поза источала холодное достоинство и смирение перед настигшей их семью Судьбой.
- Драко, я не хотел тебе этого говорить, пока мы здесь… – по-отечески вкрадчиво начал Люциус и, для пущей убедительности, страдальчески насупил брови.
Губы Драко приоткрылись, но с них так и не слетело ни звука, будто он хотел поторопить отца с ответом, но в то же время очень боялся его слов.
А когда Люциус, идеально влившись в свою трагическую роль, всё же «решился» взглянуть на сына, его серые, проникновенно печальные глаза источали столько невысказанной боли, что у Драко не осталось никаких сомнений: с мамой действительно случилось что-то серьёзное, и отец, видимо, обезумел от горя!
– Твоя мать…очень плохо себя чувствует, – в одно неуловимое мгновенье Люциус изменился до неузнаваемости: ссутулился, как дряхлый старик, сжимая обеими руками свою трость, а на лице отразилась плохо скрываемая мука.
- Но ведь, когда я уезжал…
– Мы очень нужны ей, Драко. Прямо сейчас. Понимаешь? – сунув трость подмышку, Люциус положил обе руки на плечи сына и с надеждой заглянул в его лицо. – Пойдём со мной! Всё, о чём она просила меня весь вечер, это чтобы ты побыл с ней, хотя бы немного...
Драко как-то сразу сник, так что остаток фразы отца слушал лишь вполуха. Против желания больной матери ему было нечего противопоставить.
- Нам нужно спешить, – заторопил несопротивляющегося сына Люциус, торжествующе сжимая его худые плечи. – Твои вещи позже доставят с эльфами. Я распоряжусь.
- Но, – Драко вскинул на отца глаза и зачем-то растерянно заозирался, будто надеясь найти кого-то. – Я ведь никого не предупредил, что собираюсь…