- Драко, это я… – осторожно произнёс Гарри, видя, что тот впал в некий ступор, и сделал ещё один маленький шаг вперёд, полностью выходя из тени.
Малфой ещё с мгновенье затравлено всматривался в полумрак, а затем его красивые, искусанные и чуть припухшие губы приоткрылись и беззвучно выдохнули заветное: «Гарри…».
- Гарри! – уже в голос повторил он и его острый кадык судорожно дёрнулся. – Гарри…
Драко кинулся к нему навстречу, налетев порывисто и необратимо, как ураган, и с разбегу заключил в объятия, сжав его в кольце рук с такой невероятной силой, что у Поттера потемнело в глазах и, казалось, жалобно хрустнули рёбра.
- Ты здесь?! Но как ты… Гарри! Я не знаю… Не знаю, что делать… – захлёбываясь, лепетал Драко и отчаянно цеплялся за его надёжные, жилистые, но в то же время, по-юношески, угловатые плечи холодными, как лёд, длинными пальцами.
- Моя мать…она…не здорова. А отец… – шумно дыша в шею немного опешившего Поттера и вжимаясь в него всем своим телом, Драко и сам не заметил, как они оказались у ближайшей стены.
- Я слышал, – крепко стискивая Драко в объятиях, прошептал ему на ухо Гарри и прижался губами к мокрым волосам, с которых всё ещё капала вода.
- Ты был там? – Драко задрал голову, поражённо и растерянно округлив глаза.
- Да, – кивнул Поттер и, не выдержав его трогательного взгляда, прижался на мгновенье к его приоткрытым губам своими.
- У нас совсем мало времени? – с горькой улыбкой спросил он, нехотя разрывая поцелуй.
Казалось, напоминание об этом доставило Драко неподдельную, почти физическую боль, и он вновь усилил объятия, пряча лицо на чужой груди.
- Что же теперь делать?
- Тише, тише, Драко… – неумело стал утешать его Поттер, гладя по влажным, шелковистым волосам, и, потираясь о них щекой, с силой жмурился от боли в его голосе, потому что воспринимал её, как свою собственную.
- Драко, я здесь! Я с тобой! Слышишь? – как заведённый, продолжал твердить он, проводя горячими ладонями по беспокойно и часто вздымающейся спине Малфоя.
Судорожно пытаясь сообразить, что же им теперь делать, Гарри беспощадно комкал в кулаках рубашку Драко и прижимал его к себе всё теснее и теснее, будто мечтал растворить в себе, чтобы только не расставаться снова. Но отведённые им секунды беспощадно ускользали, как песок сквозь пальцы, и их, как обычно, было невозможно мало…
- Гарри… – с болью в голосе проговорил Драко и, проглотив подступающие к горлу слёзы, протестующе замотал головой. – Я не хочу… Не хочу уезжать!
Длинная, вздыбленная и всё ещё мокрая чёлка Малфоя, неприятно хлестала обоих по лицам потяжелевшими от воды прядями, оставляя на коже влажные, холодные полосы и размывая на намокших линзах очков Поттера заветный образ Драко. Приобняв Драко одной рукой, Гарри наспех снял очки и, пихнув их в карман, прижал обе ладони к его нежным и бледным, как мел, щекам, мягко отстраняя от себя дорогое лицо.
- Драко, успокойся, – почти строго попросил его Поттер, хотя его собственное сердце при этом горестно сжималось и рвалось на части. – Прошу тебя, открой глаза, взгляни на меня.
Малфой медленно, нехотя, поднял веки, но тут же пристыженно попытался отвернуться. Поттер погладил его скулы большими пальцами и чуть отклонился в сторону, заглядывая в его глаза.
- Хочешь, я поговорю с Люциусом? – не сдержавшись, Гарри коротко прижался к его нахмуренному лбу губами.
- Ты плохо знаешь моего отца… – непослушными, яркими губами прошелестел Драко и его глаза сделались ещё печальнее.
Гарри не мог этого выдержать.
- Я знаю достаточно! Мы сейчас вместе пойдём и расска…
- Нет, Гарри. Нет! – Малфой выпрямился, как по команде, и, взяв себя в руки, упёрся обеими ладонями в его грудь, впечатывая в стену. Он себе не простит,если отец навредит Гарри!
– Отец даже слушать ничего сейчас не станет. Ты же видел, то есть…слышал, – поправил он сам себя, – как его подкосила болезнь матери? Он не в себе, Гарри! Я поеду.
Драко быстро шмыгнул немного распухшим, курносым носом и серьёзно кивнул. Казалось, весь его страх внезапно улетучился, оставив только твёрдое желание не сделать ещё хуже.
- Поеду и найду подходящий момент, чтобы всё им объяснить и рассказать «правильную версию», – Гарри подозрительно насупился. – Не смотри на меня так. Это не так просто, как кажется, поэтому, пожалуйста, – Драко умоляюще заглянул в зелёные глаза, – не спорь и позволь мне хотя бы смягчить…обстоятельства. А возможно, я просто узнаю, что с мамой, побуду немного с ней и вернусь обратно.
- Драко, давай лучше вместе? – пропуская мимо ушей его последнюю фразу, попробовал настоять на своём Поттер. Ему жутко не нравилось то, что Драко решил взвалить всю ответственность исключительно на свои плечи. – Ты же понимаешь, что я здесь с ума сойду, не зная, как ты и что с тобой!
- Не нужно, – Драко ласково накрыл его губы кончиками пальцев и впервые за это время улыбнулся. И хотя его улыбка вышла слабой и даже несколько вымученной, она всё равно отозвалась приятным теплом в груди Гарри.
- Я буду осторожен, – клятвенно продолжал заверять своего недоверчивого Поттера Драко, – И, при первой же возможности, пришлю к тебе с письмом какую-нибудь неприметную сову. Обещаю!
- Я примчусь сразу же! – серьёзно ответил Поттер.
- Это не понадобится, – мотнул головой Драко, мягко улыбаясь ему для пущей убедительности.
Он храбрился, хотя настроение его явно немного улучшилось. С одной стороны, он понимал, что горячность Поттера и его привычка «сначала бить, а потом спрашивать», могла бы им очень дорого стоить. Но с другой… Драко был безмерно благодарен Гарри за его готовность сделать всё это ради него – ради них! И безмерно счастлив, что теперь они законно принадлежат друг другу!
– Я вернусь раньше, чем ты успеешь соскучиться, – радуясь, что они смогут ненадолго разлучиться на приятной ноте, Драко обвил шею Гарри руками и стал поигрывать с его взлохмаченными волосами на затылке.
- Неправда, – лукаво усмехнулся Поттер, притягивая его за талию и неумолимо склоняясь к приоткрытым губам. – Ты ещё даже не уехал, а я уже…соскучился!
Намертво вцепившись в футболку Поттера, Драко рванул его на себя и, впечатавшись в улыбающиеся, сухие губы, сходу, голодно ворвался в его горячий рот своим юрким, неспокойным языком, отчаянно целуя и сладко постанывая от необычно обострившихся ощущений. Подаваясь навстречу волнующим движениям бёдер Драко, Гарри жадно шарил по его стройному, отзывчивому телу растопыренными, жёсткими пальцами, сминая упругие ягодицы и оглаживая гибкую спину. Чувствовал, как приятно распирает под ладонями грудную клетку Драко и как взволнованно и мощно стучит о рёбра его ускорившееся сердце. Затерявшись в страстном поцелуе, Поттер скользнул рукой к выпирающей ширинке Драко, но тот, неожиданно вспомнив о времени, нехотя увернулся и слегка отстранился.
- Прости, – зацелованными, вишнёвыми губами прошептал он и гулко сглотнул, пытаясь подавить какое-то дикое, не бывалое прежде по силе, возбуждение.
Гарри понимающе приподнял уголки губ, взял лицо Драко в ладони и, шумно дыша ртом, прижался к его лбу своим. Ему так много хотелось сказать Драко. Предчувствие неминуемой беды, что преследовало его в день расставания перед началом рождественских каникул, вновь заскреблось под рёбрами. Он хотел бы настаивать, требовать, а если понадобится, то и умолять, чтобы Драко никуда не ехал, но сейчас, после бессонной, изматывающей ночи, в глубине души он признавал, что не готов был бы противостоять Люциусу и дать ему достойный отпор. Да и что он мог сейчас предложить Драко? Отсиживаться в «Выручай-комнате», пока они не смогут открыть всем свои отношения? Пожалуй, Малфою это вряд ли понравилось бы. Да и к тому же, стоило ли растрачивать оставшееся им время? Ведь, если он победит Волан-де-Морта, то и открывать уже ничего не придётся... Нет. В Хогвартсе хоть и безопасно, но рано или поздно, Драко здесь всё равно найдут. Или… Упрятать его, как некогда Сириуса, в доме Блэков на Гриммо? Чтобы тот уже через месяц взвыл от скуки и просто сбежал? Тоже никудышний вариант... Гарри мечтал только о том, чтобы тот Свет, что дарил ему Драко, в нужный момент придал ему достаточно сил для самопожертвования и безропотного выполнения своего предназначения. Но главное, чтобы той части его собственной Магии, перешедшей вместе с кровью к Драко, оказаллось достаточно, чтобы уберечь его от всех бед до конца войны! «Ни один из них не сможет жить спокойно, пока жив другой…» – вспомнились Поттеру слова пророчества Сивиллы Трелони из разбитого хрустального шара в министерском отделе «Тайн», и он обречённо вздохнул. Нет, пока жив Волан-де-Морт, им некуда бежать. Негде прятаться. Да и не жизнь это будет вовсе. Так, существование! И он не посмеет обрекать Драко на что-то подобное! Должен был быть какой-то другой выход… Но голова Гарри упорно отказывалась работать. Поэтому он продолжал убеждать себя в том, что все его навязчивые страхи и предчувствия – лишь ложные тревоги. Ведь в прошлый раз Драко же к нему вернулся!? А если Нарциссе действительно нездоровится? Кто знает, как повернётся их Судьба в дальнейшем? Может им действительно придётся бежать. И, может быть…это последний шанс для Драко…попрощаться с больной матерью, если Гарри каким-то чудом удастся выжить и родители Драко не смогут впоследствии принять его Выбор? Имел ли он право так жестоко поступать с Драко и хоть на чём-то настаивать сейчас? Подобной подлости и низости по отношению к сыновним чувствам Драко не могла позволить себе даже та крохотная слизеринская частичка, что периодически поднимала в душе Поттера свою треугольную, змеиную голову и ехидно скалилась в лицо противоречивым обстоятельствам! «Он ВЕРНЁТСЯ! Драко обязательно вернётся ко мне!» – твёрдо заявил себе Гарри, крепко прижимаясь губами ко лбу Драко, и медленно открыл глаза. – Тебе пора, – внезапно севшим голосом произнёс он и, поглаживая его скулы подушечками больших пальцев, с трудом протолкнул в горло горький ком. Слегка повернув голову вправо, Драко обжигающе выдохнул в ладонь Поттера и на мгновенье прильнул к такому же, как у него самого, тоненькому, обручальному шраму.