Все трое сдавленно прыснули от смеха и за всё время их сумбурного разговора Гарри, наконец, почувствовал благодарность к Забини за определённую смелость – ведь даже его лучший друг Рон до сих пор шарахался при каждом упоминании Волан-де-Морта! – и за его попытку хоть как-то прийти к взаимопониманию. Они молча выпили, продолжая слабо улыбаться каждый своим мыслям, и Забини, обменявшись с Паркинсон взглядами, решил подвести итог:
- Итак, если вас, а точнее – тебя, Потер, устраивает наше условие, то, так и быть – мы с вами, чокнутые вы «гиппогриффы» – сверкнув белоснежными зубами, он внезапно выпрямился и протянул Поттеру свою большую раскрытую ладонь.
Гарри смерил Забини удивлённым взглядом и, неверяще моргая, упорно отгонял от себя ощущение дежавю, вспомнив, как так же внутренне колебался в тот злосчастный день, когда отверг дружбу Драко. И хотя сейчас ситуация была совершенно другой, он всё равно не мог перестать сравнивать и бояться очередного неправильного Выбора. Будто чувствуя или читая в глубине широко открытых глаз его смешанные эмоции, Блэйз понимающе приподнял уголок губ.
- Рад это слышать! – крепко пожимая в ответ руку слизеринца, Гарри широко улыбнулся и вдруг почувствовал, что, несмотря на недоумевающие взгляды, смотрящих на них ребят, сейчас произошло что-то…очень важное… Переломное. Судьбоносное. Действительно замечательное.
- Вот бы Драко удивился, увидев вас! – хохотнула Паркинсон, видимо, уже смирившись с тем, что ещё совсем недавно расстраивало её. Но, обратив внимание на, побагровевшего до самых кончиков ушей, Рона Уизли, взяла своё пиво и с коварной улыбкой добавила: – И, похоже, не он один!
Упоминание Драко мгновенно заставило улыбку Поттера расстроенно померкнуть. Неловко отпустив руку Забини, он немного замялся, борясь с желанием упереться локтями в стол и запустить обе руки в волосы. Но слизеринцы, без труда подметившие и сразу же разгадавшие его сменившееся настроение, уже цепко впили в него две пары горящих глаз и заняли выжидательную позицию.
- Так Он… – Гарри кашлянул в кулак, прочищая горло, и, всё же согнув одну руку в локте, провёл вспотевшими от волнения подушечками пальцев по наморщенному лбу. Почему-то у него не было сомнений, что его поймут правильно. – Он ничего не…
- Нет, – тут же нахмурившись, отрезал Забини и стал меланхолично водить пальцем над пламенем догорающей свечи.
- Ясно, – понуро пробормотал Гарри и залпом допил оставшееся пиво.
– Мы сами пробовали, – помолчав, снова заговорил Блэйз, – но все наши письма вернулись обратно.
Паркинсон вдруг стукнула по столу.
- Неужели в Мэноре даже безобидная почта под запретом?!
- А Он точно там? – с затаённой надеждой вскинул на неё взгляд Гарри. – Я слышал, что…в Дурмстранге.
Слизеринцы синхронно подавились смехом.
- Что я такого сказал? – насупился Гарри, буравя взглядом их насмешливые «рожи».
- Поттер, – Забини потёр лицо руками, с трудом беря себя в руки, – нафига Драко сдался бы этот Дурмстранг, когда у него дома настоящий Нурменгард!?
- Блэйзи, ты уже стихами заговорил – пива тебе хватит, пожалуй, – горько усмехнулась Паркинсон, срывая этикетку со своей бутылки.
- Нурмен...гард? – запинаясь, осторожно переспросил Поттер, не совсем понимая смысл сказанного.
- Это тюрьма, построенная Геллертом Грин-де-Вальдом, – на удивление спокойно стал пояснять Забини. – В которую его заточил Дамблдор, после их знаменитого поединка.
- И в которой он до сих пор заточён, – дополнила его краткую историческую справку Паркинсон.
Гарри поджал губы, силясь припомнить, рассказывал ли ему вообще когда-нибудь Дамблдор об этом Грин-де-Вальде, кроме того, что он и сам знал по общеизвестным фактам об этом Тёмном волшебнике, как Паркинсон вдруг наклонилась ниже к столешнице и подозрительно спросила:
- Кто такой Геллерт Грин-де-Вальд, надеюсь, объяснять не нужно?
- Не утруждайся, – издевательски растянул губы Поттер и отвернулся, неожиданно наткнувшись на невидимый из-под густой чёрной вуали взгляд необъятных форм колдуньи у противоположной стены трактира.
- И не надейся, Поттер, – высокомерно ответила Паркинсон, не желая оставаться у гриффа в долгу, и Гарри невольно отвлёкся. А когда снова перевёл взгляд на загадочную колдунью, та уже вновь смотрела на свою полупустую кружку с дымящимся напитком. С толикой досады Поттер повернулся обратно к слизеринцам и подумал о том, что так и не увидел: как же она его пьёт?!
Все трое на какое-то время замолчали. Со стороны шумной компании школьников уже слышались бравурные тосты, звон сталкивающихся бутылок и весёлый смех, но мысли Гарри были сейчас слишком далеко, всецело вернув его обратно к Драко, поэтому эти звуки долетали до его сознания лишь отдалённо, как в каком-то туманном сне. Поджимая губы, он старался подавить свою, поднимающуюся из каких-то тёмных глубин, возмущённую Магию. Его совершенно не обрадовало и не обнадёжило известие о том, что даже близким друзьям Малфоя оказалось не под силу «пробиться» в Малфой Мэнор!
- А скажи-ка мне, Поттер, – нарушил повисшую между ними тишину Блэйз. – Почему меня никак не покидает ощущение, что именно с твоей персоной связано то, что Драко так спонтанно покинул Хогвартс, едва вернувшись с каникул?
- Так это же твоё «ощущение», Забини. Себя и спрашивай! – сразу же ощетинившись, процедил Гарри, дерзко глядя в чужие смеющиеся глаза.
Паркинсон вскинула брови – ей явно понравился ответный напор Поттера, хотя и услышать ответ на вопрос Блэйза она бы тоже очень хотела.
- А если серьёзно? Ты в этом замешан, Поттер?
- То есть Волан-де-Морта ты в расчёт не берёшь?! – Гарри попытался отвлечь Забини, но очень скоро понял, что не на того нарвался. Блэйза было так просто не пронять.
- Эээ, неее, Поттер, – Блэйз покачал перед его лицом указательным пальцем. – Если бы Люциус просто хотел привлечь сына в ряды Пожирателей Смерти, то Драко либо вообще не вернулся бы, после рождественских каникул, либо как-то попрощался… Да хоть бы одним словом, но обмолвился об этом! Я Драко хорошо знаю! – Панси рядом тихо вздохнула. – А тут…только вернулся и сразу же, на ночь глядя, срывается к тебе на встречу...
- Почему это именно к нему на встречу?! – тут же негодующе ощетинилась Паркинсон.
- А к кому же ещё, Панс? Или, может, скажешь: Малфой к тебе торопился или успел схлопотать персональную отработку?!
Паркинсон продолжала взглядом прожигать в Забини дыры, но противопоставить ей было нечего. Она всё ещё отказывалась до конца поверить в подобный абсурд: «Чтобы Драко вот с…этим?!? Да не может этого быть!».
- Очень сомневаюсь, – тем временем, насмешливо продолжал Блэйз, цинично улыбаясь. – А я вот, последние пару-тройку месяцев, ни с кем, кроме Поттера и нас с тобой, нашего Малфоя не наблюдал… Даже Крэбб с Гойлом стали забывать, как Драко выглядит! Никакой взаимосвязи не находишь, Панс?
Забыв о сдержанности, Панси изумлённо хватанула ртом воздух и, уставившись на Поттера, посмотрела на него совершенно другими глазами… «У нас бы всё равно ничего не вышло...» – словно наяву, прозвучал в её голове тихий голос Драко.
- Ох! – тут же сорвалось с её губ. И Панси будто бы только сейчас, именно в данную секунду времени, действительно вынужденно осознала всё…
- Железная логика, Забини, – злорадно усмехнулся Поттер, так же нагло смотря в глаза Паркинсон. – Браво! Я впечатлён, – и нисколечко не смутившись, расслабленно развалился на стуле. Пожалуй, Драко мог бы им сейчас гордиться. Однозначно! – Но, не смотря на твой блестящий дедуктивный вывод, я не собираюсь отвечать на этот вопрос, раз уж даже твой, как ты выразился, – Гарри постучал по губам указательным пальцем, театрально подбирая нужное выражение, – «друг с пелёнок» не счёл твою кандидатуру достойной подобного знания!
- А ты дерзкий, Поттер! – с удовольствием отметил Блэйз, не обидевшись на подобную формулировку. – Я бы даже сказал, что в тебе, определённо, что-то есть… – и, приподняв в знак признания свою бутылку тёплого сливочного пива, допил её содержимое до дна.
- Ничего себе, время бежит! – бодро объявил Фрэд Уизли, выросший возле их столика, словно из-под земли, и широким жестом обрушил на плечо Поттера свою ладонь. – Ну, рад был повидаться, Гарри!