Но она волновалась зря. Гарри и Рону было сейчас куда сложнее – ведь их собственные раздавшиеся бёдра и ещё кое-какие весьма чувствительные места, оказались сильно пережаты, ставшими слишком маленькими, джинсами.
\
Наконец переодевшись в заранее найденные домовиком на чердаке вещи больших размеров, Гарри с Роном взглянули друг на друга.
- Ну, как я тебе? – спросил у друга Уизли.
Волосы его теперь были длинными и волнистыми, появились пышные каштановые усы и борода, веснушки исчезли, нос стал коротким и широким, а брови – густыми и насупленными.
- Не в моём вкусе, а так – сойдёт, – вынес свой вердикт Гарри.
- Ой, а ты прям много понимаешь в мужской красоте!? – рассмеялся Рон, вертясь перед зеркалом во весь рост.
- Да уж хотелось бы верить, что понимаю… – шутливо заметил Гарри. Ну, не говорить же Рону, в самом деле, что в его вкусе только Малфой!?
- Ты тоже, знаешь ли, не в моём, – поддерживая весёлый настрой друга, кокетливо подмигнул ему Уизли.
Поттер скептически глянул в зеркало. Его лысая голова выглядела, как намасленный шар для боулинга, а лицо жутко напоминало сморщенную картошку, которую, к тому же, дополняла светлая заострённая бородка. «Мда уж…красавчик! – сардонически хмыкнул про себя он. – Драко бы точно на такого никогда не взглянул!»
- Эх, жаль, – притворно расстроившись, вздохнул Гарри уже вслух, и они с Роном покатились со смеху.
- Она на вкус такая противная, – выходя из-за ширмы и поправляя на ходу чёрную длинную юбку, бурчала Грейнджер, – хуже лирного корня! У меня до сих пор «её» привкус на языке остался. Фуу…
- Вы…вы… так похожи на мадам… – неожиданно пролепетал Кикимер, поражённо таращась на «Беллатрису Лестрейндж», в низком голосе которой сразу же узнавалась Гермиона. Но, как только ложная Беллатриса смерила его гневным взглядом, тут же стушевался и, как-то сжавшись, предложил:
- Может ма...мисс...желает стакан воды?
Гарри тоже во все глаза уставился на «Беллатрису». Он отлично знал, что там внутри, под внешностью этой ужасной женщины, сейчас находилась его лучшая подруга, но всё-таки не мог сдержать дрожь омерзения. Гермиона сейчас была, как две капли воды, похожа на убийцу его крёстного! Длинные чёрные волосы струились по спине, глаза с тяжёлыми веками презрительно уставились в лицо Гарри, но стоило ей поблагодарить Кикимера за принесённую воду, как вмешался Рон, и Поттер смог, наконец, выдохнуть.
- Не пойдёт, Гермиона. Слишком вежливо! Ты должна разговаривать свысока, как будто вокруг одно отребье.
И, стараясь не заострять внимания на её внешности, друзья принялись читать ей ускоренный курс о том, как вжиться в образ безумной и крайне жестокой Беллатрисы Лестрейндж. А когда последние вещи были уложены в, предусмотрительно задрапированную под чёрный цвет одежды и уменьшенную до крохотных размеров, сумочку Гермионы, все трое ещё раз пробежались по плану действий. Дабы избежать возможности случайно наткнуться на настоящих служителей Волан-де-Морта, Гарри попросил Кикимера, обладавшего особой эльфийской магией, аппарировать их не в «Дырявый котёл», задний дворик которого служил основным проходом в Косой переулок, а в какой-нибудь неприметный проулок. Общим решением ребята сошлись на одном из ответвлений Лютного переулка, и уже через мгновение все четверо оказались там.
- Готовы? – решительно выдохнув, спросил Гарри, и, когда остальные дружно кивнули, присел на корточки перед домовиком.
- Ну, что ж, Кикимер… – неловко начал он. – Спасибо тебе за помощь. Спасибо за всё! А теперь отправляйся на Гриммо и… – Гарри сглотнул, – …и береги себя.
Грейнджер в образе Беллатрисы закусила губу, чтобы не расчувствоваться и не отправляться на важное задание с красными от слёз глазами. Кикимер же удивлённо воззрился на хозяина.
- Вас ожидать к ужину, сэр? – тихо спросил он, поджимая к груди худенькие ручонки.
- Я не… – сжав челюсти, Гарри на миг оглянулся на друзей и решил ответить честно: – Кикимер, я не знаю, когда смогу вернуться… – а затем добавил еле слышно: – И смогу ли вообще…
Но эльф всё равно его услышал и вдруг бросился к ногам Поттера.
- Добрый хозяин Гарри не может бросить Кикимера одного! Только не снова…
- Тише! Пожалуйста, Кикимер, не голоси так! – тут же зашикал на него Гарри, поднимая эльфа за плечи и легонько приобнимая, только чтобы тот успокоился и не сдал их с потрохами, провалив весь план. – Я не бросаю тебя, Кикимер! Просто отлучаюсь по делам. А ты должен вернуться на Гриммо и позаботиться о доме, хорошо? Ты сделаешь это для меня?
Утирая чистым подолом крупные слёзы, Кикимер пристыженно отстранился и понуро закивал головой. А затем, тихо простившись, исчез с лёгким хлопком. Гарри некоторое время смотрел на пустое место, где только что стоял домовик и чувствовал, как во рту скапливается горечь. Казалось бы, он и сам не ожидал, что за это время, проведённое в доме Блэков, – а теперь и его доме! – он так привяжется к этому старенькому ворчуну, волшебным образом преобразившемуся вместе с домом… Гарри понимал, что вряд ли уже вернётся туда, и пытался теперь не позволить себе усомниться и раскисать на глазах у друзей.
- Гарри, всё нормально? – услышал он за своей спиной басистый голос Рона.
- Да, да. Всё хорошо, – спешно ответил тот и, стремительно выпрямившись во весь рост, скомандовал: – Пора за дело!
Они вывернули на узкую, мощёную булыжником улочку – Косой переулок и как можно увереннее двинулись вперёд. Здесь было тихо, магазины едва только начали открываться, и покупатели ещё не появились. Извилистая улочка сильно изменилась, в ней трудно было узнать оживлённый, шумный переулок, где Гарри когда-то делал покупки перед поступлением в Хогвартс. По сравнению даже с началом этого учебного года, большая часть магазинов стояла с заколоченными окнами. Даже всегда ярко выделявшийся на общем фоне магазин «Всевозможных волшебных вредилок» близнецов Уизли, видимо, прикрытый на время смуты и особой занятости своих хозяев, безжизненно возвышался вдалеке. Зато открылось несколько новых заведений, специализирующихся на Тёмных искусствах. С плакатов, расклеенных над витринами, на Гарри смотрело его собственное изображение с надписью: «Нежелательное лицо № 1». У дверей магазинов сидели какие-то оборванцы. Они жалобными, ноющими голосами окликали редких прохожих, выпрашивая золото и уверяя, что они на самом деле волшебники. У одного глаз был завязан окровавленной тряпкой.
- Господи… – с ужасом тихо сказала Грейнджер, и Гарри тут же строго одёрнул её намерение посочувствовать этим несчастным.
- Гермиона, не расслабляйся! – сквозь зубы зашипел он на неё. – Не забывай кто ты сегодня!
Грейнджер ничего не ответила, только хмуро взглянула на друга. А едва попрошайки заметили её, их как ветром сдуло. Они разбегались в разные стороны, натягивая пониже капюшоны. Гермиона смотрела на них с любопытством и изо всех сил старалась не выказывать своего сочувствия, но тут дорогу ей, загородил, пошатываясь, человек с окровавленной повязкой.
- Мои дети! – закричал он, тыча в неё грязным пальцем. – Где мои дети? Что он с ними сделал? Ты знаешь, ты-то уж наверняка знаешь!
- Я? Я…послушайте… – заикаясь, всё же растерялась Гермиона.
Человек бросился на неё, порываясь вцепиться в горло. Раздался треск, полыхнуло красным, и неизвестный без сознания упал на землю. Рон держал в вытянутой руке волшебную палочку, и даже сквозь бороду было видно, как он ошарашен. Из всех окон выглядывали любопытные лица, а несколько солидного вида прохожих, подобрав мантии, кинулись рысцой в противоположную от места происшествия сторону.
- Чудесно, – раздражённо пробормотал Поттер, незаметно подталкивая Гермиону в спину, чтобы та вышла, наконец, из ступора и следила за выражением своего лица. – Вряд ли можно было более эффектно обставить наше появление в Косом переулке! Ну, чего встали? Пошли уже!
Они пошли дальше, невозмутимо глядя прямо перед собой, а Рон в это время думал: не лучше ли сейчас же удрать и разработать какой-нибудь другой план. Только он не успел озвучить собственную мысль или посоветоваться с друзьями, как сзади кто-то воскликнул:
- Это Вы, мадам Лестрейндж!
Гарри по инерции круто обернулся и только в последнюю секунду смог сдержаться, чтобы не выставить перед собой волшебную палочку. К ним приближался высокий худой волшебник с пышной гривой седых волос и длинным острым носом. Гарри узнал его по прошлым видениям и, как бы невзначай, повернувшись к друзьям вполоборота, очень тихо обронил, пока их всё ещё разделяло безопасное расстояние:
- Это Трэверс. Он тоже Пожиратель Смерти.
Гарри видел, как в глазах друзей вспыхнула паника, но убегать было уже слишком поздно.
- Что вам нужно? – первой нашлась Гермиона, но, явно перенервничав, всё же произнесла это настолько высокомерно, что это прозвучало крайне неуважительно.