- М-мой Лорд… – дрожащим голосом неожиданно обратилась к нему чья-то голова, едва выглядывавшая из-за двери гостиной Малфой Мэнора.
- ВОООН! – взревел Волан-де-Морт, швыряя в наглеца, посмевшего прервать его размышления, Круцио.
Глупая голова немедленно исчезла за дверью, и он шумно вдохнул, раздувая узкие щели ноздрей своего змеиноподобного, приплющенного носа и вновь пытаясь подавить нарастающий в груди гнев. Нет, остальные крестражи должны быть в целости и сохранности! Но для полной уверенности нужно посетить каждый из тайников, удвоить защитные чары… И сделать это он должен один – так же, как добывал Бузинную палочку. Какой из тайников проверить первым? Которому угрожает наибольшая опасность? Размышляя, Волан-де-Морт неспешно прохаживался мимо разбросанных повсюду трупов, на искажённых лицах которых навеки застыло выражение предсмертной муки. Гарри же в ужасе смотрел на это кровавое месиво, в которое превратилась некогда роскошная комната Мэнора, и чувствовал, подступающую к горлу дурноту. Сбоку от горящего камина, там, где в полумраке вповалку лежало сразу несколько тел, взгляд Гарри вдруг зацепился за всполох светлых, испачканных в крови, волос, и сердце его, болезненно ухнув в груди, замерло. «ТОЛЬКО НЕ ОН! ПОЖАЛУЙСТА, ТОЛЬКО БЫ НЕ ОН!!!», – задыхаясь от страха, мысленно взмолился Гарри. Волан-де-Морт остановился у камина, небрежно вертя в тонких пальцах Бузинную палочку, и, наклонив по-птичьи голову набок, сузил алые глаза.
- Идиоты! – брезгливо фыркнул он, сталкивая ногой в сторону один из трупов. – Жаль, Трэверс, что ты не додумался доложить мне о своих успехах заранее… – без сожаления проговорил он и пошёл дальше по периметру свежего «кладбища».
«ТРЭВЕРС! Трэверс…», – от этого чувства величайшего облегчения, что обрушилось на Гарри в ту же секунду, как Волан-де-Морт узнал в обладателе светлых волос Пожирателя Смерти, он чуть ли не выскользнул без сил из чужого Сознания! А в самом Волан-де-Морте, тем временем, шевельнулся застарелый страх. Дамблдор знал его второе имя… Дамблдор мог догадаться о его родстве с Мраксами… Их брошенный дом, пожалуй, самое ненадёжное убежище. Туда нужно наведаться прежде всего… Озеро? Нет, невозможно! Впрочем, есть малая доля вероятности, что Дамблдор разнюхал в приюте кое-какие его прошлые грешки. И, наконец, Хогвартс… Но тот крестраж в безопасности! Поттер не может знать о Волшебной комнате! Никто не может! А всё-таки имеет смысл предупредить Снегга, что мальчишка может попытаться вновь проникнуть в замок… Разумеется, было бы глупо открыть Снеггу причину. Довериться Беллатрисе и Малфою уже было огромной ошибкой. Они глупы и легкомысленны, на них ни в коем случае нельзя было полагаться! Но они у него под контролем: Люциус трясётся, как осиновый лист, за свою драгоценную семью – всё же оставить при себе отпрыска Малфоев в качестве морального давления было правильным решением! – а Белла…Белла настолько одержима им, что не посмеет! Хотя…сегодня она его очень огорчила… Стало быть, прежде всего, он побывает в лачуге Мраксов. Волан-де-Морт вышел из комнаты, высокомерно бросив на ходу дрожащим эльфам указание, чтобы к его возвращению, они всё прибрали, пересёк просторную прихожую и вступил в тёмный сад, где плескал фонтан. Он позвал на змеином языке, и Нагайна послушно приползла к нему, тенью скользнув по траве… Гарри распахнул глаза, рывком возвращаясь в настоящее. Он лежал на берегу озера, в небе низко стояло заходящее солнце. Рон и Гермиона смотрели на друга во все глаза и, судя по их встревоженным лицам и по дёргающейся боли в шраме, его внезапная отлучка в Сознание Волан-де-Морта не прошла незамеченной. Перед ним на траве валялась чаша, такая безобидная с виду. Тёмно-синяя вода в озере искрилась золотом в лучах заходящего солнца. Поттер сел, дрожа всем телом, а затем резко кинулся к ближайшим зарослям, в которые его тут же с шумом вырвало. Ни Рон, ни Гермиона не торопились комментировать его состояние или что-либо спрашивать – им и без объяснений было понятно, что Гарри только что увидел что-то ужасное. Гермиона только порылась в сумочке и, достав из неё какую-то пластмассовую чашку, наколдовала для друга чистой воды.
- Он знает, – наконец, с горечью выдохнул Гарри, всё ещё морщась от остатков неприятного привкуса во рту и с благодарностью принимая из рук Гермионы уже третью по счёту чашку.
Собственный голос показался ему чужим и странно тихим, после пронзительных криков Волан-де-Морта.
- Теперь он знает, – продолжил Гарри, засовывая за щеку какую-то жевательную конфету с мятным вкусом, – что мы охотимся за его крестражами, и решил проверить остальные. Значит, очень скоро он узнает ещё и о том, что их там давно уже нет, – произнося это, Поттер уже был на ногах. – Он почти сказал, где находится последний из крестражей, но его мысль кто-то прервал…
- Что?
Уизли таращил глаза, а перепуганная Гермиона привстала на колени.
- Что ты видел? Откуда ты знаешь? – всё же не выдержал Рон.
- Я видел, как он узнал про чашу. Я…я был в его голове, а он… – Гарри сглотнул, вспомнив об убийствах и луже крови, багровым ореолом расползавшейся вокруг светлых волос. – Он здорово разозлился и струсил к тому же. Он не может понять, откуда мы узнали, и теперь он собрался проверить, целы ли другие крестражи, и в первую очередь – перстень Мраксов. Я видел этот перстень в его мыслях. Но этот же перстень носил в последние месяцы Дамблдор и камень в нём был треснувшим…
Грейнджер ахнула.
- Да, – кивнул Гарри, будто соглашаясь с её невысказанной догадкой.
- А вот я не понял… – хмуря рыжие брови, насупился Уизли.
- Дамблдор уничтожил перстень Мраксов, – проговорила вслух Грейнджер, не моргая, смотря в глаза Гарри, и тот снова согласно кивнул, подтверждая её вывод. – Но…как же тогда он не догадался раньше!?
- Видимо, его душа уже настолько омертвела и изувечена, что он не почувствовал гибели её частей, даже обретя материальный облик! Он думает, что тайник в Хогвартсе – самый надёжный, потому что в школе Снегг и очень трудно пробраться туда незаметно. К тому же, он до сих пор слепо уверен, что он единственный сумел отыскать Выручай-комнату!
Уизли нервно хохотнул.
- Я думаю, его он проверит последним, но всё равно он может туда явиться уже через несколько часов…
- И что мы будем делать? – растерянно спросил Рон. – Ведь если он всё знает…
- Мы отправляемся в Хогвартс, – твёрдо заявил Поттер, вглядываясь в последние отблески заката на водной глади озера и провожая глазами удаляющийся силуэт дракона, взметнувшегося в стремительно темнеющее небо, пока тот не пропал за ближайшей горой.
Увидев, что Гермиона стала торопливо запихивать в свою сумочку вещи, а Гарри подхватил с травы крестраж, Рон воскликнул:
- Стойте, стойте! Да вы что?! Мы же почти весь день летели! Нельзя же так…
Он так надеялся выспаться! Просто мечтал о том, как они заберутся в новую палатку, но Гарри быстро развеял все его надежды:
- Нужно туда попасть как можно скорее!
- Ты представляешь себе, что сделает Сам-Знаешь-Кто, когда поймёт, что перстень и медальон тоже пропали? – всполошился Уизли, тщетно пытаясь образумить друзей. – Вдруг он захочет перепрятать хогвартсовкий крестраж? А мы отправимся прямо в его лапы?
- У нас нет выбора, Рон, – ещё жёстче процедил Поттер и мысленно хмыкнул, с горечью вспомнив почему-то, как сам он всегда пытался внушить Драко, что выбор есть всегда. – Меч Гриффиндора пропал, значит, уничтожить крестраж можно только ядом василиска. Его останки должно быть до сих пор находятся в Тайной комнате. Так что, вставай!
- Да у тебя же даже Мантии-невидимки нет, Гарри! Вы вообще в своём уме?! – продолжал возмущаться Уизли, но всё же поднялся.
- Задействуем то, что есть – наложим на себя Дезиллюминационные чары! Не зря же мы их разучивали?
- Вы точно спятили! – обиженно засопел Рон, со злостью запихивая сжатые в кулаки руки в карманы своей ветровки. – А как же мы попадём в школу?
- У нас всё ещё есть Карта мародёров. Так что сначала переместимся в Хогсмид, – твёрдо ответил Гарри. – Там уже темно. Может под действием чар нас никто и не заметит, а там что-нибудь придумаем. Как всегда.
Предварительно наложив на себя Дезиллюминационные чары, друзья взялись за руки и, разом повернувшись на месте, провалились в давящую тьму.
\
\* Ноги Гарри коснулись дороги. Он увидел до боли знакомую Главную улочку в Хогсмиде: тёмные витрины магазинов, чёрные силуэты гор за деревней, а впереди – поворот дороги, ведущей в Хогвартс. Из окон «Трёх мётел» пробивался свет. Сердце Гарри болезненно сжалось: он с мучительной точностью вспомнил, как был счастлив здесь когда-то, – и тут, не успел он выпустить руки Рона и Гермионы, как… Сгущающийся к ночи воздух разорвал дикий вопль, похожий на тот, что издал Волан-де-Морт, когда понял, что чаша похищена. Каждая жилка у Гарри затрепетала. В одно короткое мгновение он понял, что это была засада и что вопль этот вызван именно их появлением, и дёрнул друзей в ближайший проулок. Стараясь не издавать ни звука, они забились в узкую щель между стеной и какими-то громоздкими ящиками. И в ту же минуту дверь трактира распахнулась, выплеснув на улицу с десяток Пожирателей Смерти в плащах с капюшонами и с волшебными палочками наготове. Рон поднял палочку, но Поттер успел перехватить его руку. Врагов было слишком много для Оглушающего заклятия, а попытка применить его сразу выдала бы их с потрохами. Один из Пожирателей Смерти взмахнул палочкой, и вопль прекратился. Лишь эхо продолжало отзываться в дальних горах и в ушах замерших гриффиндорцев.