- Ты вообще слушаешь, что я говорю?! Поручи это дело кому-нибудь другому и беги без оглядки!
- Нет. Это дело могу сделать только я! Дамблдор объяснил…
- Вот как? – громко изумился Аберфорт, отклоняясь назад на стуле и картинно вздёргивая брови.
Гарри скрежетнул зубами – его начинало выводить из себя поведение старика. При каждом слове или жесте Аберфорта, у Гарри складывалось стойкое впечатление, что тот, будто нарочно насмехается над ним, не обращая внимания на приводимые аргументы.
- Так Альбус действительно объяснил тебе всё? Он был откровенен и честен с тобой до конца? Если так, то ты первый на моём долгом веку, кто может похвастаться подобной уверенностью!
Гарри хотел выкрикнуть ему в лицо: «ДА!», но сердцем понимал, что это не было бы правдой… По крайней мере, не той правдой, которой он хотел бы сейчас поделиться с этим человеком, не обмолвившись ни словом до этого ни своим друзьям, ни даже Драко! И это коротенькое слово в итоге так и не слетело с его напряжённо поджатых губ. Аберфорт, похоже, угадал его мысли.
- Я хорошо знал своего брата, Поттер. Он научился скрывать и утаивать нужную ему информацию ещё на руках у матери. Утайки и ложь – мы выросли на этом, и Альбус…у него был к этому природный талант. Удивительно, как он ещё не оказался с таким потенциалом в Слизерине…
- Слизерин – не приговор, – неожиданно возразил Поттер. – Это всего лишь один из факультетов Хогвартса. Я и сам когда-то мог на нём оказаться. Распределяющая шляпа предлагала это мне. Дважды.
Рядом синхронно ахнули Рон и Гермиона, но Гарри даже не взглянул на них, продолжая:
- Каждый делает свой Выбор. И даже если бы я выбрал тогда Слизерин, то уверен – теперь, после стольких лет заблуждений, – я уверен, что лично меня, это мало бы могло изменить в худшую сторону!
Он всё же бросил короткий взгляд на Рона, который когда-то на первом курсе уверял его, что все тёмные волшебники учились на змеином факультете, и заметил, что даже в красноватых отблесках огня тот побагровел до корней своих ярко-рыжих волос. Всё же понял, видимо, в чей ещё огород был выпущен этот камень! Аберфорт тем временем скользнул глазами к картине над каминной полкой, и его взгляд наполнился застарелой тоской. Гарри посмотрел в том же направлении, не желая сейчас выяснять отношения с другом, и теперь заметил, что этот портрет был единственной картиной в комнате. Ни фотографии Альбуса, ни ещё чьей-нибудь здесь больше не было.
- Мистер Дамблдор, – робко спросила Гермиона, – это ваша сестра? Ариана?
- Да, – тихо ответил тот. – Вы, видно начитались Риты Скитер, мисс?
Теперь уже Грейнджер залилась алой краской.
- Скорее мы знаем о ней со слов Элиаса Дожа, – тут же нашёлся Поттер, стараясь выгородить подругу.
- Старый дурак! – буркнул Аберфорт, прихлёбывая медовуху. – Всерьёз верил, что мой братец весь так и лучился светом! Даже после того, как Альбус спутался с этим щёголем, Грин-де-Вальдом. Наивный Элиас… Что ж, он не один такой. Вот вы трое тоже в это верили, судя по всему…
Поттер угрюмо молчал. Ему не хотелось выказывать свои сомнения и неуверенность, терзавшие его теперь всякий раз, как он думал об Альбусе Дамблдоре. Свой выбор он сделал, когда понял, что ему есть ради кого ещё вгрызаться в эту жизнь всеми доступными средствами. В тот самый миг, когда Драко впервые сам коснулся его губ своими! С того дня Гарри решил идти дальше по извилистой, опасной тропе, указанной Альбусом Дамблдором. Смирился с тем, что ему зачастую говорили не всё, что он хотел знать. Решил, что и так уже знает достаточно, и просто продолжал верить своему старому учителю, но уже с поправкой на то, что делал это уже осознанно и добровольно, а не бросался, сломя свою буйную гриффиндурскую голову, в огонь и в воду, и, в конце концов, в лапы Волан-де-Морту. Гарри не нужны были новые сомнения. Он не желал слышать больше ничего, что могло бы отвлечь его от поставленной задачи и цели. Поттер встретил взгляд Аберфорта, так разительно схожий со взглядом его брата: ярко-синие глаза, словно рентгеновскими лучами, пронизывали собеседника, и ему показалось, что Аберфорт тоже читает его мысли во время беседы, но, в отличие от Дамблдора, редко подвергавшего открытому осуждению его поступки и решения, презирает Гарри за них!
- Профессор Дамблдор очень любил Гарри, – тихо произнесла Гермиона, нарушая неловкую паузу.
- Вот как? – откликнулся Аберфорт. – Забавно… Большинство из тех, кого мой брат очень любил, кончили хуже, чем если бы ему вовсе не было до них дела!
- Что вы хотите этим сказать? – выдохнула Гермиона.
- Не обращайте внимания, – махнул на неё рукой Аберфорт и допил свою медовуху.
- Но вы говорите очень серьёзные вещи! – не отступала Грейнджер. – Вы имеете в виду вашу сестру?
Аберфорт тут же жёстко уставился на портрет Арианы. Несколько секунд губы его шевелились, словно он пережёвывал слова, которые хотел проглотить, но всё же заговорил:
- Когда моей сестре было шесть лет, на неё напали трое маггловских мальчишек. Они увидели, как она колдует – подглядели через садовую изгородь. Она ведь была ребёнком и не умела ещё это контролировать – ни один волшебник в этом возрасте не умеет! То, что они увидели, их, надо думать, испугало. Они перебрались через изгородь, а когда она не смогла показать им, в чём тут фокус, маленько увлеклись, пытаясь заставить маленькую ведьму прекратить свои странные дела…
Аберфорт поднял свой кубок, губа его дёрнулась, когда он заметил, что там пусто, и с грохотом поставил его обратно на стол. Повертев кубок в длинных пальцах, Аберфорт сглотнул, сильно сжав челюсти, и налил себе новую порцию медовухи, не заботясь о том, что расплёскивает половину на столешницу. Глаза Гермионы расширились. По виду Рона похоже было, что его мутит. С лица Гарри схлынули все краски, а на скулах напряжённо выступали желваки. Аберфорт поднялся во весь рот, высокий, как и Альбус. Он стал вдруг страшен в своей скопившейся ярости и безысходной боли.
- То, что они сделали, сломало её: она уже никогда не оправилась от того ужасного дня… Ариана не хотела больше пользоваться волшебством, но не могла от него избавиться. Оно повернулось внутрь и сводило её с ума, порой вырывалось помимо её воли. Тогда она бывала странной…и опасной. Но по большей части… – Аберфорт вновь с болью взглянул на портрет Арианы, и та ему нежно улыбнулась, – она была…была ласковой, испуганной и покорной…
- Нам очень жаль, сэр… – едва дыша, прошептала Гермиона, опуская голову и заламывая свои пальцы.
- Да, да… – меланхолично протянул Аберфорт, слабо улыбаясь в ответ портрету сестры, а затем спокойно заговорил: – В те тяжёлые времена Альбус не был так же мудр и сдержан, как во время вашего с ним общения, Поттер. А подружившись с Грин-де-Вальдом, мой брат и вовсе потерял голову… Я не понимал и не разделял его взглядов, думая, прежде всего, только о безопасности Арианы. Но Альбус был одержим своей сверхсекретной идеей фикс: поиском Даров Смерти и прочими интересными вещами! Великие планы ради общего блага! И, в конце концов, Альбус потерял контроль над своим дружком! Хотя это уже и не важно…
- То есть… – неловко начал Уизли, почёсывая пальцем лоб и не осмеливаясь открыто смотреть в глаза старцу, – вы хотите сказать, что между Дамблдором и этим…гкхмм, – Рон зычно кашлянул в кулак, багровея на глазах, как томат, – действительно что-то…ну…
- Да, мой гениальный братец был влюблён в этого юношу с самого первого дня их знакомства! – без зазрения ответил Аберфорт, хотя все присутствующие в комнате чувствовали, что он не испытывал никаких приятных эмоций, озвучивая подобное. Видимо, медовуха всё же слегка ослабила его агрессивный настрой, и Аберфорта неожиданно потянуло на откровения:
– Они бегали друг за другом, как собачонки. Бесстыдники! Я устал напоминать Альбусу о Заглушающих чарах по ночам и слышать, как этот наглый юнец ломает нашу живую изгородь, убираясь, наконец, под утро в своё жилище!
Гарри против воли усмехнулся, но тут же старательно задавил свою неуместную улыбку, отчаянно сжимая и якобы почёсывая пальцами свои непослушные губы.
- Сколько раз я пытался втолковать Альбусу, что от подобного общения ничего хорошего не выйдет, но он меня не слышал и не слушал – он видел только этого Геллерта! Из-за которого погибла в итоге Ариана и который при первой же возможности бросил Альбуса, поджав хвост и сбежав куда-то!
Гарри округлил глаза. Теперь он наконец-таки понял, о чём, а точнее – о ком, Геллерт Грин-де-Вальд говорил Волан-де-Морту, смеясь в лицо своей скорой смерти и сожалея о не попрошенном прощении…
- Так вы не вините своего брата в смерти сестры? – всё ещё нерешительно уточнила Гермиона.
- Виню, конечно! – грозно сверкнув на неё захмелевшими глазами, возразил Аберфорт. – Это Альбус виноват, что притащил в наш дом этого…монстра! Только он виноват, что потерял голову и совсем забросил больную сестру! Он виноват, что…