- Ты не сможешь ему помочь, Гарри. Никто уже не сможет.
Услышав знакомый голос, Гарри резко поднял голову. Навстречу ему, будто выходя из самого света, шёл Альбус Дамблдор. Высокий, стремительный, в развивающихся светло-синих одеждах. Дамблдор лишь мельком равнодушно глянул на корчащееся под скамьёй существо, и, вновь переключив всё своё внимание на юношу, широко улыбнулся:
- Гарри! Ты храбрый, очень храбрый мужчина! Пойдём.
Дамблдор распростёр свои объятья. Гарри удивлённо посмотрел сначала на лицо профессора, а за тем и на его руки… Обе кисти у него были теперь целы – белые, без всяких повреждений.
- Что это? – Гарри качнул головой, указывая на немощного уродца.
- Это то, что осталось от частицы души Тома Рэддла, – спокойно пояснил Дамблдор, нехотя глянув в том же направлении, что и Гарри. – То, во что он сам её превратил, расщепляя её посредством многочисленных убийств. Должен отметить…жалкое и прискорбное зрелище, – вздохнул он напоследок и, отвернувшись, пошёл прочь.
Гарри, как оглушённый, пошёл вслед за Дамблдором, уводившим его прочь от хнычущего ободранного «ребёнка», пока его плач и вовсе стало не слышно. Он всё ещё, будто не верил собственным глазам: длинные серебряные волосы и борода, проницательные голубые глаза за очками-половинками, кривоватый нос – точно таким Гарри и помнил своего старого учителя. И всё же…
- Но вы же умерли, – сказал Гарри, словно усомнившись в истинности уже известных ему вещей.
- Несомненно, – деловито подтвердил Дамблдор.
- И если я здесь, с вами… Значит…значит, всё вышло, как вы и планировали?
Дамблдор тут же остановился и удивлённо посмотрел на юношу.
- Как я планировал? – немного резковато уточнил он, но уже через мгновение лицо его вновь расслабилось, а на старческих губах заиграла мягкая полуулыбка. – Гарри, ты, наверное, думаешь, что я только и делал, что дёргал тебя «за ниточки»?!
- Ну, неет… – замялся Гарри, и его рука бессознательно метнулась ко лбу, неловко потирая его пальцами по старой привычке и пряча от мудрого старика пристыженный взгляд. Но он тут же отвлёкся, не ожидав, что кожа на лбу окажется такой гладкой – без шрама!
Наблюдая за ним, Дамблдор звонко рассмеялся, но его смех почему-то не отразился гулким эхом от высоких стен, а словно впитался в них, поглощённый этим непонятным пространством. Гарри глянул на профессора исподлобья, чувствуя себя ужасно неловко и глупо, потому как искусная ложь никогда не была его сильной стороной.
- Ох, Гарри, Гарри… – насмеявшись вдоволь, с улыбкой выдохнул Дамблдор. – Мда, пожалуй, если бы ты на первом курсё всё-таки выбрал Слизерин, то тебе пришлось бы мно-о-огому научиться.
- Вы знали?! – воскликнул Гарри, при этом так сильно округлив свои ярко-зелёные глаза, что его ресницы едва не коснулись бровей.
Дамблдор подошёл ближе и, опустив на его плечи свои большие ладони, доверительно произнёс:
- Я много чего знал, Гарри. Но, как бы там ни было, я бы не хотел, чтобы ты заблуждался на мой счёт! Хоть я и волшебник… А, по мнению многих, ещё и достаточно неплохой! – он подмигнул юноше, однако продолжил уже вполне серьёзно: – Но даже мне, мой мальчик, подвластно далеко не всё! Особенно то, что мы именуем Судьбой…
Легонько потрепав Гарри за плечо, Дамблдор улыбнулся и пошёл дальше. Гарри нагнал его через мгновение и задумчиво произнёс:
- Получается…я тоже умер?
Хотя, тут же мысленно добавил он, стоило ли так уж удивляться встрече с умершим профессором, после того, как сам же бросился на встречу Аваде?!
- Гм… – Дамблдор улыбался всё шире. – Да, в этом, конечно, весь вопрос… В общем и целом, милый мой мальчик, мне кажется, что нет.
Они смотрели друг на друга. Старик улыбался всё той же сияющей улыбкой.
- Нет? – с недоверием переспросил Гарри.
- Нет, – твёрдо ответил Дамблдор.
Он лучился счастьем, как светом, как огнём. Гарри никогда не видел человека так явно, так ощутимо счастливого.
- Объясните, – попросил Гарри, всё ещё неверяще ощупывая свой лишившийся надоевшего шрама лоб.
- Я думаю, ты и сам всё понимаешь, – снисходительно улыбнулся Дамблдор, сверкая своими лучистыми голубыми глазами поверх очков половинок. И Гарри задался вопросом: зачем Дамблдор всё ещё пользуется ими здесь, где они ему, наверняка, без надобности?
- Я дал ему убить себя, – высказал своё предположение Гарри, чтобы выкинуть из головы дурацкие мысли. – Так ведь?
- Да, – Дамблдор утвердительно кивнул. – Дальше!
- Значит, та часть его души, что была во мне…
Дамблдор кивнул с ещё большей горячностью, ободряюще улыбаясь, и Гарри неверяще выдохнул:
- …погибла?! Поэтому исчез мой шрам?
- Несомненно! – восторженно согласился Дамблдор. – Да, Волан-де-Морт сам уничтожил собственный крестраж. Теперь твоя душа полностью и безраздельно принадлежит только тебе, Гарри.