- Что за..? – Драко резко отскакивает в сторону и, больно ударяясь копчиком о какой-то камень, валится возле него наземь.
Учащённо вдыхая полной грудью затхлый, сырой воздух, он болезненно морщится, неловко переступая на четвереньках. Но боль быстро проходит. Она ничто, по сравнению с вопящим инстинктом самосохранения, который, казалось, уже охрип бы от внутренних криков, будь у него реальный голос. Оказавшись уже по локоть в этой неизвестной жиже, Драко пытается подняться, но в нос прокрадывается новый, неприятный, тяжёлый и приторно-сладкий металлический запах. Этот тошнотворное амбрэ он узнает из миллионов других, потому что ненавидит его с детства! Он с ужасом вскрикивает и, вновь поскальзываясь, падает… Кровь! Кровь была повсюду, раздражая и раздувая его чуткие ноздри. От волнения и отвратительного ощущения свежей крови под ладонями, его уже бьёт еле сдерживаемая, сильная дрожь, а руки сами разъезжаются в стороны, скользя по размякшему дну. Заметавшись по своей жуткой «клетке», словно загнанная птица, он быстро пятится назад и снова упирается в тот плоский, грубый и единственный камень. Найдя хоть какую-то твёрдую опору во всём этом беспросветном бреду, Драко лихорадочно хватается за него, как за последнюю надежду на спасение. Его мокрая ладонь нечаянно соскальзывает, проезжаясь по всей поверхности камня, и больно цепляется за выдолбленные, заострённые углубления. Подгоняемый каким-то первобытным, диким страхом, он старается сконцентрироваться на этом ощущении, чтобы хоть как-то отвлечься от, сотрясающей его тело и сковывающей разум, паники. Призывая всё своё хладнокровие и выдержку, Драко изо всех сил старается не впасть в самую настоящую истерику. Задерживая дыхание, дрожащими пальцами он начинает ощупывать шершавую поверхность и, заставляя себя сосредоточится, замечает, что это вовсе не углубления, а какие-то символы или даже…буквы! Делая короткие вдохи, он подавляет приступ подступающей тошноты и, крепко зажмурившись, медленно и вдумчиво прослеживает перепачканными пальцами каждый из них, мысленно складывая вместе: «Дра…ко», – он изумлённо распахивает глаза и таращится в темноту, слушая, как осыпаются со стен горстки сырой земли и, мерзко плюхаясь, утопают в густой кровавой жиже под громкий аккомпанемент его взбеленившегося сердца. Громко всхлипывая и затравленно озираясь в темноте, Драко снова жмурится, упрямо уговаривая себя не делать поспешных выводов. Он беспомощно обхватывает себя руками, ёжится и не знает куда деться, потому как уже по пояс вязнет в этой отвратительно тёплой жидкости. Кривясь и отворачиваясь, заставляет себя опустить в неё руки, чтобы полностью ощупать и исследовать камень. «Лю…ци…ус…Мал…фой…» – и буквально давится остатками воздуха в лёгких, осознав, что прикасается к собственной надгробной плите.
- Мерлин Всемогущий! Не может этого быть! – Драко в ужасе прижимает ладонь к дрожащим губам и тут же отдёргивает её, сплёвывая и вытирая рот о плечо. Но этот тяжёлый, густой, металлический запах и солоноватый привкус крови, казалось, основательно въедается в его ноздри и губы.
Трясясь уже, как осиновый лист, он пытается отпрыгнуть в сторону, но в очередной раз поскальзывается, и всем телом погружается в густеющую кровавую ванну. Ошалело барахтаясь, Драко, уже не сдерживая настоящих рыданий, кричит во всё горло, зовя на помощь, но голос его затухает, словно слабое пламя свечи, с каждой секундой становясь всё тише и тише, а вскоре и вовсе сходит на нет, будто впитываясь в сырые стены его свежей могилы...
- НЕЕЕТ!!! – весь взмокший, Драко распахнул заплаканные глаза, вырвавшись, наконец, из своего слишком реалистичного кошмара.
Ничего не видя перед собой и ещё окончательно не проснувшись, он резко сел и, быстро отползая назад, упёрся спиной в прохладную спинку своей кровати. Его рука автоматически нащупала у повлажневшей подушки волшебную палочку, и Драко тут же задушено прошептал пересохшими губами:
- Люмос Максима! – и мгновенно сощурился от слишком яркого света, но всё равно был ему несказанно рад.
Огромными от пережитого страха глазами он стал осматривать свои руки и тело – хвала Мерлину, никакой крови! Стало чуть легче, но приторно-сладковатый, металлический аромат всё равно упрямо щекотал его носовые пазухи, вынуждая испуганное сердце колотиться, как ненормальное, и качать кровь в несколько раз быстрее. Отдёрнув полог и вдохнув знакомые запахи слизеринских подземелий, Драко вздохнул с облегчением. Это был всего лишь сон. Просто…кошмар, мало ли…с кем не бывает!? Он нигде не похоронен… С ним всё хорошо! «Всё хорошо. Теперь будет всё хорошо…», – ласковый и непривычно заботливый голос Поттера, будто наваждение, до сих пор эхом отзывался в его голове, и Драко вымученно сгрёб в кулаки своё покрывало. Сон. Всего лишь. Плохой сон… Комментарий к Глава 7. «Сложные решения и странные сны» Мои глубочайшие извинения Бете за то, что ей пришлось проверять эту “кровавую” главу, хотя она, как и наш Драко, её жутко боится! Лясь, я очень ценю твой мужественный и серьёзный подход к нашему рассказу! Мерси)))
А также хочу извиниться перед читателями за то, что глава достаточно короткая((( Неделя выдалась тяжёлой((( Постараюсь выложить следующую как можно раньше! И, кстати, всем настоятельно рекомендую сходить на “Притяжение”, пока оно всё ещё идёт в кино! Я в дичайшем, мегабомбическом восторге))) Кто-нибудь со мной солидарен? ;)
====== Глава 8. «Откровенный разговор» ======
- Почему он всё ещё не проснулся? – сквозь отступающую дрёму, Гарри узнал обеспокоенный голос Гермионы. Значит, он до сих пор в Больничном крыле. Ясно...
- Если честно, то я не понимаю, чем было вызвано повторное и столь сильное нервное истощение, – голос целительницы Хогвартса тоже не был безразличным, и, ощутив, как её Диагностические чары пронизывают его тело, Гарри пришлось заставить себя не реагировать.
- Но с ним всё будет хорошо? – не унималась Грейнджер, явно не удовлетворившись ответом мадам Помфри.
Гарри мысленно улыбнулся – Гермиона неисправима. Подруга всегда любила докапываться до самой сути! Но сейчас это было даже приятно.
- Думаю, да, – мягко уверила её целительница. – Я провела все необходимые исследования и выяснила, что все остальные показатели в норме.
- Как Вы считаете: он скоро проснётся?
Гарри не удивился, поняв, что Рон тоже здесь. Ему было совестно, но отчего-то он не хотел сейчас разговаривать и поэтому тщательно старался не шевелиться, чтобы ничем себя не выдать. Друзья наверняка ждут от него подробных разъяснений, но ему и самому ещё требовалось некоторое время для того, чтобы решить, что именно стоит рассказать.
- Как только его организм будет к этому готов, – весьма пространственно, профессиональным тоном ответила Помфри. – Но, уже поздно, ребятки. Думаю, вам лучше навестить мистера Поттера завтра.
- Да, пожалуй, – еле слышно согласилась с ней Гермиона. – Рон, пойдём!
И через несколько минут всё стихло. Окончательно проснувшись, Гарри продолжал лежать тихо и смирно на случай, если мадам Помфри надумает к нему вернуться. Но, услышав негромкий хлопок аппарации, не выдержал и осторожно приоткрыл глаза. Перед его койкой стоял маленький домовой эльф с подносом в руках, на котором был красиво расставлен ужин. Увидев, что его заметили, тот мелко затрясся и, едва не выронив свою ношу, торопливо взгромоздил её на тумбочку. Поттер даже и рта не успел раскрыть, как домовик виновато пискнул: «Простите, сэр», и мгновенно исчез. Приподнявшись на локте, Гарри уныло глянул на еду и, с сожалением, осознал, что абсолютно не чувствует былого восторга при виде своих любимых блюд. Аппетит отчего-то отрезало напрочь. Он уже хотел было лечь обратно, но в животе предательски заунывно и громко заурчало, и Гарри со вздохом сел, перенося себе на колени поднос с едой. Нехотя пережёвывая, он апатично смотрел в одну точку и даже не обращал внимания на то, что совершенно не чувствует вкуса. В коридоре, за дверью, внезапно послышались приглушённые голоса, и он тут же замер, прислушиваясь.
- Он всё ещё спит, профессор. Может…
- Ничего, Поппи, – несмотря на мягкость фразы, тем не менее, тон директора звучал абсолютно безапелляционно. – Я только одним глазком.