- О! Я даже с удовольствием помог бы ему в этом! – горячо поддержал эту мысль Малфой, злорадно ухмыльнувшись. – Хотя…несколько по иной причине, но…
- Надо же! – поражённо воскликнул Гарри. – Так, значит, вот что могло бы вас заставить быть заодно!? – прикидывая что-то в уме, он весело сощурился и облизнулся. – Может тогда…всё же сто́ит…Ауч! Да понял я, понял! Успокойся, Драко! – хохоча, он пытался прикрыть ладонями свои несчастные рёбра, в которые совершенно не ласково впивались цепкие пальцы разозлённого Малфоя.
- А ещё почему? – вдоволь навешав Поттеру тумаков, Драко, наконец, угомонился и пристроился у его бока, подпирая голову ладонью.
- Я скажу, а ты опять начнёшь распускать руки?! – веселясь, поддел его Гарри и уже готов был перехватить его руку, но Малфой лишь растянул губы в дьявольской полуулыбке и тихо хмыкнул.
Закинув ногу на бедро Поттера, Драко провёл ладонью по его груди и, потянувшись к его губам, медленно стал спускать руку к низу его живота, томно зашептав:
- Правильно. А то, как именно я буду «распускать» свои руки…уже зависит от твоего ответа… Так почему же.., Гарри?
Поттер всё же остановил его руку, мягко обхватив за запястье, и, потянув её к своему лицу, оставил на внутренней стороне его ладони нежный поцелуй.
- Потому что я вовремя понял: с кем на самом деле хотел бы быть!
- Подлиза! – скрыто торжествуя, цокнул языком Малфой, но охотно ответил на поцелуй Гарри.
- Может всё-таки поделишься, – через некоторое время произнёс Поттер, ложась с Драко лицом к лицу, – что это всё-таки за место такое?
Малфой слабо улыбнулся, обводя комнату нечитаемым взглядом.
- Я всегда хотел, чтобы в моём доме была подобная комната.
- Так почему не изменил свою в Мэноре? – просто предложил Гарри, не понимая подобной сложности при финансовой обеспеченности семьи Малфоев.
- Поттер, ты сумасшедший, если всерьёз думаешь, что мой отец когда-нибудь согласился бы на подобный… – Драко небрежно взмахнул кистью, – …интерьер!
- Но ты ведь его наследник? И сможешь, рано или поздно, всё изменить на своё усмотрение.
- Ты не понимаешь! – вымученно вздохнул Драко и откинулся на подушку. – Малфой Мэнор был подарен моим предкам королём Англии очень, очень давно… Чистокровные семьи слишком консервативны, как в воспитании своих отпрысков, так и в образе жизни. Поэтому…даже когда что-то вынужденно и подлежит обновлению, то стиль неизменно остаётся прежним.
- А, ты, значит, – Гарри придвинулся ближе и с улыбкой приобнял Драко за талию, – у меня бунтарь?
- Я люблю наш Мэнор! – без агрессии возразил Малфой, прикрывая веки. Прикосновения Гарри были приятными. – Но он…немного мрачноват. А мне…
- А ты не такой, – понимающе кивнув, закончил за него фразу Поттер, но Драко тут же распахнул глаза, не соглашаясь:
- В том-то и дело, что я такой же, но…
- Нет, Драко! – Гарри быстро переместился, нависая над ним и легко касаясь губами его губ. – Ты – другой! Я это чувствую. И всегда чувствовал. С самой нашей первой встречи, – Малфой нахмурился, но Гарри поцелуем разгладил эту маленькую складку между его бровей, продолжив: – Просто я был слишком глуп и наивен и, возможно…запутался поначалу. Но мы оба это чувствуем, я знаю! Просто ты не хочешь себе признаться в том, что ты – лучше!
- Это всё ты виноват, Поттер! – неожиданно обрушился на него с обвинениями Малфой и запустил пальцы в его мягкие, торчащие во все стороны, волосы.
- Хочешь сказать: Я на тебя плохо влияю?! – наигранно изумился Гарри, протискивая бедро между ног Драко и проводя губами вдоль его шеи.
- Ещё как!
- Тогда привыкай! Потому что я теперь от тебя так просто не отстану! –безапелляционно заявил Поттер, бережно прикусив чувствительное местечко за трогательным ушком. – По крайней мере, пока ты сам этого не захочешь!
Малфой тихо хмыкнул, без слов выражая сомнение в его словах, и Гарри вскинул голову, серьёзно глядя в серые глаза.
- Пока ты действительно этого не захочешь, Драко!
Драко с минуту молча разглядывал сосредоточенное лицо Гарри, а затем, дурачась, взъерошил его волосы и, прижав теснее к своей груди, вкрадчиво зашептал:
- Какой же ты всё-таки…глупый, Поттер! Такой гриффиндурок…
Гарри тихо рассмеялся и поднял голову.
- Меня, кстати, удивило, что ты использовал такие необычные светильники в форме драконов, хотя…это довольно символично, – он ехидно улыбнулся и снова улёгся рядом с Драко на подушку.
- Да уж, – улыбнулся его предположению Драко, – точно не в стиле нашего Малфой Мэнора! – под конец фразы он уже откровенно смеялся, воображая перекошенное лицо отца при виде подобной «безвкусицы». – Это моя личная прихоть! Раньше я рисовал себе подобную обстановку только мысленно, а сегодня, наконец, смог увидеть воочию. И мне она нравится!
Глаза Драко впервые лучились таким чистым, почти детским восторгом, что у Гарри невольно спёрло дыхание. Счастливо выдохнув, Драко прислонил прохладную ладонь к его щеке и как-то робко произнёс:
- Спасибо!
- Всегда пожалуйста! – задушено ответил Поттер, накрывая его руку своей и улыбаясь в ответ.
- Ты знаешь, меня ведь назвали «Драко» не просто так, – после короткой паузы, с энтузиазмом заговорил Малфой. – С латыни «Draco» переводится, как «Дракон», но сейчас многие приписывают моему имени змеиное родство или их разновидность, видя в этом отсылку к Салазару Слизерину, покровительствовавшему рептилиям.
- А это не так? – взаправду удивился Гарри, подкладывая под голову, согнутую в локте руку, и с интересом ожидая продолжения рассказа.
- В моём случае…нет, – совсем не обиделся Драко, копируя позу Поттера. – Мать однажды рассказала мне, что, когда они с отцом, ещё в молодости, путешествовали по Дальнему Востоку, то в какой-то глуши наткнулись на древний храм. В нём обитали монахи-отшельники, почитавшие особый вид Драконов – Лунных. Отец, конечно, брезгливо относился к подобным местам, поэтому даже не захотел заходить внутрь, хотя там было, по словам матери, очень красиво. Но ей было любопытно послушать, о чём гласили древние легенды…
- Так вот в кого ты такой любопытный, – с улыбкой подметил Гарри.
- И, как показывает наш совместный опыт, любопытство – это вовсе не порок! – с нажимом осадил Поттера Малфой, всё ещё злясь на него за тот ужас, через который ему довелось пройти, когда он мчался за ним на своём «Нимбусе» в темноте. – Ты, вообще, слушаешь меня?
- Да, да! Прости. Продолжай, пожалуйста.
- В общем… Мать вошла внутрь и увидела в центре храма, заключённую в стеклянную сферу, величественную статую Лунного Дракона. Монахи рассказали ей, что когда-то очень давно, в глубокой-глубокой древности, этот Дракон был хранителем мира и добра. Он обладал особой Магией, зорко следя с поднебесья за благополучием своих последователей и их плодородием. Но, в отличие от своих сородичей, которые в основном считались благоволителями хороших урожаев, Лунный Дракон был хранителем истиной Любви и, используя Силу Луны, вселял надежду в сердца людей, в семьях которых были…проблемы, но искренне любящих друг друга…
Малфой тяжело вздохнул, прерывая свой рассказ, и слегка наморщил нос, будто вспомнил о чём-то нехорошем. Гарри с тревогой следил за изменением его настроения и уже хотел сказать, что всё нормально, и они могут обсудить это позже, если Драко эта тема по каким-то причинам неприятна. Но тот сам вдруг перевернулся на спину и придвинулся ближе к его боку, словно неосознанно ища поддержки. Просунув под голову Драко левую руку, Поттер сгрёб его ещё ближе к себе правой, и потёрся носом о светлый висок. Благодарно приподняв уголки губ, Драко тихо сглотнул и, смотря в пространство перед собой, наконец, смог спокойно продолжить:
- Моя мать всегда любила отца больше, чем он её… – Гарри непроизвольно обнял его крепче, всей кожей чувствуя, как нелегко было истинному Малфою рассказать о подобном кому-то постороннему. А Драко, тем временем, говорил:
- Она любила его не за титул или семейные привилегии – этого добра и в роду Блэков хватало! Да, их брак, как и у большинства чистокровных семей, был предопределён и заключён по расчёту. Но мама… – Драко вдруг теснее прижал руку Гарри к своей груди, и, тот, глядя на его точёный профиль, вновь отчего-то подумал, что Драко похож на светлого, трепетного и ранимого журавлика. – Она влюбилась в отца с первого взгляда! И, хотя её воспитание никогда бы не позволило ей выказать подобные эмоции первой, но, после того, как они сочетались браком, она все эти годы была ему верной соратницей и супругой не только лишь из чувства долга, а потому, что слишком сильно любила. Да она до сих пор готова ради него на всё! Пусть её манеры и не позволяют демонстрировать это в той мере, в которой, возможно, ей хотелось бы на самом деле, и она никогда ни мне, ни отцу в этом ТАК откровенно не признается, – Драко улыбнулся, тихо хмыкая, – но Я ЗНАЮ, что это правда…