- Отдай!
- Не-а! – самодовольно ухмыльнулся Гарри, пятясь назад, поближе к изножью кровати, вместе со всем своим «честно нажитым добром», как разбитая ревматизмом черепаха.
- Поттер, скотина! – угрожающе и отрывисто зашипел на него сквозь сцепленные зубы слизеринец. – Я точно тебя… – но в этот момент мадам Помфри с кем-то добродушно и громко попрощалась и, полностью открыв дверь, наконец-таки, вошла внутрь со счастливой улыбкой на лице.
- Всё! – заключил Гарри. – Я снимаю Заглушающие чары, а то она тебя не услышит, – и под весьма недовольный, глухой рык сверху, он взмахнул волшебной палочкой и затаился под Мантией-невидимкой.
- Доброе утро, мистер Малфой! – жизнерадостно поприветствовала своего пациента целительница, останавливаясь у его постели.
- Доброе, – недовольно буркнул Драко, поспешно натягивая одеяло до самого подбородка («Спасибо огромное, Поттер! Тупой идиот!»)
- Как Вы себя чувствуете? – не обращая внимания на его скверное расположение духа, всё также дружелюбно продолжила мадам Помфри.
- Лучше некуда! – насупился слизеринец.
- О, Вы ещё не позавтракали? – она подняла с пола поднос с едой и поставила его на соседнюю койку. – Ну, ничего. Ещё успеете. Давайте-ка, я осмотрю Вашу рану…
Мадам Помфри только взялась за уголок его одеяла, как Драко несолидно взвизгнул:
- НЕТ! – и вжался всем телом в матрас.
Гарри под кроватью прыснул от смеха в сжатый кулак, отчётливо представляя его выпученные в немом испуге глаза и затравленный взгляд.
- Нууу…ладно, – несколько оторопело успокоила больше себя, чем Малфоя, целительница и, озадаченно воззрившись на него, отступила на шаг.
- Со мной всё в полном порядке! Ничего и нигде не болит! – тараторя, отрапортовал Драко, осторожно высунув из-под одеяла одну руку и демонстративно взмахивая ею. – И вообще… – резко выдохнул он, – выписывайте меня!
«Чтобы я мог поскорее прибить Своего шутника-гриффиндурка!» – добавил он уже мысленно.
- Тогда, – находчиво встрепенулась мадам Помфри, – я проведу общий осмотр. А там…решим.
Она начала водить над Малфоем своей палочкой, применяя Диагностические чары, и внезапно нахмурилась.
- Мистер Малфой, Вы чем-то взволнованы?
- Нет, – слишком торопливо выпалил тот в ответ, вцепившись в край одеяла побелевшими пальцами.
- Но Ваш пульс…просто зашкаливает! Это может быть признаком развивающейся тахикардии…
- СО МНОЙ ВСЁ В ПОРЯДКЕ! – делая акцент на каждом слове, повысил голос Малфой, но видя растерянный вид мадам Помфри, постарался взять себя в руки. – Правда! Я прекрасно себя чувствую. Ваши зелья отлично справились. Просто отпустите меня! Мне…мне…
Но тут на пороге лазарета появился декан Слизерина, и Драко еле сдержался, чтобы не закатить глаза и не застонать в голос от досады: «Да они что здесь все? Сговорились что ли?!». Но уже в следующую секунду ему в голову пришла одна блестящая идея, и он находчиво закончил прерванную фразу:
- …Мне нужно срочно проверить свой проект по Зельям! Правда, профессор?
Вместо Малфоя, глаза закатил уже Поттер, по словам Драко догадавшись, кто ещё пожаловал в Больничное крыло, и вымученно уронил голову на руки. Стоя на четвереньках в расстегнутых брюках на голое тело, он внутренне умирал со смеха над комичностью этой вынужденной ситуации. Особенно, когда представлял, как шокировано вытянулись бы сейчас лица его друзей, узнай они о том, в каком щекотливом положении вынуждено застрял – под пыльной койкой Малфоя! – их Национальный Герой! И как его так угораздило проспать? Хотя Гарри признавал, что «главной причине», лежащей несколькими сантиметрами выше над его головой, нервно ёрзающей из-за переизбытка внимания к собственной персоне непрошенных визитёров и поскрипывающей прогнувшимися пружинами больничной койки, наверняка, сейчас было ещё более неловко, чем ему. Беззвучно содрогаясь от смеха, Поттер широко улыбался: Драко определённо стоил всех этих неудобств! Когда пара начищенных чёрных ботинок профессора Зельеварения остановилась рядом со светлыми туфельками мадам Помфри, Поттер подавился очередным смешком и осторожно подтянул к себе, раскинувшиеся по полу, края Мантии-невидимки. Повёл слегка затёкшими плечами и, неловко переступив с коленки на коленку, вновь принялся смиренно ожидать окончания «аудиенции».
- Правда, мистер Малфой, – сдержанно кивнул Снегг, подтверждая слова Драко, и его чёрные сальные пряди качнулись вперёд, мазнув по нездорово-бледным скулам. – Только Вы забываете о том, что Ваш напарник, – словно ругательство процедил он, – не меньше Вас ответственен за этот проект, – Малфой нахмурился, уже предчувствуя, к чему клонил его крёстный. – Поэтому мистер Поттер вполне может присмотреть за зельем и без Вас! – с некоторым укором в голосе закончил зельевар и завёл руки за спину. – Но я пришёл не за этим. Мне необходимо переговорить с Вами кое о чём, – Снегг весьма красноречиво покосился на мадам Помфри и, поняв, что та не намерена просто так покидать свой пост, с нажимом добавил: – Наедине.
- Конечно, профессор, – во рту у Драко резко пересохло, и он попытался незаметно сглотнуть.
Когда мадам Помфри всё же вышла за дверь, Снегг обратился к Драко ровным, бархатистым голосом:
- Я виделся с Вашим отцом.
Малфой напрягся, сильнее вжимаясь спиной в матрас, а Гарри сжал пальцы в кулаки, внезапно вспомнив всех участников своего сегодняшнего «сна».
- Правда? И как он? – Драко хотел, чтобы голос его казался беспристрастным, но Поттер прекрасно понимал, что в свете последних событий, это давалось ему куда сложнее, чем раньше.
- Он сейчас очень занят и, к сожалению, я не успел с ним переговорить о вчерашнем инциденте, так как узнал о нём только по возвращении в Хогвартс. Как Ваш декан, я обязан информировать Ваших родных о случившемся.
- Нет! – тут же протестующе замотал головой Драко, нервно перехватывая пальцами края своего одеяла. – Не говорите им ничего, профессор. Не́зачем беспокоить отца по таким пустякам!
- «По пустякам»!? – выдрессированное годами своей запутанной и опасной «игры» на несколько фронтов, титаническое самообладание Снегга на долю секунды непредвиденно дало трещину, и его тёмные брови изумлённо взлетели вверх.
- Я не узнаю Вас, мистер Малфой. На моей памяти это впервые, когда Вы добровольно отказываетесь от такой прекрасной возможности заставить мистера Уизли понести справедливое и суровое наказание!
Вынужденный бездействовать и не вмешиваться, Гарри беззвучно ругался про себя и всё сильнее стискивал челюсти. Он не совсем понимал, почему Драко так рьяно отказывается сообщать о произошедшем Люциусу, но после слов Снегга, его собственные, поутихшие, после этой дивной ночи, негативные эмоции из-за поступка Рона, вновь всколыхнули в нём волну негодования.
- Из-за него Вы оказались на больничной койке! – тем временем продолжал гнуть свою линию Снегг. – И, зная Вас с раннего детства, я поражён Вашему… – он на мгновение прервался и, цинично усмехнувшись, с нажимом произнёс: – благородству…
Малфой тоже не сдержал понимающей усмешки, мысленно соглашаясь с ним, но, как бы это не выглядело со стороны, у него были личные причины поступать именно так. Тем более, когда главная из них, а точнее – единственная, прямо сейчас сидела под его кроватью и могла всё прекрасно слышать!
- Так что, как Ваш декан…
Чтобы сдержать “крик души”, Поттер в отчаянии зажал руками уши и поэтому не услышал, как голос Драко до неузнаваемости надломился, когда он вдруг сбивчиво перебил Снегга:
- А как мой крёстный? – и с вызовом посмотрел прямо в непроницаемые чёрные глаза, так что Снегг даже ошеломлённо замер с приоткрытым ртом. – Я же уже сказал: я не желаю делать никаких официальных заявлений! Я – Малфой! – даже несмотря на некоторые неудобства и не совсем презентабельный вид, Драко, насколько ему позволяло натянутое чуть ли не до самых ушей одеяло, гордо вскинул подбородок. – Я достаточно взрослый и не намерен ныть из-за какого-то несчастного случая с дикой полуптицей!
Снегг слегка переместился, подходя ближе, и медленно обвёл своего – такого неожиданно решительного и незнакомого! – крестника изучающе прищуренным взглядом.
- Ты…очень изменился, Драко… Неужели это совместная работа с Поттером так кардинально изменила твой вздорный характер? – но не успел Драко и рта раскрыть, как Снегг шумно выдохнул и отступил обратно, в мгновение ока вновь превращаясь в немногословного, угрюмого и сурового зельевара. – В таком случае, я покидаю Вас, мистер Малфой. У меня ещё дела.
- Всего хорошего, профессор, – в тон ему произнёс слизеринец и, нерешительно прикусив губу, всё же добавил: – И…спасибо за заботу.
Снегг только коротко кивнул в ответ и, развернувшись на каблуках так резко, что тяжёлая дорожная мантия хлёстко ударила его по икрам, быстро покинул помещение. Как только дверь за ним закрылась, Малфой тут же зашипел: