Его волосы сегодня уложены немного набок, но при этом все так же находятся в творческом беспорядке, потому что прилизывать их — табу для Алека абсолютно во всех жизнях.
Алек продолжает смотреть на свое напряженное отражение, думая, что готов. Все-таки он уже далеко не подросток, и хотя Магнус все еще с легкостью мог бы заставить его смущаться, Алек уверен в себе и своем теле, поэтому не чувствует никакого стеснения, осматривая свой откровенно вызывающий образ. Разве что это немного непривычно?
Неожиданно откуда пришедшая мысль проносится у охотника в сознании, и он криво ухмыляется, подходя к раковине, включая воду, а потом набирает полные руки и выплескивает ее на себя. На живот, по большей части. Вода тут же стекает вниз, оставляя влажную дорожку и заманчиво блестящие капельки на своем пути, и Алек выходит из туалета, понимая, что откладывать все смысла больше нет.
Люди находятся везде. Они танцуют, пьют, кричат, поют, и уже давно находятся в том состоянии, когда тебе абсолютно все равно, кто что подумает про твое поведение. Алеку нравится это, и он тоже выпивает огромный бокал искрящей золотистой жидкости, оказывающейся крепчайшем коньяком.
От неожиданности Алек начинает кашлять так сильно, что не может успокоиться, пока кто-то не подходит и не начинает легонько стучать по его спине. Алек чувствует искры от прикосновения и знает кто это еще до того, как оборачивается и встречается с яркими желто-зелеными глазами. Мир вокруг замирает, и Алек смотрит на Магнуса, не в силах оторваться, а толпа, беснующаяся вокруг, будто бы исчезает, оставляя их двоих наедине.
Магнус тоже смотрит на него, жадно, пораженно, широко раскрытыми глазами. Его взгляд очерчивает контуры лица Алека, опускаясь все ниже и ниже, и когда он замечает влажный впалый живот и распахнутую рубашку, его руки начинают подрагивать, и охотник удовлетворенно замечает две маленькие синие искорки, сорвавшиеся с его пальцев. Когда же он находит в себе силы перевести взгляд еще ниже и осматривает штаны, сидящие на Алеке, как вторая кожа, охотник понимает, что не ошибся с выбором одежды.
Магнус выглядит потрясенным, возбужденным, загипнотизированным. Его глаза бегают по телу Алека вверх-вниз, и охотник издает булькающий смешок, широко улыбаясь. Маг вновь поднимает взгляд на его лицо и глубоко выдыхает. Алек доволен. Алек очень, очень доволен. Даже можно сказать, он гордится собой. И гордится Магнусом, который научил-таки подбирать его одежду, когда уж очень надо.
Вот только едва маг открывает рот, чтобы сказать что-то, как на его плечах вдруг повисает пьяная вдребезги женщина, и Алек с отвращением узнает Камиллу. Сам Магнус вздрагивает и будто бы только сейчас вспоминает, что у него есть девушка, а слегка виноватое выражение лица только подтверждает это.
Впрочем, мимолетное замешательство на его лице быстро исчезает, и он тут же бережно подхватывает вампиршу, уводя ее куда-то с танцпола, даже не оглянувшись назад.
Алек качает головой и направляется в бар. Это далеко не все, что он запланировал на сегодня, поэтому было бы неплохо немного расслабиться, прежде чем привлечь внимание Магнуса хотя бы еще один раз.
***
В следующий раз Алек замечает Магнуса только через полчаса. Тот возвращается один, очевидно, уложив Камиллу в своем лофте, и направляется к бармену, обговаривая с ним какие-то детали. Алек понимает, что, скорее всего, Магнус вернулся сюда чисто по работе, и сейчас исчезнет вновь, поэтому он подскакивает со своего места, отходя к краю танцпола так, чтобы его было видно с бара, и начинает танцевать.
Музыка, как специально, звучит вызывающе и сексуально, и Алек вспоминает все, чему его учили в других жизнях, и делает пару разминочных кругов бедрами, выгибаясь в спине, плавно покачиваясь на месте. Он смотрит на Магнуса, который уже обговорил все с сотрудником, и теперь присел за стойку, разглядывая зал, пока тот не ловит его взгляд. Его глаза загораются узнаванием, и Алек начинает двигаться еще пластичнее, выжимая из себя все возможное, повторяя старые движения, и добавляя нечто новое, возникшее в его голове.
Он поднимает руки вверх, заставляя рубашку задраться, а потом медленно ведет ими по своей груди, опуская руки до самого низа, расстегивая последние пуговицы, при этом продолжая плавно двигать бедрами.
Магнус смотрит не отрываясь, и Алек уверен, что тот не сможет уйти прямо сейчас. Не тогда, когда охотник танцует так, будто от этого зависит его жизнь. Ведь в каком-то смысле именно так и есть.
Озорная мысль закрадывается в голову Алека, и он бесстыдно опускает правую руку вниз на свою выпирающую промежность, резко двигая бедрами вперед, имитируя половой акт.
Магнус привстает, чтобы лучше видеть это, и у него даже приоткрывается рот. Сердце Алека бешено стучит, но охотник и не думает останавливаться. Вместо этого он откидывает голову назад, выставляя напоказ свою длинную шею, поворачиваясь руной уклонения в сторону Магнуса. Эта руна всегда была слабой стороной мага, и даже если в этом мире сейчас он видит охотника впервые и еще не знает об этом, Алек не против просветить его.
Это определенно срабатывает, потому что Магнус всем корпусом подается вперед, с видимым усилием оставаясь на месте. Алек прекращает играть в невинность и делает пару шагов к нему, продолжая покачиваться в собственном ритме, глядя Магнусу прямо в глаза.
Песня заканчивается как раз в тот момент, когда Алек уже почти вплотную подходит к Магнусу, который стоит зачарованный и даже не двигается. Алек искренне улыбается ему и протягивает руку, называя свое имя, его голос слегка запыханный и с хрипотцой, а сам он не в силах разорвать зрительный контакт с магом.
Магнус мягко пожимает его руку, представляясь в ответ низким одурманенным голосом, принимая правила игры, и также не опуская взгляда. Алек ухмыляется еще шире и идет на отчаянный шаг. Он резко тянет Магнуса за руку, и тот буквально влетает в тело охотника. Пока маг ещё находится так быстро, не успев сориентироваться, Алек обхватывает его рукой за шею и ведет по ней носом, легонько прикусывая ту самую чувствительную точку рядом с родинкой, о которой знает только он. По крайней мере, Алек надеется на это. Камилла не выглядит, как девушка, которая будет пытаться доставить своему парню как можно больше удовольствия.
Очевидно, охотник прав в этом, так как глаза мага закатываются от удовольствия, а ноги подкашиваются. Алек крепко держит его, положив вторую руку ему на талию, щекоча разгоряченную кожу своим дыханием.
Он тянет его назад к танцполу, и они танцуют вместе, а Алек прикладывает все усилия для того, чтобы Магнус попросту не смог вспомнить о том, что он не должен делать этого, пока его девушка-пьянчуга отсыпается в его лофте. Алек полностью отпускает себя, плюет на посторонние взгляды, на то, что он нефилим в клубе нижнемирцев и что у него могут быть неприятности из-за этого. Алек и сам одурманен и его не заботит ничего кроме близости Магнуса и запаха сандала, смешанного с потом и потоками возбуждения, пронизывающих их насквозь.
Алек трется о него, обнимает его, крепко сжимает его тело, но не преступает черту, и Магнус позволяет ему делать все это, не задавая вопросов и просто искренне наслаждаясь происходящим.
Все хорошее не может длиться бесконечно, а уж настолько хорошее тем более, поэтому через пару песен взгляд Магнуса становится более осмысленным, но Алеку совсем не хочется сбегать, так как сейчас он совсем не уверен, что этих пару танцев хватит на то, чтобы Магнус внезапно решился порвать с Камиллой и побежал разыскивать наглого сумеречного охотника, распустившего руки в его клубе. Они продолжают танцевать, но в этот раз песня, как назло, совершенно неподходящая, и Магнус слегка отстраняется. То, что едва знакомый охотник так сильно влияет на него и смог заставить позабывать мага обо всем на свете, очень напрягает Магнуса, и он может только надеяться, что тот не замышляет ничего дурного. В голове Магнуса начинают появляются вопросы, и их становится только больше, когда горячий, как сам ад, охотник, Алек, вдруг вновь наклоняется к его уху.