Два часа спустя, мы вдвоем, уже приведя себя в порядок, спустились в столовую. Правда, сначала мой идеал не собирался никуда идти, предложив проваляться весь день, и мне едва удалось его уговорить, хотя в душЕ я была и не прочь принять его соблазнительное предложение. Но, с другой стороны, это было бы совсем неуважительно по отношению к Ромычу, ведь Кир итак весь вчерашний день провел за работой у себя на мансарде, поздравив Романа только с самого утра. А позже, когда все разъедутся, можно и воплотить с реальность его прекрасный план. Также он лично обещал доставить меня домой.
Все вчерашние гости собрались вокруг стола, на котором во всей своей красе возвышался мой почти целый монструозный торт. Только вот недавнего светлоглазого ухажера было не видать. Видимо, тот решил последовать совету хозяина дома, и смылся восвояси. Ну и хорошо. После своего поступка из гостя он превратился в нежелательную персону номер один.
Наше одновременное появление не вызвало особых эмоций ни у кого, кроме двух человек. Первой была Ирка. Сидя практически впритирку с Романом, она понимающе улыбнулась и с восторгом подмигнула. Я послала ей ответную улыбку, и не стала мешать ее идиллии, усевшись рядом со своим спутником. Второй была вчерашняя девушка, которой, судя по всему, с именинником не обломилось. И теперь она очевидно решила попытать счастья с его братом. Я с легким недоумением следила, как та пожирала Кира глазами, пока тот здоровался с братом и Мишей, кивал остальным, наливал нам кофе и усаживался на свое место. Жалкое зрелище. Похоже, чувство собственного достоинства ей встречать не доводилось. Кир не удостоил ее даже взглядом. Но, пока мы ели торт, и мирно общались, делясь планами на день, та из кожи вон лезла, чтобы обратить на себя его внимание. Для меня она стала нежелательной персоной номер два. Ложка грязи в бочке меда. Наконец отчаявшись хоть как-то реализовать свои потуги по привлечению внимания, она выпалила невпопад, обиженно надув губки:
– Ромочка, ты меня так и не представил своему брату!
Все замолчали, недоуменно глядя на ораторшу.
Я не питала особых иллюзий насчет Кира. Да, мне с ним было хорошо… Хорошо, как никогда в жизни, но далеко идущих планов на него я не строила. Мы провели время в удовольствие и без взаимных обязательств. Разве одна ночь что-то значит? Что в наше время одна ночь? Да и получив свое, я стала чуть спокойнее относиться к своему идеалу, без той нервной остроты первого дня. Голодный зверек, без разрешения поселившийся где-то внутри, сейчас сыто облизывался и довольно урчал. Но, тем не менее, внимание этой назойливой девушки меня неприятно кольнуло. Радовало лишь то, что Кир непринужденно жевал свой торт, открыто улыбаясь мне, и казалось, получал своеобразное удовольствие от игнорирования потуг несчастной гостьи. Ромаш, как и ожидалось, спокойно вышел из ситуации. – Это Кирилл, – кивнул он ей, – мой брат. А это Надя… подруга моего одногруппника.
– Угу, – хмыкнул Кир через торт, не поворачивая головы. Я улыбнулась Ирке краешком губ, а Ромаш продолжил смешно рассказывать о партии новинок корейской мужской косметики, что вскоре должна была поступить в наш интернет-магазин. Мы с Иркой переглянулись с тщательно скрываемым злорадством. Но Наденьку этот ответ не удовлетворил. Продолжая досадливо ковырять свой торт, так его и не попробовав, она таки дождалась своего часа. У Кирилла зазвонил телефон, и, когда он вышел поговорить на веранду, Наденька бросилась за ним. От такого нахальства Иркины брови преодолели границу возможного, уползя почти на границу роста волос. Я лишь усмехнулась. Почему бы не дать девочке попытать счастья. Пускай поунижается вдоволь, если это ей так нравится. Одним словом, фу. А Кир подумает, стоит ли в перспективе разрешать Ромашу приглашать подобных гостей. Но спустя полчаса, когда все уже закончили завтрак и засобирались, ни Кир, ни Наденька так и не появились. Встав из-за стола и осторожно выглянув на веранду, Ирка обернулась и отрицательно покачала головой. Там никого не оказалось.
– Аль, ты едешь? – Поинтересовался Мишаня, направляясь к выходу. Я кивнула, чувствуя неприятное предчувствие, разлившееся неприятной ледяной лужей в груди.
– Буду через десять минут.
Тот кивнул, и пошел заводить мотор. Но управилась я гораздо быстрее. Мы с подругой синхронно двинулись к лестнице, чтобы забрать свои вещи из комнат. Но пройдя всего пролёт, так же синхронно застыли. На площадке между этажами Кир, стоя спиной к нам, недвусмысленно прижимал к стене Наденьку. Мускулистая спина мужчины была странно напряжена, а одна оголенная нога партнерши была красноречиво закинута на его бедро, дёргано скользя вверх-вниз.
Я застыла, сжав зубы и, помедлив секунду, отвернулась, чтобы больше этого не видеть. Иллюзий я не питала, но втайне все же надеялась… Кто ж знал, что оно закончится настолько быстро и прозаично… Как я и предполагала, отвозить меня домой, как обещал, Кир уже не собирался. А Ирка так и осталась стоять, терпеливо ожидая, пока те освободят проход. Думаю, она не забудет захватить и мою сумку тоже.
Я не помню, как прощалась со всеми, как села в машину, придя в себя только через некоторое время, когда мы уже выехали за пределы поселка «не для всех». Мотор ревел разгневанным драконом, да и без этого отрезвляющего шума говорить о чем-либо особого желания не имелось. Глядя на проплывающие мимо весенние, полные жизни пейзажи, я чувствовала непонятное опустошение. Как будто недавно мне подарили лучший на свете желаннейший подарок, и следом сразу же отняли, едва дав почувствовать себя счастливой.
«Кто бы мог подумать, что я влюблюсь в принцессу…С первого взгляда. Ты ведь понимаешь, что теперь я тебя никому не отдам? Теперь ты моя… Моя с того самого момента как я тебя увидел.» Ха-ха-ха. Тяжелый вздох вырвался из моей груди, и я непроизвольно всхлипнула, привлекая ненужное внимание.
– Как ты? – Обернулся Миша, расслышав мои непрошенные эмоции.
Я отмахнулась, мол, нормально.
– Ничего не забыла?
– В смысле? – Одними губами спросила я, недоуменно глядя на друга. В ответ тот кивнул на зеркало заднего вида.
– Кажется, брат шефа что-то очень хочет тебе вернуть.
Сердце подскочило к самому горлу. Следом за нами ехал знакомый черный автомобиль, красноречиво мигая фарами, за рулем которого восседал невозмутимый Кир. Тут же в кармане завибрировал телефон. Я машинально достала его, и уставилась на экран. Одна единственная смс от Ирки гласила: "Они не целовались".
11. Браслет
Оторвав взгляд от экрана мобильника, я не сразу поняла, что мы остановились. Миша съехал с дороги и припарковался на обочине. Мое дыхание сбилось, стоило лишь в зеркале заднего вида мелькнуть знакомой широкоплечей фигуре. Я запаниковала и нажала кнопку блокировки дверей, как если бы она могла меня от чего-то спасти.
– Не работает. – Заметил Мишаня, флегматично разглядывая унылый пейзаж за окном. А в следующий момент дверь распахнулась, впуская в салон прохладный, пахнущий дождем и знакомым парфюмом воздух.
– Прости, что задержался. – Бросил Кир. Игнорируя моё мнение, он кивнул Мишане, невозмутимо подхватил меня на руки, вытаскивая из машины, не успела я даже высказать что-либо против. Мишаня, что странно, не предпринял каких-либо действий против подобного самоуправства.
– Что ты себе позволяешь? – Поинтересовалась я, напряженно застыв в его руках.
– Помнится, вчера я уведомил тебя, кому ты теперь принадлежишь, и ты особо не возражала. Так что позволять себе в отношении тебя я могу все, что угодно. – Огорошил он, усаживая меня на переднее сиденье своей машины. Принадлежу? Это что еще за средневековые формулировки?
В салоне знакомо пахло кожаной обивкой и терпковато-сладким мужским парфюмом. Я глубоко вдохнула, почувствовав, что этот запах действует на меня успокаивающе, что было как нельзя кстати. Кир обошел машину и занял водительское кресло. Судя по всему, оправдываться он не собирался. Даже наоборот.