– Для чего? Как вы меня нашли? – Кажется, я начала входить во вкус.
Безликий укоризненно покачал головой. По светлокожему лицу струились капли, стекая на подбородок, приводя в негодность и без того не лучшую одежду. Но мужчина будто не замечал этого досадного факта.
– Я с радостью отвечу на все ваши вопросы, если вы последуете за мной. Но прежде, чем отказаться, советую подумать. Информация окажется крайне интересной и полезной для вас. – Показалось, или он мне подмигнул?
Это что, шантаж?
– А если нет?
Тот пожал плечами. – Я не имею права касаться Ее Высочества, или каким-либо образом применять в отношении вас силу. – На бледном лице возникла нехорошая улыбка, которая мне совсем не понравилась. – Но я неплохо умею шантажировать, играть на нервах и оказывать моральное давление. – Подытожил он.
Чудесно. С определенной долей сожаления я вспомнила о своем компактном шокере, предусмотрительно поставленному на зарядку еще вчера. Да и Иркин баллончик остался в других джинсах. Сейчас бы он пригодился…
– Ну рискните, – Кивнула я, смелея.
Даже интересно стало, каким образом он сможет на меня надавить.
Его улыбка стала еще шире, отчего по моей спине прошелся едва уловимый неприязненный холодок. – Причинять вред вам я не могу, – едко протянул Безликий, – но, помнится, у вас достаточно близких людей, жизнь и благополучие которых вам небезразличны? Например, та рыженькая де…
– Хватит!
Сердце тревожно заколотилось. Этот мутный тип определенно знал мои слабые места, а какого-либо адекватного выхода на горизонте не мелькало.
– Достаточно. – Повторила я зло. – Что нужно делать?
Меня затрясло. Вот так, одной фразой, проклятый пришелец из другого мира разбил всю мою волю к сопротивлению. Ведь и правда, сделай он что-то Ирке, его не найдут и ничего не докажут, а я? Что буду делать я, зная, кто виноват на самом деле?
– Все очень просто, Ваше Высочество, – отозвался тот, снова протягивая мне руку с длинными бледными пальцами с противными полупрозрачными ногтями. – Нужно всего лишь меня коснуться.
Вот так просто, коснуться и все?
– Да, – кивнул он, отвечая на мой безмолвный вопрос. – Покинуть этот мир куда проще, чем в него попасть.
– Вот и проваливай!
С этими словами из-за моего плеча резко метнулась знакомая тень. Широкие плечи, обтянутые темным плащом, закрыли обзор всего на секунду, и потом, когда Кир развернулся ко мне, за его спиной не было ничего, кроме серого пепла, медленно оседавшего на дорожку.
– Что ты с ним сделал? – Шокировано поинтересовалась я, разглядывая странный пепел, прибиваемый дождем, и уже почти незаметный на мокром гравии.
– Нейтрализовал. – Криво усмехнулся Кир, шагая ко мне. С непередаваемым вздохом облегчения я упала в приглашающе распахнутые объятия, едва не уронив свой любимый зонт.
– Расскажешь мне все? – Промурчала я ему в грудь, замыкаясь в своем мирке уютного тепла и любимого запаха, чувствуя, как он кивает в ответ.
– Идем отсюда.
Я держала свой зонт, прикрывая нас обоих, а он нес меня на руках, надежно укрыв полами своего плаща от усилившегося ветра. И на данный момент мне было абсолютно все равно, кем мой идеал был на самом деле. Да, он ни разу не подарил мне цветов, в противовес всем моим бывшим ухажерам. Но только что он меня просто спас, и плевать, каким именно образом ему это удалось. Определенно, Кир стал именно той частью моей жизни, с которой я вряд ли смогу расстаться. Это пугало и восхищало одновременно. Будто с его присутствием я обретала что-то невероятно ценное, что-то, чему на самом деле цены нет.
Кир вышел из лифта, и едва не столкнулся с моим балконным соседом. Тот вытаращил на нас свои белесые глаза, едва не выронив сигарету, торчащую из угла губ. Так вот кто постоянно курит в лифте!
Секундное замешательство, и тот метнулся к своей квартире, на ходу доставая мобильник.
– Эй! – Окликнул Кир, осторожно ставя меня на пол.
Сосед вздрогнул и медленно нехотя обернулся. Я удивилась такому послушанию. Да, Кир излучал опасность, но скрыться в квартире, практически находясь на ее пороге, было для соседа секундным делом. Но он отчего то предпочёл остаться.
– Давай сюда, – Лениво озвучил Кир нечто понятное только ему. И сосед, скрипя зубами, догадливо протянул ему свой мобильник. Мой идеал сжал пальцы, сломав пластмассовый прямоугольник на две растрескавшиеся половинки, и также спокойно протянул обратно. Тот молча принял останки аппарата, и скрылся с глаз, злобно хлопнув дверью.
– Ну и что это было? – Поинтересовалась я, как только мы оказались у меня.
– Потом, – улыбнулся Кир. И что-то в его улыбке заставила меня дрогнуть и начать жарко плавиться сладкой ириской в микроволновке.
– Но…– Тем не менее, не хотелось сдаваться вот просто так, выбросив белый флаг от одной лишь его улыбки.
– Потом, – повторил он, шагая ко мне.
– А как же…
– Потом. – С моих плеч недвусмысленно скользнул мокрый плащ.
За окном шумела разбушевавшаяся весенняя непогода, а вечно невозмутимый Кот мирно спал, не обращая на нас ни малейшего внимания.
15. Правда
Всю ночь и целое утро шел дождь, шумела непогода и природа всячески бунтовала против чего-то известного только ей одной. И поэтому крошечный солнечный луч, медленно спустившийся по шторе вниз, показался неким нечаянным чудом. Моя маленькая гостиная, она же спальня была полна тепла и счастья, сконцентрировавшемся на одном конкретном разобранном диване, и этот лучик стал завершающим штрихом к картине моей личной утренней идиллии.
Рука со знакомым браслетом собственнически покоилась на моем животе, сплетаясь с моей собственной в точно таком же браслете, обнимая, словно мягкую игрушку. И я блаженно щурилась, вовсе не жалея, что не умаю мурчать, как кошка. Иначе от моего громогласного урчания в доме не осталось бы ни одного целого стекла. Настенные часы знакомо щелкнули, привлекая к себе внимание. Час дня. Я даже привстала, чтобы убедиться в том, что глаза меня не обманывают.
– Хватит ерзать, – с недовольной хрипотцой пробурчали мне в затылок. – Если не желаешь застрять тут до следующего утра.
– Уже день, – рассмеялась я, делая попытку отстраниться, что мне не позволили, снова прижав к себе. – И я обещала позвонить родителям еще утром.
– Думаю, их уже оповестили о том, что возможности перезвонить у тебя сегодня не будет.
Сосед?
– Ты же испортил его телефон.
– Ну и что? – Я почувствовала, как он лениво потягивается, не разжимая рук, сомкнувшихся в замок на моем животе. – Как только мы ушли, он тут же кинулся сообщить лично.
Протяжный звук дверного звонка, раздавшийся следом, как нельзя лучше подтвердил его слова. Еще никогда я так не желала открывать кому-либо дверь, как сейчас, поэтому не спешила шевелиться, с досадой слушая ставшие вдруг такими противными трели. Минуту назад я предвкушала целый день, наполненный счастьем, а никак не разборки с родителями.
– Думаешь, мои родители настолько беспринципны, что будут ломиться в дверь, точно зная, что я не одна?
– Задай вопрос по-другому. – Щекотно прошептали мне на ухо. – Что такого сообщил им их шпион, что они тут же примчались на помощь?
Я заинтригованно обернулась, и не сдержала улыбки, взглянув в его лицо. Картина чуть взлохмаченного идеала в роли Чингачгука с пером из подушки в темных волосах немного убавила градус напряженности. Но открыть дверь всё же стоило хотя бы для того, чтобы сообщить, что со мной все в порядке. Поэтому, нехотя выбравшись из теплых рук и из-под мягкого пледа, накинув халатик, я поспешила к двери.
Моим глазам предстали родители в полном составе. За их спиной маячил местный Павлик Морозов, не оставляя сомнений в своей причастности в качестве главного оповестителя.
– Что-то случилось? – Как ни в чем не бывало поинтересовалась я, глядя в их бледные лица.
– Здравствуй дочь! – Даже несмотря на вчерашние откровения, моя оказывается тётя никак не могла отказаться от своего уже привычного материнства. Ее глаза и чуть подрагивающие руки выдавали сильное беспокойство. – Ты одна?
– Нет. – Я не спешила пускать их внутрь, ясно давая понять, что не готова принимать посетителей. Но кое-кто был не согласен с моей позицией.