– Сорок, как и договаривались? – Ехидно поинтересовалась я.
Бабуля не разочаровала. – Всё верно, – ответила она, удовлетворенно улыбаясь и пряча свиток в складках платья.
Акула бизнеса, что и говорить. Оставалось только понять, что все это означало. Я снова перевела взгляд на Инквизитора.
Тот тяжело глядел на бабушку.
Так и будем в гляделки играть, или кто-нибудь мне что-нибудь наконец объяснит?! – Хотела воскликнуть я, но не успела.
Со стороны дома по гравийной дорожке захрустели негромкие шаги, и я повернула голову. Навстречу мне, под руку с незнакомой темноволосой девушкой шел Кир. Всё в той же одежде, что я видела на нем вчера возле фонтана…
Я недоуменно нахмурилась, переводя взгляд со странной пары на Кира, стоящего рядом со мной. Для пущей уверенности я его даже потрогала, чем вызвала у того дополнительную улыбку. Он легонько сжал мою руку в ответ.
– Что это значит? – Прошептала я, чувствуя себя полной дурой. – Кто это?
– Третий. – Ответил мне лже-Кир бесцветным голосом Безликого, останавливаясь со своей спутницей в паре метров от нас. И одновременно с его словами иллюзия рассеялась, являя под собой традиционную фигуру служителя правительственной сотни.
– А…это?
– Мой фантом. Вот такая красотка я была в молодости…– Проскрипела бабушка, щелкая сморщенными пальцами. Девушка, подчиняясь команде, повернулась кругом, будто демонстрируя платье. И тут я поняла, что та одета в то самое платье с передником, и что глаза у нее тоже до боли знакомые… На третьем повороте девушка растаяла в воздухе.
И тогда я ощутила себя еще большей дурой. Меня провели, как маленького ребенка…. А следом пришла злость.
– Ладно Алес, но ты, бабуля?! Не стыдно было тебе продавать собственную внучку?!
Хотя, в общем, вопрос был скорее риторическим. Я уже давно поняла, что любимым детищем для бабули был ее тепличный бизнес, а не какая-то там незнакомка, выросшая в другом мире. Но, одновременно с этим разоблачением с моей души упал огромный груз недоверия, и теперь мне казалось, что, несмотря на предательство бабушки, я снова обрела крылья.
– Я планировала тебе все рассказать сразу после того, как получу свою выгоду! – Заявила та, вызывающе подбоченясь.
Я укоризненно поглядела на родственницу, на ее защитную позу, но при этом полные сожаления и слез глаза одного цвета с моими, и… засмеялась.
А что мне еще оставалось делать? Вместе со смехом я отпустила из себя остатки поселившейся до сего момента в душе боли. А к тому времени, как я успокоилась, внутри ее просто больше не осталось.
Бабушка несмело улыбнулась, глядя на развеселившуюся меня. И вместе с этим особенно почувствовалась чужая горячая ладонь, бережно сжимающая мою собственную, и я стыдилась повернуть голову, чтобы встретиться взглядом с моими любимыми глазами.
Кажется, придется просить прощения… И при этой мысли на моем лице впервые за последние два дня расплылась широкая счастливая улыбка.
39. Долго и счастливо.
– Ну, мне пора. – Обозначила хитрая бабушка, и шустро шмыгнула в экипаж. Она поняла, что провела всех с максимальной выгодой для себя, и решила побыстрее смыться восвояси, пока мы не опомнились.
Кир жестом велел Безликим проводить её до границы. Те бодро повиновались и в течении минуты экипаж скрылся с глаз, после чего мужчина положил руку мне на талию, и легонько подтолкнул по направлению к дому. Я, маяком полыхая от стыда, молча повиновалась.
Хотя чего мне, собственно, было стыдиться? Меня всего лишь подло подставили, нагло обманули, хитро провели, использовали в собственных целях! Я, можно сказать, стала жертвой чужой недоброй воли, и с чего бы мне вдруг чувствовать себя виноватой? Конечно, не с чего. Хотя… Возможно… Мне не стоило быть настолько эмоциональной с самого начала, и присмотреться к тому Киру у фонтана чуть внимательнее… Возможно, тогда бы я заметила некоторые явные несовершенства в его облике… Это все проклятая вода! Через нее картинка казалась неправильной. Так что я ни в чем не виновата, ну уж нет! Но щеки, несмотря на все мои мысленные оправдательные доводы, продолжали предательски изображать коммунистический флаг.
– Ну что ж, – протянул Инквизитор, демонстративно захлопывая за нами дверь и неспешно приближаясь. – Настало время услышать твое решение, да, принцесса?
Мы стояли посреди точной копии просторного холла его бывшего дома в Лебяжьем, с теми же кожаными креслами и диваном вокруг стеклянного столика, с теми же мохнатыми коврами, тяжелыми портьерами и камином из нешлифованного камня. И воздух здесь был пропитан запахом пламени и его духов…
Я сглотнула, и отступила на шаг. Жарковато тут, хотя камин не растоплен. Странно. Водички бы… А то что-то в горле как-то вдруг пересохло…
Инквизитор, полностью оправдывая название своей бывшей должности, хищнически улыбнулся, и сделал еще пару плавных шагов навстречу. Я осталась стоять. – Ну так каково же твое решение, принцесса? – Мягко поинтересовался он, чуть склонив голову набок.
Молчание затянулось, и он воспользовался им, чтобы сделать еще шаг ко мне.
– Я всё поняла! И не нужно на меня давить!
– М-м-м? – В притворном удивлении протянул тот, наслаждаясь своей игрой.
– И не надо на меня так смотреть!
– Как «так»?
– Вот так! – Я в меру сил и актерского таланта изобразила пучеглазую гипножабу и снова под шумок отступила на шаг к камину.
– И что же ты поняла? – Промурлыкал он, неспешно обходя кресло на своем пути, лениво очерчивая его спинку пальцами.
– Всё, я всё поняла! – Кажется, в моем голосе проскользнули истерические нотки.
– Я весь внимание.
– Я ни в чем тебя ни виню, и все между нами остается по-прежнему. А вообще, меня подставили!
– Разумеется, – улыбнулся он довольной улыбкой волка, почуявшего загнанную добычу. – И я тоже тебя за это нисколько не виню.
Я робко глянула на него исподлобья.
– Правда?
Мужчина серьезно кивнул, но странный блеск в его темных глазах явно не сулил ничего хорошего. Мои собственные глаза подозрительно сузились в ответ, отчего его зловещая улыбка стала на миллиметр шире.
– Теперь, раз мы всё прояснили, думаю, настало время поговорить и о наказании…
– К-каком наказании?!
– Подумай сама, принцесса. – Посерьезнел Кир, и начал картинно загибать пальцы. – Сначала меня незаслуженно заперли в собственном доме, обманули, оскорбили, бросили, оклеветали, потом вообще изгнали, потом снова заперли в пустынных землях… Так что теперь я вправе требовать компенсацию за свои страдания.
Вообще, только половина его претензий касалась меня лично, так что я попробовала возмутиться:
– И почему именно у меня?!
– А у кого же еще?! – Прорычал он, и так внезапно шагнул вперед, протягивая руки, и его лицо при этом было настолько зверским, что я, не выдержав провокации, пискнула, и метнулась в сторону.
Как оказалось, только этого ему и требовалось.
Я со всех ног бросилась к лестнице. Инквизитор со злорадным смехом кинулся мне вслед.
Задыхаясь от ужаса и восторга, я бежала по лестнице вверх, подобрав юбки до неприличия и перепрыгивая через ступеньку. Но вот жалость, ноги Инквизитора были куда длиннее, и перепрыгивал он сразу через три, так что форы мне не дали, настигнув уже в конце лестничного пролёта.
Чужие пальцы собственнически вцепились в мою талию, как в родную, после чего Кир притянул меня к себе, подхватил на руки, и, довольно посмеиваясь, потащил в свою берлогу наслаждаться своей законной компенсацией… И не то чтобы я сильно возражала. Отрабатывать так отрабатывать!
*
Спустя полгода мы с моим Инквизитором (хотя теперь он официально именовался правителем Северных земель, они же Синие скалы) сидели на диванчике в полюбившейся мне мансарде перед широким панорамным окном и любовались великолепным видом на предзакатное море. Золотистые солнечные лучи мягко бликовали на наших браслетах, точнее, на двух половинках единого, коими мы и сами теперь являлись.