— Ой, да — махнула она рукой.
Я переводил взгляд с неё на Моргана и обратно, всё ещё не до конца веря, как ловко она выкручивается.
— Если вы не против, — продолжила Эвелин, — я украду его на пару чудесных минут.
— Забирай, — улыбнулся Морган. — Мы же всё обсудили, Риверо? — прищурился он.
Я сжал челюсть.
Эвелин удивлённо посмотрела на меня — она не знала про вторую фамилию.
— Ну что, Дерек, — ядовито протянул Рейнер.
Я выдохнул. Ради братьев, чтобы отец не испоганил им жизнь.
— Да, — бросил я.
Морган протянул руку, и сделка была закреплена.
— Всё, пойдём, — не унималась Эвелин, потянув меня за собой.
— Эй, — окликнул Рейнер. — У твоей драгоценной жены, кажется, ноги болят. Позаботься.
— Не тебе решать, — хмуро ответил я и подхватил Эвелин на руки, не оглядываясь, пошёл обратно в зал.
И каждый, кому не было лень, смотрел.
Взгляды — презрение, страх, ложь — провожали нас со всех сторон.
— Придурок, отпусти, — прошипела она сквозь зубы.
— Нет, дорогая, — самодовольно ответил я. — У тебя же ноги болят.
Я посадил её на высокий стул у барной стойки.
Не успел выпрямиться, как она схватила меня за галстук.
— Ты что за цирк устроил? Ты вообще понимаешь, что такое незаметность? — прошипела она.
Я перехватил её руки и убрал от галстука:
— Кто бы говорил. «Идиотские каблуки», да?
— Да, — грубо бросила она. — И вообще радуйся, я выкрутилась.
— Ты молодец, — усмехнулся я.
— Что за представление вы тут показываете? — вдруг раздался голос Джеймса. Он стоял рядом с бокалом. — Нас, смертных, вы двое очень радуете.
Я молча забрал у него бокал:
— С тебя хватит.
Он пожал плечами, взял новый и ушёл.
Придурок. Врезать бы.
— Ему на всё плевать, — сказала Эвелин, глядя ему вслед. — А если убьют?
— Нет, — ответил я. — Его точно нет.
Она пожала плечами и поднялась.
— Так со сделкой всё?
— Да, — сказал я. — Всё.
— О вот и отлично — пойдём тогда, — сказала Эвелин, поднимаясь.
— Нет, — спокойно ответил я. — Сделка только что заключена. А банкет… он только начинается.
Я подал ей руку.
— Пойдём. Я познакомлю тебя с парой людей.
Она прищурилась, склонив голову.
— Ты серьёзно? «Незаметность», Дерек. Половину здешних я и так знаю.
— Они — тебя нет, — пожал я плечами. — А я обязан показать всем свою прекрасную жену.
— Насчёт «прекрасной» не спорю, — самодовольно бросила она и улыбнулась.
— Вот именно, — тихо сказал я. — Пусть знают.
Она без лишних слов взяла меня под руку — уверенно, спокойно.
В толпе я сразу заметил Нейта и Криса. Подошёл первым, коротко сообщил, что сделка состоится. Они переглянулись — довольны, но напряжены. Слишком просто здесь ничего не бывает.
Мы стояли вчетвером, когда к нам подошла Вивьен — дочь Виктора.
— Братья Блейд, — улыбнулась она, остановившись напротив.
— О, Вив, — первым отозвался Крис. — Ты пришла…
Он осёкся, взгляд скользнул к Эвелин и завис. Неловкая пауза повисла в воздухе.
Когда-то Вивьен должна была стать моей женой. Должна — не значит стала.
— Дерек, — улыбнулась она, повернувшись ко мне.
Я сжал руку Эвелин крепче.
— Вивьен, здравствуй. Познакомься. Эвелин. Моя жена.
Эвелин едва заметно прищурилась — она ещё не до конца понимала, зачем я это делаю. Но руку не убрала.
— Так слухи всё-таки правдивы, — хмыкнула Вивьен. — Говорили, ты женился. Я не верила.
Я усмехнулся и, не колеблясь, поцеловал Эвелин в лоб.
— Как видишь, — сказал я ровно, — правда.
Никто не успел ничего ответить — в зал ворвались люди в масках. Не маски даже, а какие‑то грязные тряпки, натянутые на лица. Без предупреждений, без слов — сразу открыли стрельбу.
Я среагировал мгновенно: схватил Эвелин, резко развернул и прикрыл собой. В ушах зазвенел грохот выстрелов, но краем сознания отметил — братья уже отвечают огнём.
В зале — полный хаос. Кто‑то уже лежал без движения, кто‑то в панике метался, ища выход, иные, как и мы, отстреливались. Воздух пропитался запахом пороха, крови и страха.
Эвелин не послушалась. Вырвала руку, встала бок о бок со мной и начала стрелять в ответ. Её движения — чёткие, выверенные. Ни тени паники. Только холодная ярость.
Внутри меня всё сжималось. Я глазами искал братьев, проверял, целы ли. Другой рукой нащупал ладонь Эвелин — если с ней что‑то случится, я не знаю, что со мной будет.
В зале оставались считанные люди. Те ублюдки в масках уже перешли на кулаки. Один из них бросился к Эвелин. Она резко вырвала руку из моей, развернулась и врезала ему с такой силой, что он пошатнулся, отлетел на пару шагов.
В тот же миг кто‑то схватил меня сзади, сдавил горло: