— Я пришёл за твою душу, Риверо.
Внутри что‑то щёлкнуло. Ярость, холодная и острая, пронзила всё тело. Резким движением швырнул его через бедро, не раздумывая — выстрелил.
— Эвелин, выйди! — крикнул я, указывая на чёрный ход.
— Да прямо сейчас, — хмыкнула она, нанося очередной удар кулаком. Но в следующий миг пошатнулась, упала.
Сердце остановилось. Я рванулся к ней, но она уже поднималась — волосы растрёпанные, по виску стекает кровь. Паника ледяной волной накрыла меня, но я сжал зубы.
— Выйди отсюда! — рявкнул я, одновременно выстрелив в того, кто подкрался сзади неё.
— Я лучше тебя справлюсь, — хмыкнула она, сбрасывая каблуки. Теперь её движения стали ещё резче, свободнее.
— Да не сомневаюсь, — бросил я, вставая рядом с ней. Она была права — справляется идеально. Но если вдруг что‑то случится, я этого не позволю.
— Муженёк, голову вниз! — скомандовала Эвелин.
Я послушно пригнул голову. Оказалось, я не заметил того, кто был сзади — она одним точным ударом вырубила его.
Я усмехнулся:
— Вот моя жёнушка. И кто будет сомневаться?
— Дерек! — раздался крик сзади.
Я обернулся. Джеймс — в крови, но цел. Братья держались, отстреливались, но в этом аду я не видел Моргана и Рейнера.
«Это их очередная игра», — пронеслось в голове.
— Где Морган?! — подбежал к Джеймсу.
— Не знаю! — бросил он, снова открывая огонь.
В этот момент что‑то тяжёлое ударило меня по голове. Гул, туман перед глазами. Я пошатнулся, но устоял. Ударил в ответ, затем выстрелил. Братья всё ещё держались — окровавленные, измотанные, но на ногах.
И вдруг — крик Эвелин.
Сердце ушло в пятки. Я резко повернулся — и на мгновение замер. Она цела. Жива. Просто поскользнулась.
Но этого мгновения хватило, чтобы в спину мне прилетел удар. Я упал, перекатился, схватил пистолет, выстрелил на рефлексах.
Один из нападавших повалил меня на пол, начал бить кулаками в лицо. Я перевернул его, схватил за горло, начал душить. Снял маску — но смысла нет, я его не знаю. Здесь все — марионетки. Нужно найти того, кто дёргает за нити.
Задушил его, поднялся. Глаза щипало от крови. Я вытер лицо рукой.
В зале — хаос. Только несколько фигур ещё стояли на ногах. Люди в масках — уже не в живых. Гости — раненые, кто‑то еле держится на ногах.
Я подошёл к Эвелин. Она сидела на коленях, в руках — кровь. С виска стекала алая полоса, ноги изрезаны осколками.
— Чёрт! — выкрикнул я. Все в зале посмотрели на меня.
Поднял Эвелин, но из‑за осколков в ноге она не смогла встать. Сжала зубы, в глазах — слёзы, но не сдаётся.
Я оглядел зал. Виктор лежал в крови. Рядом с ним — Вивьен, держит его, бледная. Чуть дальше — Хейс, живой.
— Вы целы? — крикнул я братьям, не отрывая взгляда от Эвелин.
— Да, — выдохнул Нейт, стирая кровь с лица.
— Почти, — прохрипел Крис, сжимая раненую руку. Кровь проступала сквозь пальцы.
Внутри всё кипело — злость, страх. Эвелин в моих руках дрогнула, и я понял: сейчас важнее другое.
Я поднял её на руки — сам цел, но это не имеет значения. Подошёл к братьям. Взгляд упал на рану Криса.
— Выходите, — сказал строго.
Он сжал челюсть от боли. Нейт смотрел на его рану с такой яростью, будто готов разорвать любого.
Я хотел остановиться, найти Моргана или Рейнера. Но Эвелин у меня на руках сжала мою рубашку и скривилась от боли. Я выдохнул. Злость кипела внутри, но сейчас — только она.
Я держа ее на руках, подошёл к Рафаэлю. Он стоял, облокотившись на стену, ствол в руке.
— Праздник испортили, — усмехнулся он.
— Кто? — спросил я, взгляд всё ещё прикован к Эвелин. Она молчала, только сжимала челюсть от боли.
— Если бы я знал, Дерек, — хмыкнул Рафаэль.
Чуть дальше сидел Лукас, держался за ногу.
— Я убью его лично, — процедил он и поднял глаза. — А ты что? Твоя драгоценная жена постоит. Не обязательно носить её на руках всегда.
Я не выдержал. Подошёл, наклонился и нажал ногой на его раненую ногу. Он вскрикнул.
— Моя драгоценная жена помогла нам, — прошипел я ему в лицо. — Ты должен молиться на неё.
Эвелин тихо выдохнула. Её голос прозвучал слабо, но с привычной насмешкой:
— Вам, придуркам, нечего делать. Напали на всех, а они спорят. И да, я вас спасла, так что… браво мне, — она усмехнулась сквозь боль.
Я усмехнулся, но внутри был хаос. Чувствовал, как её пальцы впиваются в мою рубашку. Каждый её вздох, каждый судорожный вдох отдавался во мне острой болью.
Я подошёл к выходу. Братья без слов поняли и вышли вперёд. Нейт завязывал руку Криса галстуком, чтобы хоть как‑то остановить кровь.
Вышел настолько быстро, насколько мог. Подбежал и сел в машину близнецов — они уже сидели. Водитель тут же тронулся с места.