— Эй, Вив, у вас же по сути свадьба должна была быть? — сказал Крис.
— Дааа, — отетила Вивьен, играя волосами. — Но Дерек… Он сказал, что не готов, а тут женился на… — она посмотрела на меня сквозь презрение, и в голосе её слышалось «не понятно кому».
Дерек выдохнул, встал с места.
— Она моя жена, — твердо сказал он. — Учтите и услышьте: моя жена, Эвелин, она не никто! — Голос его становился всё громче, всё злее. — Она причина, по которой я жив! И если ещё раз услышу «не понятно кто» в её адрес, разговоров не будет.
Он повернулся к Крису:
— И ты, Крис, прояви уважение. Эвелин сидит здесь, и я. Свадьбы не должно было быть, потому что это по договору. Ты меня понял?
— Да, понял, я понял, — тихо сказал Крис.
Нейт лишь улыбнулся и толкнул Криса.
Я сидела, слушала его, краснея, а сердце бешено колотилось в груди.
Дерек направился к двери, но вдруг остановился.
— Дорогая, — сказал он, обернувшись. — Ты будешь сидеть здесь или поднять тебя наверх?
— Я отвечу за неё, — вмешался Нейт. — Уже поздно. Зачем лишний раз ходить туда-сюда? Сразу забирай. Мы ещё немного посидим и тоже разойдёмся по комнатам.
Дерек ничего не ответил. Просто подошёл и снова поднял меня на руки.
Я смущалась… и одновременно злорадствовала. Сама не понимала, почему.
Он принёс меня в комнату и аккуратно уложил на кровать.
— Эвелин, ты не обращай внимания на Криса, — начал он.
— То есть, — перебила я, — я твоя жена и почти не знаю, как тебя зовут?
Меня злило всё сразу: Вивьен, он, я сама. Эта глупая ревность, от которой хотелось провалиться сквозь пол. Я… ревную Дерека? В голове не укладывалось.
Он сел рядом.
— Я Дерек Каэль Риверо Блейд. Каэль и Риверо — чисто для вида, нигде не указано моё полное имя, Эвелин. Это мелочь. Вивьен знает, потому что ей сказал Виктор.
Он говорил спокойно, будто оправдывался. Я закатила глаза.
— Конечно, она знает. Вы же почти поженились.
Дерек прищурился, посмотрел прямо мне в глаза и выдохнул:
— Ты… ревнуешь?
— Что? — я смутилась, но тут же спряталась за резкостью. — Что за бред?
— Ревнуешь меня? — он улыбнулся, и в его глазах вспыхнули искры.
— Заткнись, — бросила я, отводя взгляд.
Он искренне улыбнулся.
— Ревнуешь…
И вдруг взял меня за плечи.
— Любовь моя, я, конечно, безгранично рад, что ты ревнуешь. Но я не позволю, чтобы ты так думала. Единственный человек, который будет на меня влиять, — это ты, Эвелин. Хочешь — ревнуй. Но я не допущу мысли, что могу смотреть на кого-то другого, кроме тебя.
Я затаила дыхание. Внутри поднимался жар.
Я не удержалась.
— А на Вивьен смотришь.
И тут же пожалела о том, что сказала а он рассмеялся.
— Хочешь, я сделаю татуировку на лбу? «У меня жена психованная».
— Давай, — отрезала я. — Для полного комплекта добавь: «и у неё всегда есть оружие».
Он наклонился ближе и посмотрел мне в глаза — чёрные, блестящие.
— Эвелин, я твой. Целиком и полностью. Делай со мной что угодно, но не допускай мысли, что я буду с кем-то, кроме тебя.
Я прикусила губу. Его слова звенели в ушах, и это ощущение было странно… приятно.
— Знаешь, что я хочу сделать? — сказала я и легко чмокнула его.
Он на секунду замер, потом притянул меня к себе и поцеловал.
Поцелуй вышел жгучим и жадным. Его язык мгновенно ворвался мне в рот, исследуя каждый уголок. Я отвечала ему без колебаний, отдаваясь с первых секунд.
Дерек начал расстёгивать мою одежду, его пальцы дрожали от нетерпения. Но вдруг он отстранился — глаза потемнели.
— Что случилось? — прищурилась я.
— Ты не… Точнее, я не хочу, чтобы было как всегда — посередине конец, — выдохнул он. — Каждый раз ты останавливаешь меня на самом пике. А сегодня…
Внутри вспыхнул стыд, смешавшийся с волной желания. Я и правда каждый раз отталкивала его в последний момент — то из‑за страха, то из‑за нелепой гордости. Но сейчас… сейчас всё будет иначе.
Я глубоко вдохнула:
— На этот раз всё будет по‑другому. Если хочешь снизу — начни. Я готова.
Его глаза блеснули. Медленно, стараясь не задеть рану, он стянул с меня штаны, затем осторожно коснулся края футболки, вопросительно взглянув. Я кивнула. Через мгновение ткань полетела в сторону.
Он замер на миг, смотрел на открывшуюся картину, а затем одним движением снял с меня бюстгальтер. Я осталась в одних трусах, чувствуя, как жар разливается по всему телу, а соски напрягаются от предвкушения.
Нахмурившись, я потянулась к его футболке и стянула её, обнажая рельефный торс.
— Теперь честно.
Он вцепился в мои губы, толкнул на кровать и навис сверху. Его ладони скользили по моему телу, вызывая дрожь, от которой колени невольно подрагивали, а дыхание становилось всё прерывистее. Я вцепилась в его волосы, прижимая ближе, отвечая на каждый поцелуй с не меньшей страстью, чувствуя, как его возбуждение прижимается к моему бедру.