— Людей погибло много, — мягче сказал Нейт.
— А остров? — не удержалась я.
— Там тебя искали, — ответил Крис. — Не нашли. Взорвали. Но, к счастью, нашли потом.
Он замолчал.
— Помнишь… — начал он тихо. — Когда я зашёл, и тот ублюдок бил тебя?
— Да, — глухо ответила я, касаясь мест, где били битой.
— Это было… — он запнулся. — Ужасно. И да, я видел много ужасных вещей, но...
— Хватит, придурок, — Нейт ударил его по затылку.
— Ладно,— Крис попытался улыбнуться.
А внутри меня поднималась тревога.
Шприц.
Холод в венах.
— А вы узнали, что мне кололи? — быстро спросила я.
Они переглянулись.
— Тебе что-то кололи? — Нейт встал.
— Да.
— Чёрт… — выдохнул Крис. — Запах? Цвет?
— Нет, — голос дрогнул. — Прозрачная жидкость. Сначала было больно. Потом… я перестала чувствовать боль.
Они снова посмотрели друг на друга.
— Наркотики, — глухо сказал Крис.
— Вы издеваетесь? — резко сказала я. — Я коп. Я знаю, как это выглядит. Это было не оно.
— Уверена? — тихо спросил Нейт.
— Да.
— Ладно, — кивнул он. — На всякий случай — полное обследование. Я позову Андерсона.
Он вышел.
Крис тоже поднялся, но я остановила его взглядом.
— Вы не говорили Дереку, что знаете про… его амнезию.
— Нет, — ответил он. — И не скажем. Но сделаем всё, чтобы он поправился. Договор?
— Договор, — кивнула я.
Он вышел. Я осталась одна с хаосом в голове.
Я три дня сидела в лесу, ещё два — без сознания.
И всё это время эти трое беспокоились за меня.
Мысль пришла внезапно и ударила под дых. Не как факт — как чувство. Тёплое и одновременно невыносимо тяжёлое. От него внутри всё сжималось, будто кто-то медленно стискивал сердце.
Перед глазами всплыли другие образы.
Маленькие мальчики.
Слишком серьёзные для своего возраста.
Синяки, спрятанные под длинными рукавами.
Тишина вместо слёз — потому что плакать было нельзя.
Их использовали.
А потом просто бросали, когда что-то шло не так, как хотел их отец.
Я видела это слишком ясно — будто не воспоминание, а чужую боль, навсегда застрявшую под кожей. Детей, которых никто не защищал. Детей, которых учили выживать вместо того, чтобы жить.
И теперь — они.
Взрослые. Опасные. Жёсткие.
Но внутри всё те же мальчики, которым однажды никто не сказал: ты не ошибка.
Я пропала на три дня — и они перевернули всё.
Потому что когда-то их самих не искал никто. Они вырастили сами себя.
Я закрыла глаза и медленно выдохнула. Тело будто не принадлежало мне. Но лежать больше не было сил, и я решила подняться.
Как только встала, голову повело. Я нащупала капельницу, вытащила иглу и, держась за стену, вышла в коридор.
— Миссис Блейд, — Андерсон остановил меня у выхода. — Мистер Нейт просил провести повторное обследование.
— Не нужно, — ответила я слишком быстро, а потом всё же насторожилась. — У меня в крови… ничего не нашли?
— Нет. Всё чисто, — ровно сказал он. — Если хотите, могу проверить ещё раз.
— Нет, спасибо, — бросила я и медленно направилась вниз.
Едва я спустилась, как ко мне подбежал Рико, громко гавкая.
Я присела и погладила его.
— Кто у меня большой мальчик…
Он тут же облизал мне лицо, и я невольно улыбнулась. Но странно — он не переставал гавкать.
— Тише, тише… — сказала я, почесав его за ушами.
— Что ты делаешь?! — резко раздалось за спиной.
Я обернулась, но вставать не стала.
— Как видишь, милый, сижу, — ухмыльнулась я.
— Почему ты встала? И тем более спустилась сюда? — сказал Дерек уже без шуток.
— А что, я парализована? Поверь, лежать целыми днями надоедает.
Он выдохнул, подошёл и вдруг поднял меня на руки.
— Больно, отпусти! — сказала я.
Он испуганно округлил глаза и ослабил хватку.
— Прости, я… — начал он.
Мне стало не по себе, и я быстро перебила:
— Да шучу я, дурачье.
— Не смешно, — строго сказал он и понёс меня на кухню.
— Точно пошутила? — спросил он серьёзно, всё так же не глядя мне в глаза.
— Точно, — ответила я, обнимая его за шею. — А где Ленгсли?
— Ушёл, — коротко сказал он и усадил меня на стол.
Я оглядела кухню: разбросанные продукты, нож, очистки.
— И что ты делаешь? — прищурилась я.
Он пожал плечами.
— Готовить пытаюсь. Но, — он поднял недочищенную картошку, — пока не очень.
Я не сдержалась и рассмеялась.
От смеха внутри стало тепло, и в глазах защипало от слёз.
— Ну что ж, почти готово, — сказал он, доставая ложку.
— Что готово? — спросила я.
Он подошёл ближе.
— Ты же ничего не ела… и я…
— И ты решил приготовить мне что-то, — улыбнулась я, но улыбка вышла фальшивой.
Он всё так же избегал моего взгляда.