— Ты не знаешь, — прошептала я и тут же сорвалась на крик. — Ты не знаешь, что это — потерять его. Это был мой брат!
Джек замолчал. Не стал спорить, не стал оправдываться. Только опустил голову ещё ниже.
— Если тебе что‑то понадобится… что угодно, — наконец сказал он. — Иди к нам. Мы рядом.
Он протянул мне маленькую металлическую звёздочку. Я взяла её дрожащими пальцами, и сердце болезненно сжалось.
— Нашли при поиске, — добавил он, и голос снова надломился. — Это его.
Я не выдержала. Слёзы хлынули с новой силой, дыхание сбилось, будто мне не хватало воздуха.
— Тела… нет? — еле выговорила я.
— Нет, — тихо ответил Джек.
Этого оказалось достаточно, чтобы внутри всё окончательно рухнуло. Я всхлипнула, согнулась пополам, и если бы не Дерек, я бы просто упала. Он удержал меня, не говоря ни слова, только крепче прижал к себе.
— Прости, — снова сказал Джек, поднимаясь. — Мне жаль.
Он уже почти дошёл до двери, когда я вдруг нашла в себе силы.
— Джек… — позвала я.
Он обернулся, и я шагнула к нему, обняла, не думая ни о чём.
— Мы оба его любили, — прошептала я ему в плечо.
— И будем любить всегда, — ответил он так же тихо и бросил короткий взгляд на Дерека. — Береги её. Если не сможешь — мы за ее брата всё равно встанем.
Я снова вцепилась в руку Дерека, будто только она удерживала меня в этом мире.
— Команда мстителей всегда на связи, — попытался пошутить Джек, криво улыбнувшись сквозь слёзы. — Звони. Или просто беги к нам.
Он вышел.
А я присела посреди разрушенного дома, с холодной звёздочкой в ладони и пустотой там, где раньше был брат.
Дерек осторожно опустился рядом со мной на пол, не отпуская моей руки. Я сидела, уставившись в одну точку, будто если не моргать — всё это исчезнет. Дом был слишком тихим после хаоса.
— Эвелин… — тихо позвал он.
Я не ответила. Если открою рот — развалюсь окончательно.
Крис и Нейт стояли неподалёку, не лезли, не шутили. Даже они понимали: сейчас нельзя. Крис первым отвернулся, Нейт сел на ступеньку, опустив голову.
— Я не чувствую ничего, — наконец сказала я. Голос был чужой, будто не мой. — Ни злости, ни истерики. Только пустоту.
Дерек кивнул, будто это было нормально. Будто он знал это состояние.
Я сжала в кулаке жетон брата. Острые края впились в ладонь, но мне было всё равно.
— Он всегда возвращался, — прошептала я. — Всегда. Даже когда шансов не было.
— И в этот раз он тоже вернулся, — тихо сказал Дерек. — Просто… иначе.
Я резко посмотрела на него, в груди что-то болезненно сжалось.
— Не говори так, —попросила я.
Он сразу кивнул, не споря.
Минуты тянулись вязко. Я чувствовала, как тело начинает предательски дрожать — не от дозы, не от ломки. От горя. Чистого, голого, настоящего.
— Дерек… — снова заговорила я. — У меня никого нет… больше нет.
Слёзы текли без остановки, гул стоял в голове, руки тряслись.
Он перебил сразу — жёстко, но тихо:
— Есть я. Есть Нейт и Крис. Мы не заменим тебе брата — и не будем. Но ты не одна. Даже не смей так думать.
Я прижалась к нему крепче, не говоря ни слова. Слова сейчас были лишними — они только рвали изнутри. Дерек обнял меня так, будто боялся, что я рассыплюсь, если он ослабит хватку хоть на секунду.
Я уткнулась лбом ему в плечо. Дыхание сбивалось, грудь сжимало так, будто внутри образовалась воронка и тянула всё в себя — воздух, мысли, саму жизнь.
— Я не знаю, как жить дальше, — прошептала я наконец. — Я всегда знала, что если всё рухнет… он будет. Просто будет. А теперь…
Голос сорвался.
— Теперь мы будем, — спокойно сказал Дерек.
— Да, — глухо добавил Крис. — Если захочешь — мир сожжём и принесём головы тех, кто… — он опустил взгляд. — Тех, кто это сделал.
Я дрожала, уже не в силах говорить или кричать. Просто слушала. Просто существовала.
— Всё, Эвелин, — прошептал Дерек.
Он вытирал мои слёзы снова и снова, но они текли, будто бесконечные. Потом он поднялся и осторожно взял меня на руки. А я ничего не могла — будто меня душили изнутри.
Перед глазами снова и снова вставал брат.
Его улыбка.
Его форма.
Его раны.
И последний образ — он на нашей свадьбе.
И я закричала уже без звука, уткнувшись в грудь Дерека, потому что внутри что-то окончательно сломалось.
Он нёс меня молча. Я чувствовала, как он напряжён. Коридор тянулся бесконечно, стены расплывались, свет резал глаза. Я не плакала — слёзы будто закончились, осталась только сухая, обжигающая пустота.
Он опустил меня на кровать в спальне. Осторожно, как что‑то хрупкое и уже треснувшее. Я смотрела в потолок, не моргая.
— Побудь со мной, — тихо сказала я, сама не понимая, просьба это или приказ.