Он был растерян, но рад. Потом поднял меня на руки, и я почувствовала, как сердце бьётся быстрее.
— Эй! — сказала я.
— Что? — ухмыльнулся он, держа меня крепко. — Я свой подарок хочу! — усмехнулся он.
Я обвила его шею, и он, держа меня на руках, поднялся на верх. Зашёл в спальню, шагнул к кровати. Я потянула его к себе, и он мягко положил меня на кровать.
— Скучала? — ухмыльнулся он, руки уже скользили под мою футболку.
— Конечно, — ответила я, сцепив наши губы в долгом, страстном поцелуе, забыв обо всём вокруг.
Он прижался ко мне с поцелуем, его губы настойчиво ворвались в мой рот. Я обняла его крепче, чувствуя, как сердце бьётся всё чаще. Его руки уже расстегнули бюстгальтер под футболкой, но я вдруг остановилась.
— Подожди, — прошептала я.
Он прищурился, но тут же отстранился и сел ровно, внимательно глядя на меня.
— Сначала про подарок, — добавила я.
Он на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки: убрал мои волосы назад и легко чмокнул в губы.
— Давай тогда я первый, — предложил он.
— Что — первый? — удивилась я.
— У меня есть подарок, — ответил он и опустился на колени возле кровати.
Сердце болезненно сжалось. Из кармана он достал небольшую коробочку. На крышке — символ квартета. Тревога вспыхнула мгновенно, но он открыл её.
Внутри лежало кольцо — изящное и тонкое, выполненное из тёмного металла. Его украшали три небольших круглых камня сине‑фиолетового оттенка, расположенные на «ветвях» ажурного узора. Переплетённые линии напоминали лозы, создавая ощущение лёгкости и силы.
— Дерек… — начала я, но он не дал мне договорить.
— Эвелин, — его голос дрожал, а в глазах застыла невероятная смесь тревоги и отчаянной решимости. — Ты ворвалась в мою жизнь самым нелепым образом — словно ураган, сметающий всё на своём пути. И знаешь что? Я даже не жалею. Потому что ты перевернула мой мир вверх дном, заставила меня сойти с ума… но в самом прекрасном смысле этого слова. Ты показала мне, что такое настоящая любовь. Не та, о которой говорят в сказках, а живая, настоящая — с болью, страстью, страхом и безграничным счастьем. Ты была готова убить меня — а вместо этого обняла и сказала, что ты рядом, что я не один. И это… это сломало во мне что‑то. Что‑то, что давно нуждалось в разрушении, чтобы на его месте выросло что‑то новое. Эвелин, я люблю тебя с того самого момента в кладовке. Помню каждый миг: твой взгляд, твой голос, твоё дыхание. А потом, на дороге… Ты спасла меня. Не из долга, не из чувства вины — просто потому, что хотела. Потому что тебе было не всё равно. И в тот момент я понял: ты — всё. Всё, что мне нужно сейчас и потом, сегодня, завтра, навсегда. Я не могу представить свою жизнь без тебя. Ты — мой приговор, моя судьба, моё наказание и моё спасение одновременно. Ты — та, кто не станет тихо стоять в стороне. Ты — та, кто пойдёт до конца, кто будет сражаться, кто, если понадобится, убьёт, но добьётся своего. И именно это меня в тебе восхищает. Ты не боишься быть собой, не прячешься за маской. Ты — живая. Настоящая.
Он сделал паузу, глубоко вдохнул, словно набираясь сил для самых важных слов. Его пальцы слегка дрожали, когда он взял мою руку.
— И теперь, Эвелин Фостер, я хочу сказать тебе: выходи за меня по‑настоящему. Не из‑за сделки, не ради выгоды, не потому, что так надо. А потому, что я не могу больше представить ни дня без тебя. Потому что каждое утро хочу просыпаться рядом с тобой, потому что хочу делить с тобой всё — радости и печали, победы и поражения, смех и слёзы. В прошлый раз ты вышла за меня, но тогда я был для тебя лишь врагом, лишь мафией, которая убивает. Ты вступила в альянс с врагом — и это было разумно. Но теперь… Теперь я хочу, чтобы этот альянс был построен на чём‑то гораздо более важном. На любви. На том, что мы действительно дороги друг другу. Выходи за меня, Эвелин. Стань моей женой не по расчёту, а по любви. Потому что я люблю тебя. Больше всего на свете.
Я замерла, сжала край кровати. Сердце колотилось бешено, тело дрожало.
Дерек… Дерек Блейд сделал мне предложение во второй раз. И на этот раз — по-настоящему. Без угроз. Без условий. Только любовь.
Я долго молчала. Слишком много чувств обрушилось сразу — страх, счастье, нежность, осознание того, как далеко мы зашли и сколько уже пережили. В груди стало тесно, будто сердце выросло и больше не помещалось внутри меня.
Я медленно спустилась с кровати и опустилась перед ним, чтобы наши глаза были на одном уровне.
Руки дрожали, когда я коснулась его щёк, провела большими пальцами по линии скул, будто проверяя — он здесь, он настоящий.
— Эвелин… — прошептал он, прижимаясь лбом к моему. — Ты будешь миссис Блейд по-настоящему? Будешь ли женой такого человека, как я?