— Эй, подожди, — я скрестила руки. — Зачем они тебе?
— Они нужны мне так же, как и тебе, — бросил он.
— Я не могу просто так их отдать. За всё нужно платить. Если из-за этого что-то пойдёт не так и мы не выйдем на товар — крайним сделают меня.
— Ничего не будет, — спокойно ответил он. — Это для моей безопасности. Я сотрудничал с Триадой. Брат приказал свернуть всё. Эти документы — моя страховка.
Я молчала. Слишком долго. Взвешивала, сомневалась… и всё же кивнула.
— Ладно. Я передам тебе всё через флешку. Но учти, Крис: если что-то пойдёт не по плану — ФБР или наши — я буду винить тебя.
— Понял, — выдохнул он. — После того, что ты и брат сказали про Джеймса, мне тоже стало не по себе.
Я развернулась к выходу.
— Эй, а тренировка? — окликнул он. — Мы же брату…
— Скажешь, что мы посмотрели фильм, — перебила я. — Я устала.
Он хмыкнул, но больше ничего не сказал.
Я ушла в спальню, зашла в душ, умыла лицо. Когда вышла, Рико всё ещё был здесь — гонял мячик по полу.
Время тянулось, за окнами уже темнело, когда в комнату зашёл Дерек.
— Ну и что вы посмотрели? — первое, что он спросил.
— Тебе-то что, — бросила я.
— Эвелин, Джеймс чуть не догадался, — спокойно сказал он. — Если притворяешься — притворяйся до конца. Хотя бы при других.
— Вот как, — я залезла на подоконник и уселась. — А ты обещал мне информацию о родителях. Где она?
— У меня, — без колебаний ответил он. — Но ещё не время.
— Нет, самое время, — резко сказала я.
— Информация в обмен на информацию, — шагнул он ближе. — Что у тебя есть про Лэйка?
— Ничего, — ответила я. — Я всё найду и закончу этот цирк.
— Наша женитьба для тебя цирк? — тихо спросил он.
— Да. Сплошной цирк. И вообще — кто дал тебе право меня целовать? Утром. И сейчас. Перед Ленгсли.
— Ты моя жена, — пожал он плечами.
— Фиктивная! — сорвалось у меня.
Он усмехнулся и подошёл ещё ближе.
— Значит, Эвелин, ты плохой коп. Даже притворяться не умеешь. Смелости не хватит — даже на поцелуй.
Во мне что-то щёлкнуло. Та самая точка, где все твои усилия обнуляют одним словом.
— Я притворяюсь лучше всех, — холодно сказала я. — И если бы захотела, поцеловала бы тебя прямо при нём.
— Но ты же меня оттолкнула, — спокойно напомнил он.
— Чёрт с тобой.
Я притянула его к себе и быстро коснулась его губ.
— Если мне это выгодно, я всегда делаю то, что нужно. И учти....
Но Дерек не дал мне завершить фразу. Его губы вновь накрыли мои — на этот раз без намёка на игру. Поцелуй стал глубже, жёстче, будто он хотел стереть все мои слова, все возражения.
Я попыталась оттолкнуть его, но его руки уже обхватили мою талию, прижимая к себе с такой силой, что дыхание перехватило. Его пальцы впивались в кожу сквозь ткань, а губы не отпускали мои, требуя ответа, которого я не хотела давать.
Внутри меня бушевала буря. Разум кричал: «Остановись!», но тело предательски поддавалось. Я вцепилась в его плечи, то ли пытаясь оттолкнуть, то ли удерживая ближе.
Не разрывая поцелуя, он поднял меня с подоконника. Мои ноги подкосились, но он удержал, прижимая к своему твёрдому телу. Шаг за шагом он отступал назад, пока мои колени не коснулись края кровати.
Я упала на спину, а он навис сверху, опираясь на одну руку. Его взгляд скользнул по моему лицу, спустился к шее, к груди, к рукам, которые я инстинктивно подняла, пытаясь создать хоть какое‑то расстояние между нами.
Дерек отстранился лишь на мгновение — ровно настолько, чтобы снять с себя рубашку. Ткань скользнула по его плечам, обнажая рельефные мышцы, подсвеченные тусклым светом из окна. Его кожа блестела от лёгкого пота, и были много шрамов... а на груди ещё пульсировала жилка, отбивая неистовый ритм.
Он снова наклонился ко мне, и тепло его обнажённого торса обожгло даже сквозь мою одежду. Его пальцы скользнули к пуговицам моей рубашки. Один за другим они поддавались его настойчивым движениям. Я дёрнулась, пытаясь остановить его, но он поймал мои запястья, прижимая их к кровати над моей головой.
— Отпусти, — прошептала я, но голос звучал слабо, почти безвольно.
— Скажи это ещё раз, — его губы коснулись моей шеи, оставляя горячий след. — Скажи, что это игра. Что тебе не нравится.
Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, но его прикосновения разжигали огонь, который я пыталась погасить. Его свободная рука скользнула под край рубашки, обжигая кожу.
— Дерек… — мой голос дрогнул.
Он замер, глядя мне в глаза. В его взгляде читалась борьба — желание и что‑то ещё, что‑то, напоминающее о границах, которые мы оба переступали.
Я резко толкнула его в грудь, вырываясь из‑под него. Он отступил, позволяя мне сесть. Я поспешно запахнула рубашку, пытаясь унять дрожь в пальцах.