Из-за численности отправлявшихся в Кхур эльфов, двум грифонам придется нести удвоенный вес. Самар, связанный с самым крупным животным, Железной Головой, предложил место Орексасу. Кериан, сузив глаза, внимательно посмотрела на эльфийского воина с гранитным лицом. Несмотря на заслуженное Орексасом уважение в качестве хитроумного предводителя, он все еще выглядел как бродяга. Великодушное предложение Самара подсказало ей, что тот сделал вывод о личности их предводителя. Самар ответил на ее взгляд столь добродушно-невинным выражением, что Кериан поняла, что права.
Эльхана с Кериан намеревались ехать вместе на самке грифона, которую поймали первой. Хотя с этим грифоном связали Львицу, имя ему дала Эльхана: Чиза, в честь Чизлев, богини природы.
Чатендор организовал упаковку припасов для всадников на грифонах. Кериан перебрала бианостские запасы в поисках лучшего оружия для них, включая легкие копья и множество квалинестийских стрел с белыми древками. Отбывающие воины с радостью приняли новое оружие. Кериан предложила Портиосу выбрать, но тот ничего не взял, даже шлем.
«Моя судьба не связана с полем боя», — сказал он ей. — «Я могу пройтись по нему или, как в данном случае, пролететь над ним, но я не буду снова орудовать мечом или щитом». — Его поза изменилась. Перемена была слабой, но заметной. Его плечи поникли, шея слегка согнулась, и он отвернулся от нее, словно разглядывая нечто, видимое только ему. — «Воин, которым я был, мертв. Он погиб в пламени. Все, что осталось, это лишь разум и способ его перемещения».
Кериан больше не настаивала. Если он хотел быть брошенным невооруженным в гущу того, что могло быть самым крупным сражением на континенте, она не могла остановить его.
Работая с энтузиазмом, эльфы закончили свои приготовления за несколько часов до рассвета. Портиос приказал всадникам лечь спать. Все эти гвардейцы были ветеранами. Несмотря на важность предстоящего на следующий день предприятия, они знали, что должны попытаться отдохнуть.
Кериан направилась к своей палатке. Она ожидала, что уснет в считанные секунды после того, как устроится в своем спальном мешке. Годы кочевой жизни, прячась в лесу от врагов, научили ее этому ценному навыку. Однако, Эльхана последовала за ней, спросив: «Можно с тобой переговорить? Это важно».
Кериан уселась прямо у входа в свою палатку и сделала приглашающий жест Эльхане присоединиться. Хотя и небольшая, палатка давала защиту от укусов холодного южного ветра. Кериан была удивлена, когда Эльхана села поближе и накинула Кериан на плечи конец своей лисьей накидки. Она с благодарностью укуталась в ее тепло.
«Я искренне одобряю завтрашнее предприятие», — очень тихо сказала Эльхана, — «но мне кажется, тебе следует быть готовой к определенным вероятностям».
Члены королевской семьи умели напускать тумана. — «Тетя, твоя накидка теплая, но мне бы хотелось немного поспать. Что ты пытаешься сказать?»
«Я не верю, что он отправляется в Кхур, чтобы спасти Гилтаса».
Кериан не сомневалась, кто этот «он». — «Тогда зачем?»
Эльхана отвела взгляд. Кериан вздохнула из-за этой задержки, и Эльхана выпалила: «Он снова будет Беседующим».
Кериан едва не рассмеялась, но Эльхана была абсолютно серьезна. — «Ты знаешь его состояние», — сказала Кериан, стараясь быть мягкой. — «Он никогда не сможет снова быть Беседующим».
«Если не самим Беседующим, то силой, стоящей за троном другого. Ты не знаешь его так, как я, Кериансерай. Он был рожден править. Он всегда был целеустремленным». — Кериан фыркнула в ответ на эти дипломатичные формулировки. — «Но сейчас…» — Эльхана покачала головой. — «Если власть приплывет ему в руки, он возьмет ее. Он никому не позволит стоять у него на пути».
Кериан повернулась к ней лицом. Ей уже было не до смеха. — «Ты говоришь, что он убьет меня или Беседующего, если представится удобный случай?»
«Нет! Я не знаю! Если он полагает, что нашему народу будет выгодно его правление…» — Эльхана собралась. Даже в серебристо-бледном свете звезд пронзительность ее взгляда была осязаема. — «О нем было сказано, много лет назад, что он собирался объединить эльфийские королевства, даже если ему пришлось бы для этого перебить всех эльфов в Ансалоне. С тех пор у него не прибавилось доброты».
Была ли это истинная причина, по которой Портиос отправлялся в Кхур? Кериан хотела собрать воинов Гилтаса ради великой войны за освобождение Квалинести. Чего хотел Портиос? Если каким-то образом Гилтас и Кериан будут устранены, кто останется возглавить эльфийскую армию? Никто, кроме Портиоса.