Гилтас положил руку на плечо своему потерявшему голову слуге. Он был согласен с Планчету, но мало что еще можно было сделать, пока не рассветет. В сопровождении Планчета, он ходил среди своих встревоженных подданных, напоминая им о чуде с листьями ясеня и обнадеживая насчет пропавших собратьев. Скорее всего, эльфы на Малом Клыке были застигнуты кочевниками врасплох и решили бежать на Резец или спрятаться в пустыне, но их найдут.
Утешения Беседующего и его присутствие успокоило его подданных. С облегчением на сердце, эльфы закончили складывать сокровище из листьев, а затем устроились поспать остаток ночи.
Несмотря на уверенность на лице, которую он демонстрировал перед своими подчиненными, Гилтас был глубоко озабочен пропажей своих подданных. Он подозревал не кхурцев, а более таинственную причину. Он лишь с Планчетом поделился докладом Кериан об исчезновении многих ее воинов в Инас-Вакенти. Возможно, эльфов на Малом Клыке похитила схожая неизвестная сила.
Сама Кериан пропала возле Кхуриноста, после того как поскакала навстречу неминуемой смерти от рук кочевников. Никто из обитателей пустыни, которых они схватили и допрашивали, не смог дать им о ней хоть какую-то информацию. Лично Гилтас считал это хорошим знаком. Если бы кхурцы схватили или убили легендарную Львицу, они бы хвастались этим до самых небес.
От Гитантаса и пяти опытных охотников, которых Гилтас отправил на поиски Кериан, не было совсем ни весточки. Все, что было известно Гилтасу, лишь, что шестеро поисковиков были также потеряны.
На залитой светом звезд вершине было тихо. Бриз, слабее, чем принесший листья ветер, но холоднее, заставил всех достать одеяла, накидки, запасные гебы и аффры, все, что могло спасти от холода.
Планчет раскатал спальный мешок Гилтаса под косым навесом. Это укрытие было лишь чуть больше спального мешка по размеру, но оно защищало от постоянно дувшего ветра. Ложась в свою одинокую постель, Гилтас сердцем знал, что его жена была жива. В тот день, когда она умрет, краски мира поблекнут, суматоха мира живых стихнет, и где бы ни находился Гилтас Следопыт, он узнает, что она больше не дышит.
Столь странным образом успокоенный, он лег между тюками с листьями ясеня и вскоре заснул.
10
Столовая дворца мэра в Бианосте когда-то принимала в основном собрание благородных эльфов. В отличие от пищи минувших десятилетий, сейчас не было богатой трапезы, тщательно спланированной кухонных дел мастерами. Кериан, Эльхана, Чатендор и Самар сидели на краю стола, предназначенного для гораздо большего числа гостей. Еда была простой, и обедавшие сами себя обслуживали — все, кроме Эльханы. Ей прислуживал Чатендор. Долгий опыт научил ее, что протестовать было бессмысленно. При желтом свете свечей и масляных ламп, обедавшие обсуждали свои планы.
С момента появления Гитантаса Амброделя, разногласия среди освободителей Бианоста лишь усилились. Гитантаса устроили к раненым под присмотром целителей, и он медленно восстанавливал силы, но Портиос так и не появлялся. В его отсутствие, горожане обратились за руководством к Эльхане. Она указала, что Кериан, как жена Беседующего с Солнцем и Звездами, должна по праву занять это место. Прямая, как всегда, Львица сказала ей не волноваться о таких деликатностях: «Здесь, никто из нас не король или королева. Если горожанам удобно смотреть на тебя, ну и хорошо — пока все понимают, что на мне военное руководство».
Это было сказано с многозначительным взглядом на Самара, который, как Кериан и знала, тут же начал огрызаться. Эльхана вмешалась, чтобы предвосхитить ссору, которая, казалось, каждый раз повисала в любом месте, где встречались ее надежный командующий и Львица. Примирительно глядя на Самара, Эльхана согласилась.
Эльхана сказала, что им нужно следовать первоначальному плану Портиоса: как можно скорее покинуть Бианост и отвезти в лес для сохранения огромный запас оружия. В этом месте они с Львицей сходились во мнениях. Однако, в порядке исключения, Самар не соглашался со своей королевой. Он склонялся к захвату другого удерживаемого бандитами города в глубине леса, например, Френоста. Он настаивал, что еще один успех, подобный Бианосту, сплотит всех эльфов в нацию и серьезно деморализует бандитов.
Кериан покачала головой. «Это не сработает», — сказала она.
Отодвинув пустую тарелку, она нагнулась и подняла с пола возле своего кресла тяжелый свиток пергамента. В развернутом виде он оказался подробной картой Квалинести, раскрашенной в четыре цвета и отображающей такие детали, как отдельные колодцы, дома и тропинки. Она обнаружила ее в куче документов, которые бандиты использовали в качестве трута для разжигания огня на кухне. Более поразительной, чем подобное небрежное обращение с таким высококачественным документом, была надпись на обратной стороне карты: «Копия выполнена Фаваронасом, королевским архивариусом, в Квалиносте. Год VI», что означало шестой год правления Гилтаса.