Опасаясь худшего, Кериан уже неслась к деревьям. Она оставила двоих пленников людей с всадниками.
Эльхана не была мертва. Она лежала на земле без сознания, ее голова бережно покоилась на коленях у Чатендора. Их окружали встревоженные эльфы, но при виде вздымавшейся и опадавшей груди Эльханы, Кериан испытала такое огромное облегчение, что ощутила слабость в коленях. Самар лежал без сознания рядом с Эльханой. Рана у него под левой рукой была крепко перевязана. Он потерял много крови, и его лицо был бледным, но он дышал. Кериан не заметила видимых ран на Эльхане.
«Что случилось?» — спросила она.
Чатендор ответил: «В ее лошадь попала стрела. Та понесла и сбросила ее».
Кериан осторожно коснулась тыльной стороны шеи Эльханы. Она поблагодарила богов, что шея Эльханы не была сломана, но когда ее ищущие пальцы обнаружили влажное пятно выше и ниже ее левого уха, Кериан поморщилась. Тяжелый удар мог вызвать внутреннее кровотечение в черепе, результатом будет медленная смерть. Эльхану нельзя было двигать из опасения ухудшить ее состояние. Тем не менее, эльфы находились в крайне уязвимом положении на этой дороге, с действительными отрядами наемников у них на пятках.
С выбытием из строя Эльханы и Самара и смертью Терионтаса, эльфы Бианоста ожидали от Львицы руководства. Она действовала быстро.
«Всем подняться на Березовую Тропу. Оставшиеся телеги и повозки бросить здесь, их содержимое поделить и поднять на холм. Разобрать пустые повозки на доски и сделать носилки для раненых».
Эльфы поспешили выполнить ее приказы. Полные слез глаза Чатендора оторвались от неподвижного лица его госпожи. — «Что нам делать, леди?» — Прошептал он Кериан. — «Она будет жить?»
«Будет. Я не позволю ей умереть».
Подошел Портиос. В виде исключения, Кериан была крайне рада его видеть.
Он приказал королевским гвардейцам перекрыть дорогу, чтобы защитить Эльхану, которая должна была оставаться там, где была. Его голос и поведение были таковы, что воины беспрекословно подчинились. С Чатендором он добился меньшего успеха. Старого казначея невозможно было отослать с ранеными.
«Я не оставлю свою госпожу», — спокойно сказал он, и Портиосу пришлось уступить. Либо так, либо силой поднимать старого эльфа.
Находившегося без сознания Самара унесли, и Кериан тоже приготовилась уйти, зная, что от нее здесь не будет пользы. Прежде чем уйти, она бросила на Эльхану последний озабоченный взгляд и тихо спросила Портиоса: «Ты — целитель? Чтобы спасти ее, требуется незаурядное умение».
«Я исцелился, когда я был ничем, кроме крови и переломанных костей. И ее я вылечу».
В голосе Портиоса звенела убежденность. Кериан кивнула, но сердцем была уверена, что Эльхана Звездный Ветер не переживет грядущую ночь.
13
Гилтас стоял на самом краю плато, в сантиметрах от трехсотметрового обрыва. От пустыни поднимался теплый воздух, шевеля его волосы. Дувший прошлым днем ветер поднял в небо огромное облако пыли. Сиявшее сквозь эту дымку солнце выглядело лишь тусклым светящимся алым шаром, точно забытое в кузнечном горне железо.
«Клейменое железо», — подумал он, взирая на мрачное небо.
На плато позади него расположились сотни его сородичей, захваченных, а потом отпущенных кочевниками. Их вернули без воды, еды, оружия и инструментов, бывших при них на Малом Клыке. Припасы уже достигли критического уровня, и это дополнительное бремя еще больше осложнило ситуацию. Оно даже не компенсировало пополнение их боевого состава. Кочевники искалечили каждого мужчину-эльфа.
Когда Гилтас уже думал, что постиг самые глубины несправедливости и страданий, дно этой бездны снова опустилось. Так много целенаправленно изувеченных эльфов. Даже неракские рыцари не опускались до подобной тактики. Это был удар, достойный повелителя драконов, только никто даже не думал об этом.
Был ли выбор левой руки преднамеренным? Знали ли кочевники, что большинство эльфов, в отличие от большинства людей, были левшами? Или они считали, что проявляют милосердие, клеймя левую руку?
Гилтас еда не задохнулся при этой мысли. В конце концов, это не имело значения. Ужас самого деяния делал такое тонкое различие несущественным.
Сопровождавшие освобожденных эльфов к подножью Сломанного Зуба кочевники не переставали заверять эльфов, что они не несут ответственности за клеймение.
«На вас клеймо Вейя-Лу», — сказали они. — «Мы из Микку, и остальные племена тоже не делали этого».
Так что среди разных племен не было полного согласия. Позже это может оказаться полезным.