«Постарайся отдавать должное моей утонченности, ладно?» — Произнес он с определенной грустью в голосе. — «Даже когда не можешь понять ее».
Он повернулся и двинулся обратно по дороге.
«И это все?» — недоверчиво крикнул Портиос.
Старый жрец обернулся, в его глазах снова замерцал странный свет. — «Чего ты еще хотел?»
Он исчез.
Эльхана застонала. Портиос упал на колени. — «Эльхана! Эльхана, ты меня слышишь?» — закричал он.
«Тебя услышат и в Шэлси», — проворчала она, закрывая уши обеими руками.
Портиос улыбнулся. Этого никто не мог увидеть, и непривычное движение причиняло боль поврежденной коже его лица, и все же, он улыбнулся. Он понятия не имел, какую цену может потребовать бог за жизнь Эльханы. В данный момент его это не волновало.
Ломая кустарник, появилась Львица с дюжиной стражников. За ними, не отставая, хромал Самар.
«Что случилось?» — Крикнула Кериан, размахивая мечом. — «Мы слышали, как ты кричал!»
Портиос невозмутимо посмотрел на нее. — «Я просто беседовал с Великой Госпожой».
Они посмотрели на него, как на сумасшедшего. Эльхана села. Послышали изумленные возгласы, и Кериан крикнула: «Эльхана, ты меня слышишь?»
«Почему все задают этот вопрос?» — Сварливо спросила она. — «Моя голова чувствует себя, словно может треснуть пополам, но с моими ушами все в порядке».
«Ты помнишь, что произошло?» — спросила Кериан.
«Стрела попала в мою лошадь. Я упала?»
«Тетя, ты умирала!»
«Похоже, ее голова крепче, чем мы считали», — заметил Портиос.
Кериан опустилась на колено и осторожно ощупала затылок Эльханы. Она не обнаружила крови, но Эльхана резко вздрогнула, когда Кериан коснулась раны. Больше не угрожая жизни, та все еще была чрезвычайно болезненной. По тому, как Эльхана держала левую руку, было очевидно, что у нее было множество других ушибов от падения.
Все уставились на Портиоса, гадая, что последует за столь ошеломительным развитием событий. Эльхана открыла, было, рот, чтобы задать вопросы, но поняла, что сейчас не время и не место. Вместо этого, она позволила Самару помочь ей встать, и двое раненых эльфов оперлись друг о друга.
«Мы слишком долго засиделись здесь», — сказал Портиос. — «Бандиты вернутся, и, на этот раз, с надежными солдатами. Мы должны до утра поднять все на Березовую Тропу».
Кериан почесала коротко постриженные волосы. Она вся измучилась, пока лежала без сна, ожидая сообщения о смерти Эльханы от раны. Вместо этого, Эльхана была цела и, хотя и нетвердо, стояла. Как Портиос сотворил подобное чудо? Несомненно, он был умен и бесстрашен. Может, у него еще был и магический дар?
«Чего ты ждешь?» — раздраженно спросил Портиос.
«Вдохновения», — ее ответ был столь же раздражительным.
Она оставила добровольцев Бианоста и кагонестийцев подниматься. Самар с Эльханой, по-прежнему опираясь друг на друга, отправились выставить стражу. Конные сильванестийцы замыкали остановившийся караван, оставив лишь полдюжины всадников наблюдать за подъемом эльфов. Вдалеке по дороге было видно слабое красноватое свечение, как от многочисленных костров.
Двое пленных людей были обузой, которую эльфы с трудом могли себе позволить во время предстоящего подъема. Викула и его раненого товарища связали и вставили кляпы, оттащили на несколько сот метров и крепко привязали к двум разным деревьям.
Согласно раннему приказанию Кериан, остававшиеся на дороге повозки разгрузили. Их дерево пустили на самодельные носилки, а оставшиеся обломки столкнули вниз по склону, чтобы спрятать как можно лучше. Их содержимое разделили и взвалили эльфам на спины. Все несли свою часть, даже пожилой Чатендор. Лишь Портиос и раненые в носилках остались без ноши. Факела запретили. Эльфам пришлось полагаться на свое легендарное ночное зрение, чтобы выполнить задачу и совершить подъем. В непроглядной ночи Налис Арен ни один хотел бы, чтобы их зрение было таким сверхъестественным, как полагали другие расы.
С конными гвардейцами Эльханы было хуже. Их кони просто не могли совершить подъем. После череды падений, Портиос уступил невозмутимой настойчивости Эльханы, что боевые кони были слишком полезны, чтобы оставлять их вместе с тягловым скотом. Он приказал небольшому отряду всадников увести коней и найти более безопасный путь наверх. Оставшиеся спешившиеся бойцы остались с Эльханой.
Эльхана совершила подъем в носилках из древков копий и одеял, которые вверх по холму несли четверо сильных воинов. Она не особо твердо держалась на ногах, и ей пришлось согласиться, что она может лишь замедлить их, если попробует подняться самостоятельно.