– Астрид… – осторожно начал я, чтобы не затягивать молчание. – С одной стороны, как мы уже не раз обсуждали этот вопрос… пусть и непрямо… о детях я думаю только хорошее. В том плане, что они у нас обязательно будут. С другой же… Буквально неделю назад мы имели разговор другой – о перспективах твоего и маминого переезда на Землю. В свете… не самого нашего устойчивого положения в мире…
– Ты нервничаешь, – глухо раздалось из-под одеяла. – Когда ты так медленно говоришь, подбирая слова – значит, сдерживаешься, чтобы не ляпнуть чего-то и не обидеть. Значит…
И замолчала. Вот… Гр-р-р.
– Я… – и вот что ей сказать. А в следующий момент я замер, поражённый своей же гениальностью. – Я подумаю о детях, если ты подумаешь о переезде на Землю.
Вот так! Кто молодец? Я молодец!
Астрид меж тем вынырнула из-под одеяла, хмуро глядя на меня одним глазом:
– Так нечестно!
– А ты предпочтёшь, чтобы в один прекрасный момент их использовали против меня в качестве рычага? – я склонил голову на бок, наблюдая за её реакцией. Которая, должен признать, мне понравилась. В том плане, что баронесса полностью высунула голову на свет божий и сначала визуально задумалась, затем испугалась, а под конец и вовсе ужаснулась. Во-о-т. Теперь мы говорим на одном языке. В следующий же момент девушка вновь уткнулась лицом мне в грудь, начав откровенно плакать что-то там всхлипывать о «прости», «я дура» и «не подумала».
Пришлось успокаивать, лепеча что-то слабосвязанное и гладя по всему, до чего смог дотянуться. А когда подруга успокоилась и начала разговаривать уже более внятно, пришёл уже мой черёд сжимать булки.
– Я просто… ты… ты всегда сам всё решаешь. Я испугалась, что ты совсем не дашь мне права голоса… и… я… в общем, сделала кое-что, чтобы гарантированно забеременеть. Вне зависимости от дня. Хотя, – всхлипнула Астрид, – ты за этим тоже не следил. Но оно не сработало. Ни разу. И тогда я поняла, что ты сам предохраняешься. Ну знаешь… ещё со времён… до Ясмин…
Последнее она выдала уже в максимально нейтральном стиле, явно намекая на неизвестную ей в подробностях, но несомненно бурную часть моей жизни. Ну так-то да. Предпочитаю стрелять холостыми, не заморачиваясь вопросом: есть ли у партнёрши бронежилет или нет? Презервативов на Боре, увы, не водится. Вся защита – или чародейская или химическая.
Стоп. Стоп-стоп-стоп… И снова мне пришлось прилагать буквально нечеловеческие усилия, чтобы не выдать ничего ни внешне, ни в эмоциональном плане. Потому что возникшая в голове мысль на полном серьёзе могла стоить мне… очень многого. В том числе с Астрид.
А ещё, вместе с этой мыслью, в черепе раздался голос Теодора:
«Ну и к резуректу она не летает».
Это из нашего с ним разговора о маме и её магическом резерве. Правда, конкретно здесь и сейчас речь, конечно, не о ней. А обо мне, как раз летающем к капсулам чаще кого бы то ни было на планете. Ставящего себе компьютер. Улучшающего тело. Вживляющего накопители.
И. Больше. Ничего.
Я в последний раз предохранитель на себя накладывал когда? Ой бля… Не помню. До Астрид. До Ясмин. До шлюх. Очень давно.
Блядь.
А как так?
Глава 62
18.07.1420 – 41.07.1420
– Я вас категорически приветствую, – поздоровался я, влетая в комнату. – Нет-нет, можете не вставать! – добавил насмешливо не видя, однако, даже попыток подняться у будущих собеседников. – Ну как вам тут? Спокойно? Уютно? Кормят хорошо?
В ответ на меня уставилось четыре хмурые рожи. Рожи тамианцев, как уже можно было бы догадаться. Тех самых пленников, запертых в одном из более-менее сохранившихся домов Эльхорна и живущих вот уже несколько месяцев под бдительным присмотром Рейнора и его товарищей.
– Здравствуй, – наконец выдавил один из них, переглядываясь с однополчанами и бросая пару взглядов на стоящих позади меня Спайка и Ника. Остальные, включая профессора и магистра, на первую полноценную встречу с пленниками отправляться не пожелали, мотивируя это полным и абсолютным отсутствием смысла. Мол, за четыре или сколько там тысяч лет их в плен уже только ленивый не брал. Да, бывало, особенно поначалу такое, что гости с Тамиана выдавали много чего важного и полезного. В частности, именно так дисы поняли, кто это такие и откуда у них их способности. Но… во-первых, в последние столетия на Боре тамианцы без «обета молчания» не появляются, а во-вторых… что, скажите пожалуйста, такого важного они в принципе могут сказать? Для любого жителя планеты это враг. Простой. Понятный. Не обладающий особым набором тайн или секретов и держащийся за Тальтахор исключительно за счёт количества и/или качества своих монстров. Тамианцев нет смысла допрашивать так как никому, кроме рейнджеров Экспедиционного корпуса, их ответы всё равно не нужны.