Гномы к потере товарища отнеслись философски – бывает, ради этого резуректы и существуют. Жаль только, что снаряжение пропало да артефакты. Зато погибший уже вышел на связь – целый и невредимый. Хотя и до сих пор ловящий отходняк после возрождения. Помню-помню, первый раз – он трудный самый. Ничо, дальше будет лучше, попросил я передать пострадавшему. В ответ был послан нахуй – бедолага и десятой доли подобного повторять не хотел. Правда, он не уточнил, чего именно – дискомфорта от возрождения или ощущения от того, что тебя переваривают заживо?
Спустя ещё несколько сотен метров, особенно когда мы спустились на пару уровней вниз, все начали замечать некоторую трудность, даже невозможность нормально дышать. Конечно, в подземных тоннелях это вполне нормально – застоявшийся воздух это вам не горная свежесть с ароматом ромашки, но если до этого всё было ещё терпимо, то здесь начался форменный ад.
«Маски», – скомандовал Марин, первым натягивая что-то вроде респиратора, работающего, впрочем, на магии. Мы с ребятами этот момент как-то упустили, но скопировать узор много времени не заняло, а капсулы с необходимым для синтеза нормального воздуха составом у них были с запасом.
Начиналась пограничная территория. Мы без проблем дышать уже не можем, а вот чужие, по воспоминаниям Дарана, здесь ещё вполне в состоянии бегать и даже воевать. Вверх им уже не подняться… по крайней мере, было. Надеюсь, за двадцать с хером тысяч лет здесь эволюция не поработала и возможности дышать нашим воздухом никому не предоставила.
Однако, прежде чем добраться до портала, нам снова пришлось драться, причём не с чужими. Да и то, драки как таковой не получилось – просто одного из гномов сожрал кусок скалы. Просто взял и сожрал, как бы тупо это не звучало. Парочка коротышек мимо этого места прошла без проблем, а вот когда там оказался третий – невезучий номер – то в камне открылась здоровенная трещина. Подгорный житель рефлекторно отпрыгнул в сторону, но гибкий и длинный язык обхватил его за пояс и, прежде чем кто-то успел что-то предпринять, втащил в открывшуюся дыру. После чего с чавкающим звуком трещина закрылась и… всё. Как будто ничего и не было.
«Я ауры не вижу», – счёл нужным озвучить, пусть и мысленно, один из гномов, тупо пялясь на то место, где только что был его товарищ.
«Та же фигня, – кивнул я, хватаясь за плечо Ника и настраиваясь. – Дайте мне минутку…»
Истинное зрение показывает только ауры и энергетику, включая узоры. И то и то, однако, можно скрыть – например, если внешний слой кожи не пропускает ничего подобного. Вот только с некоторых пор – после освоения магии духа – у меня появился ещё один тип зрения, который мы за неимением лучшего названия (Ладар, ты где, паскуда!?) называем спектральным. Потому что оно позволяет видеть мир в разных частях спектра – от визуального (на разной длине волны) до ментального или радио. Вот и сейчас я по очереди прошёлся по нескольким десяткам из них, пытаясь отыскать хоть что-то необычное. Ауры, как уже было сказано, нет. Тепловой след… обычный. Радио. Непонятно что. Непонятно что. А вот в ментальном спектре «шевеление извилин» твари видно без проблем. Метрах в трёх вглубь стены с небольшим тоненьким отростком ведущим к тоннелю – с его помощью этот булыжник определяет наличие рядом жертвы. Следов работы мозга гнома уже нет, так что коротышку можно списать в утиль. Однако, «валить» гада надо. Я банально не хочу там проходить!
«Оно никуда не делось, – сообщил я товарищам, тыкая пальцем в нужную точку. – Попробуйте чем-то долбануть. Если не ошибаюсь, это не камень, а просто толстая кожа, формой и цветом напоминающая скалу».
Долго никого уговаривать не пришлось – посовещавшись, коротышки выставили с обеих сторон группы звуконепроницаемые барьеры, чтобы никто ничего не услышал и слаженно долбанули тройным узором. Одна часть вскрыла толстую броню твари, как консервную банку, вторая превратила его внутренности в фарш, а третья сделала то же самое с аурой, которую теперь уже было видно без проблем.