— Что?
— «Запри меня, Никки».
Эллери вытер лицо девушки, сел рядом с ней и взял ее за руку.
— Я заперла ее и спрятала ключ в карман, а потом пошла в кабинет. Не знаю, что я намеревалась делать… Но я застала Дерка валяющимся в кресле мертвецки пьяным и ни на что не реагирующим. За пятнадцать минут он проглотил больше одной пятой галлона виски. Поэтому я заперла и его. Затем я поймала такси и примчалась сюда, а теперь должна возвращаться. Может, его стошнит, и он проснется…
— Я поеду с вами, — мрачно заявил Эллери.
Но в квартире Лоренсов было тихо. Марта спала у себя в спальне. Дерк храпел в пьяном забытьи там, где его оставила Никки.
— Ложитесь отдыхать, Никки. Думаю, вам лучше лечь в одной комнате с Мартой. Только на всякий случай заприте дверь изнутри.
Никки прижалась к нему.
— Эллери, я не хочу, чтобы вы уезжали.
— Я и не собираюсь уезжать.
— Тогда что вы намерены делать? — прошептала девушка.
— Оставаться с Дерком, пока он не придет в себя и я не узнаю, в каком он состоянии.
Эллери поцеловал Никки и подождал, пока не услышал звук ключа, поворачиваемого в замке двери спальни. Потом он направился к кабинету.
Дерк проснулся на рассвете. Он издал сдавленный храп, и Эллери услышал скрип пружин кресла.
Поднявшись с кушетки в гостиной, Эллери двинулся к двери между комнатами. Дерк стоял, раскачиваясь, прижимая ладони к щекам и тряся головой, как будто ему в уши натекла вода.
— Нет, — заговорил Эллери, — вам это не приснилось.
Дерк резко поднял голову, его тело сжалось.
— Нервы, старина?
— Что вы здесь делаете? — хрипло спросил Дерк.
— Бросьте. На бумаге у вас лучше получаются диалоги. Что я, по-вашему, могу здесь делать? Я одолжил вам отличную секретаршу и не хочу получить назад визжащую истеричку.
— Значит, она вам рассказала… — Дерк плюхнулся в кресло.
— А вы думали, она будет держать это в секрете? Я здесь, чтобы оберегать ее, Дерк, так как по какой-то непонятной причине она отказывается уходить отсюда. Но это не решает вопрос с Мартой.
Дерк снова встал.
— Где она?
— Предположим, я отвечу вам, что она в морге?
— Слушайте, Эллери, я в настроении, не подходящем для шуток.
— Предположим, это не шутка?
Дерк пошевелил челюстью, прежде чем заговорить.
— Вы имеете в виду, что я… что она…
— Предположим, я скажу вам, что второй удар сломал ей шею?
Дерк засмеялся. Подойдя к столу, он взял бутылку скотча и критически посмотрел сквозь нее на свет.
— Сукин вы сын, — сказал он. — Напугали меня до смерти. Второй раз я ударил ее не по голове, а в плечо. — Дерк опустошил бутылку, бросил ее на пол и опять сел, закрыв лицо руками. — Как она?
— Когда я видел ее последний раз, она спала. — Дерк начал подниматься. — Расслабьтесь. Никки спит с ней в одной комнате и заперла дверь. По просьбе Марты. — Дерк сел вновь. — Ну и как вам это нравится, чемпион? Гордитесь собой? — Эллери подобрал бутылку и посмотрел на нее. — Существует что-нибудь более жалкое и бесполезное, чем сожаления на утро после содеянного? Вы даже не можете утешить себя тем, что были пьяны.
Дерк промолчал. Эллери поставил бутылку на стол.
— Что все это значит, Дерк?
— Я уже говорил вам!
— Вы ожидаете, что я поверю, будто вы не можете контролировать вспышки эмоций?
— Ничего я не ожидаю. Оставьте меня в покое.
— Не могу. Это становится опасным.
— Знаю, безумно сожалею и готов ползать на брюхе, — с горечью сказал Дерк. — Но на сей раз это не мое воображение. Она с кем-то встречается.
— У вас есть доказательства? — быстро спросил Эллери.
— В вашем смысле слова — нет. Но вчера Марта была неосторожной. Она впервые не позаботилась побывать там, куда якобы пошла. Она забыла об алиби. — Дерк вскочил и начал быстро ходить по комнате. — Конечно, я вел себя скверно — потерял самообладание и набросился на нее. О'кей, я весь погружен в себя, и ведь никто не любит тех, которые бьют себя в грудь и тем более бьют своих жен. А Марта… она сладенькая, как конфетка, с ласковым голоском и вообще сама невинность. Все это мои выдумки… Ну а если нет? Предположим, она не такая, какой ее все считают… и какой считал я, когда женился на ней. Что тогда?