Глава 30.
Зорин рано утром, также как и накануне отправился проверять мальчишку. Хоть вчера Ваня не выходил без сопровождения из каюты, но все равно капитан переживал, что бесенок снова убежит от мамы и ее соседки. Слишком опасно ребенку одному гулять по кораблю. Вадим прошел по коридору, мимо комнаты, где жили Цветочкины, дошел до палубы, где Ваня рисовал на стенах свои шедевры и увидел, как палубой ниже возле взрослых бассейнов мальчик что-то пытается достать из воды.
Глубина там полтора метра, капитан ускорил шаг и уже открыл рот, чтобы окликнуть негодника, как увидел, что рука ребенка соскользнула с ограждения, и он с тихим всплеском булькнул под воду. Зорин перепрыгнул через перила не глядя вниз, даже не почувствовав как при приземлении с высоты более чем три метра повредил ногу, в несколько прыжков оказался в бассейне и поднял напуганного мальчишку над водой.
Капитан вместе с фыркающим ребенком неуклюже вылез из бассейна. Поставил его на ноги и со злостью рявкнул, слегка встряхнув мальчика за плечи:
- Ты соображаешь куда лезешь!? Что ты вообще здесь делаешь один!!!
Ваня в ответ заревел во весь голос. Ну не привык он к тому, что на него кричат.
Мужчина опомнился и с силой прижал к себе рыдающего мальчика.
- Прости ребенок, - прошептал Вадим, - я очень сильно испугался.
- Я сильнее, - всхлипывая, ответил Ваня, обнимая спасителя за шею.
В это время к ним подбежал запыхавшийся охранник, но Зорин взглядом остановил его, поднял Ваню на руки, и сильно прихрамывая, направился в свою каюту, громко хлюпая мокрыми ботинками. Охранник суетливо собрал разбросанные детские тапочки и кепку, догнал капитана и передал ему.
Уже в каюте Вадим закутал ребенка в два больших полотенца, а сам переоделся в сухую одежду. Ваня с опаской посматривал на капитана, хоть тот уже не кричал, но как говорится: «осадочек остался».
Зорин задумчиво рассматривал промокший телефон. Ваня решил, что пора налаживать контакт и сочувственно спросил:
- Сломался?
Вадим Дмитриевич хмуро посмотрел на ребенка, а Ваня сделал самое невинное выражение лица и также сопереживая, продолжил:
- У мамы тоже постоянно ломается.
- И почему я не удивлен? – не удержался от усмешки мужчина.
Капитан отложил испорченный смартфон в сторону и сел перед съежившимся под суровым взглядом мальчиком.
- Так вот значит Вася-Ваня. Ты почему гуляешь по палубе без мамы? – начал воспитательную речь Вадим Дмитриевич.
- Так она спит, а мне скучно, - нехотя ответил ребенок.
- Тебе нужно было ее разбудить, - строго продолжал капитан.
- Я не мог ее разбудить, она плакала ночью, - упрямо насупившись, ответил Ваня.
Шах и мат. Вадим, растеряв весь свой боевой вид, опустил голову. Слышать о слезах любимой женщины оказалось больно.
- Капитан, а как тебя зовут? – не выдержав паузы, спросил Ваня.
- Вадим Дмитриевич меня зовут, - угрюмо ответил мужчина.
- О! Дим Димыч! - восторженно воскликнул мальчик.
- Нет, тогда уж лучше – капитан, - у Вадима дернулся глаз от такого прозвища.
- Было бы неплохо поторопиться, капитан. Мама скоро проснется, увидит, что меня нет и расстроится, - серьезно, совсем как взрослый сказал Ваня.
- Она в любом случае расстроится – ты весь мокрый, - ответил Вадим Дмитриевич.
- Надо феном высушиться, - снисходительно ответил мальчик. Ваню всегда удивляла беспомощность взрослых в некоторых вопросах.
- Часто так сушишься? – снова не сдержал улыбки мужчина.
- Бывает, - пожал плачами маленький разбойник.
Процесс сушки занял не много времени, на ребенке были лишь тонкие футболка и шорты. Для лучшего эффекта капитан их еще и отутюжил. Ваня в это время замотанный в толстые белые полотенца разглядывал капитанскую каюту. Она была гораздо больше их с мамой и Аленой комнаты. И несомненно более солидной. Внимание мальчика привлек большой отполированный письменный стол. Вернее даже не он сам, а маленький желтый человечек на полочке.
Пока капитан был занят его одеждой, Ваня, удерживая на себе полотенца, засеменил к столу. И точно – это же его игрушка!
- Не понял. А что здесь делает мой миньон? – возмущенно воскликнул ребенок.
Капитан обернулся на мальчика и, увидев как тот уже держит игрушку в руках, сильно забеспокоился, что может лишиться своей «прелести».
- Ничего не знаю, теперь он мой, - и Вадим подошел к ребенку и попытался забрать у него желтого человечка.
- Это я ничего не знаю! Я его маме подарил! – не так-то просто отобрать у ребенка любимую игрушку.
- Твоя мама потеряла, а я нашел.
- А я - перенашел!
- Я – первый, - упрямился капитан.
- Первый – горелый, второй – золотой! - а Ваня еще упрямее.