Вокруг закричали и забегали другие члены экипажа. Подоспела охрана. Но скрутить крупного, почти двухметрового программиста сразу не удалось, как не удалось бы удержать разбуженного среди зимы медведя.
Понять почему он вдруг сошел с ума тоже не получалось, Паша лишь выкрикивал в адрес капитана странные фразы:
- Это ты виноват! Ты не остановил сплетни про нее!
- Да что с тобой? Что ты творишь? – кричали на него моряки.
- Да он пьян, Вадим Дмитриевич! – воскликнул один из охранников.
- Анжелика! Если бы ты ее любил – ты бы ее защитил! – продолжал буянить ничего не соображающий Паша.
А до Зорина стало доходить, что послужило причиной помешательства программиста:
- Таааак. Понятно. Пакуем Отелло, и в карцер, пока не проспится, - отдал он распоряжение, на Павлика набросились шестеро охранников и моряков. Им удалось скрутить Павла, и они увели его с мостика.
Капитан вместе с прибывшим на ЧП старшим помощником и старшим механиком осматривали помещение, прикидывая ущерб.
Механик схватился за голову, а Зорину захотелось пойти в карцер и лично пристрелить пьяного дурака. Тот во время борьбы серьезно повредил новое оборудование капитанского мостика.
Капитан передал управление кораблем старшему помощнику, а сам отправился разбираться в ситуации.
Он вызвал в капитанскую рубку начальника службы безопасности корабля, старшего механика и помощников капитана.
Начал разбирательство с начальника службы безопасности:
- Алексей Николаевич, как так получилось, что Виноградов беспрепятственно проник на капитанский мостик? – спокойно спросил Зорин, но все понимали, что за этим спокойствием скрывается бешенство.
- Вадим Дмитриевич, у Виноградова полный доступ во все помещения, по приказу, здесь нет нарушения, - тихо ответил Алексей Николаевич.
- Даже ночью? – ледяным тоном продолжил капитан.
- В любое время суток, - еще тише сказал безопасник.
- Понятно. С этого дня никаких долговременных допусков на режимные объекты, кроме членов экипажа заступающих на дежурство. Всем остальным только одноразовые и с обязательным досмотром.
- Досмотр Павла Виноградова был проведен, - вскинулся Алексей Николаевич.
- А то, что он пьян в стельку, почему не установили?
- Он выглядел трезвым, - снова притих безопасник.
Зорин перевел взгляд на старшего механика и тот со вздохом доложил:
- Выведен из строя новый радар, разбито два монитора и частично поврежден пульт управления машинным отделением.
- Как быстро мы сможем устранить неполадки, и как они повлияют на безопасность круиза?
- Временно я могу поставить старый радар и заменить мониторы. Пульт управления будем смотреть, но и там многие детали можно заменить. Здесь больше проблема в дороговизне поломок, знаете ведь, только все новое закупили. Этот гад Виноградов, кстати, и помогал устанавливать. Круиз продолжим по плану, но как владельцу порчу имущества объяснять будем?
- В какую сумму оцениваете ущерб? – спросил Зорин.
- Не меньше ста тысяч в американской валюте, конечно, - развел руками механик.
- И это без монтажа, - тихо добавил Вадим Дмитриевич.
В рубке на некоторое время воцарилась тишина.
- В полицию его сдавать надо, чистой воды уголовка, - вынес свой вердикт безопасник.
- Террористическая статья, - добавил второй помощник капитана.
- Да бросьте, какой терроризм, обычная хулиганка, - не согласился первый помощник, - у него ведь ни оружия с собой не было, никаких угроз он не выкрикивал. Просто пьяный, влюбленный дурак.
- То, что он пьяный, это лишь усугубляет его вину. Мы в открытом море, у нас пассажиров почти три тысячи, а тут нападение на капитана при исполнении, на капитанском мостике. Я же говорю, сто процентов терроризм, - настаивал на своем второй помощник.
Зорин мрачно прервал спорящих подчиненных:
- Решение по Виноградову приму завтра. Сейчас инженерам и механикам заняться устранением поломок. Все произошедшее сохранять в строгой тайне, за это вы Алексей Николаевич головой отвечаете. Все свободны.
Мужчины вышли из кабинета, оставив капитана в одиночестве.
«Решение приму завтра», - Зорин опустил голову на слепленные в кулак руки. Сдать Виноградова, пустить на корабль полицию, допросы, дознаватели – все это может поставить круиз под угрозу срыва. Да еще эти выкрики про Анжелику.
Он набрал по внутреннему телефону номер арт-директора и сказал: