Капитан отправился в детский клуб отпрашивать Ваню у второго детского аниматора Марины, которая мягко говоря, остолбенела от его просьбы:
- А можно Ваня Цветочкин со мной погуляет? – эта фраза из уст сурового капитана звучала несколько абсурдно.
Мальчик его активно поддержал:
- Да, да, тетя Марина, отпусти, мы с моим другом давно договаривались погулять. У нас с ним свой клуб, отдельный, - удивил Ваня не только аниматора, но и капитана.
Но Зорин напустил во взгляд суровой строгости, и Марина отпустила Ваню погулять.
Вадим Дмитриевич вместе с Ваней сходили за корабликом и отправились в кафе-салон, там у капитана было почетное место возле панорамных окон, а в баре было замечательное мороженное и очень вкусный свежевыжатый сок.
Сидя на уютном диванчике, Ваня повертел в руках свой кораблик и сказал:
- Краска немного смылась, надо заново покрасить.
- Давай покрасим, - Вадим Дмитриевич подозвал официанта и заказал красную гуашь и кисточки. Официант наверняка удивился, такому необычному заказу, но виду не показал.
- Твоей маме читали сказку «Алые паруса» в детстве, а ты сам ее знаешь? – продолжил разговор с ребенком Вадим.
- Знаю, конечно, в ней за девочкой приплывает принц на корабле с красными парусами.
- Не принц, а капитан, - поправил его Вадим.
- Возможно, - загадочно сказал Ваня, задумчиво смерив Зорина взглядом.
Ваня немного помолчал, доедая последний шарик мороженного.
- Капитан, а тебе нравится моя мама?
- Нравится, - честно ответил Вадим, лукавить с ребенком ему не хотелось.
- Тогда давай ее тоже в наш клуб возьмем! Она у меня очень хорошая. Самая веселая и добрая!
- Не сомневаюсь, - улыбнулся капитан.
- А еще она в тире из винтовки десять из десяти выбивает! Вообще самая крутая в моем садике!
- Здорово!
Ваня подумал немного и со вздохом сказал:
- Только ты ей не нравишься.
- С чего ты так решил? – напрягся капитан.
- А я у нее спрашивал.
Вадим Дмитриевич подавился соком.
- Но ты не переживай, я ее уговорю. Знаешь, как она меня любит. Что хочешь для меня сделает. Я ее попрошу, и ты ей понравишься. Так что считай она уже наша, - и мальчик обнадеживающе похлопал ошеломленного мужчину по плечу.
В это время официант принес заказ: гуашь и кисточки.
- Крась паруса, капитан, - Ваня пододвинул к Вадиму поближе кораблик и протянул вторую кисточку.
Глава 38.
Паша весь день занимался организацией замены поломанного им оборудования, терпеливо снося все насмешки от старшего механика, освободился только поздно вечером.
Близилась полночь, когда Павлик несмело подошел к кабинету арт-директора. В коридоре и соседней комнате аниматоров было непривычно темно и тихо. За стеклянной дверью он отчетливо видел, как Анжелика Геннадьевна, сидя за своим столом, работала с документами.
Ее пиджак от строгого костюма висел на спинке кресла, она была в тонкой шелковой блузке жемчужного цвета с коротким рукавом. Свет настольной лампы окружал ее золотым ореолом, отражаясь в перламутре блузки, кожи, непривычно распущенных волосах, делая похожей на сошедшую с небес богиню. Из темноты коридора Паше казалось, что это мягкое золотое сияние исходит от нее.
Анжелика Геннадьевна сосредоточенно работала еще не менее получаса, а Паша смотрел на нее не в силах оторваться, впитывая, запоминая ее образ.
Наконец она закончила работу, закрыла ноутбук и аккуратно сложила бумаги в правильную стопку. Еще с минуту Анжелика Геннадьевна неподвижно сидела с прямой спиной, после опустила локти на стол и спрятала лицо в ладонях. Паша увидел, как на всегда прямой спине выступили по-девичьи острые лопатки, а хрупкие плечи дрогнули.
С мужчины вмиг слетела робость, он уверено открыл дверь и, молча войдя в кабинет, сел напротив женщины.
Анжелика вскинулась, Павлик заметил растерянность на красивом лице. Но уже через секунду она выпрямилась и вопросительно посмотрела на него с мягкой, чуть снисходительной улыбкой королевы. Теперь только слегка покрасневшие глаза от бессонной ночи и долгой работы за компьютером выдавали в ней усталость.
Несколько минут они сидели молча, просто глядя в глаза друг другу. Анжелика впервые для себя отметила, что у Павла необычный оттенок глаз, золотисто-карий, и сейчас, когда в них отражался свет лампы, они ей казались двумя огоньками свечи, это было красиво.