- И забрала миньона, - она достала из кармана маленькую игрушку и протянула Вадиму.
Он улыбнулся при виде старого знакомого.
- Я хотела отдать вам и ваши часы, но не смогла отобрать, - виновато продолжила девушка.
- Не сомневаюсь, - продолжал улыбаться Вадим, вспомнив железную хватку шестилетнего мальчишки, - не нужно ничего отбирать, мы честно поменялись, часы теперь Ванины.
Вадим двумя руками взял ладони девушки вместе с миньоном, и притянул ее к себе.
Он удерживал ее ладони в своих руках, не отпуская Нику, но и не обнимая ее, отчетливо ощущая грань, которую не стоит переступать, чтобы не испугать и так дрожащую девушку.
- Ника мне не нужна благодарность, не нужны материнские чувства. Мне нужна девушка, женщина, вы, - смотря ей в глаза, тихо признался мужчина.
Ника ошарашено замерла от неожиданных слов, она даже забыла отнять у него свои руки.
- Я давно ищу встречи с вами, чтобы поговорить, вернее, высказать все, что уже не первую неделю мучает меня.
- Я очень виноват перед вами и прошу прощения, - он осторожно гладил и согревал ее пальцы, пристально вглядываясь в глаза, пытаясь угадать ее чувства, - за все. За то, что причинил боль, обидел…
- Ничего такого вы не сделали, - тихо возразила Ника.
- не защитил, допустил, что вы попали в беду, и после не поверил вам и себе, а встал на сторону ваших обидчиков.
Ника отвела взгляд и, попробовав освободить руки, сказала:
- Все давно забыто и я уже говорила вам, что не нужно это вспоминать.
Вадим, не отпуская, еще ближе притянул к себе Нику и положил ее руки к себе на грудь. Сквозь тонкую ткань рубашки Ника отчетливо слышала гулкое биение сердца капитана, это ощущение завораживало, и она оставила попытки отстраниться.
Он продолжил:
- Я слишком много видел грязи и подлости в людях, что разучился видеть свет и чистоту. А когда увидел все это в вас, просто не поверил, что это возможно. Гораздо легче захлопнуть свои чувства на замок и не пускать в них никого. Это моя трусость, простите мне ее. Но сейчас я вижу. Я чувствую.
Тепло исходившее от мужчины разливалось от кончиков пальцев и выше по ее телу, согревая Нику, взгляд черных глаз гипнотизировал, тихий бархатный голос околдовывал. Ника чувствовала, что отключается от всего остального мира, оставаясь с капитаном наедине во вселенной.
«Сюрр какой-то», - мелькнула единственная мысль в голове у девушки, и она на остатках упрямства, снова попыталась отстраниться.
Он почувствовал ее напряжение, но был слишком опьянен их близостью, чтобы отпустить.
- Не бойтесь, - все так же тихо сказал Вадим.
- Вы мне нравитесь, Ника. Очень нравитесь. А что вы испытываете ко мне?
- Благодарность, - сразу, не раздумывая ответила Ника, - безграничную, искреннюю благодарность, и конечно вину за то, что наговорила вам тогда, простите ради Бога.
Такой ответ капитана не устраивал.
- Если вы еще раз скажете «благодарность» или «простите», я вас поцелую, - спокойно пригрозил мужчина.
- Что вы чувствуете ко мне? – снова спросил Зорин, уже приблизив свое лицо к лицу Ники.
- Хммм, то слово, которое нельзя называть, - упрямо ответила девушка.
- И все?
- Да, - нагло соврала Ника.
Вадим Дмитриевич с сомнением посмотрел на девушку, но поняв, что большего он сегодня от нее не добьется, ослабил хватку. Ника освободила свои руки и отскочила от капитана, оставив в его руках желтого человечка.
Вадим отступил назад, убрав руки за спину, боясь сорваться.
- Ника, я прошу вас, не бегайте от меня, - попросил он, - дайте мне еще один шанс.
- Я.. я подумаю, просто… мне пора, у меня дела, до свиданья.
И аккуратно положив на стоящее рядом кресло капитанский китель, ушла.
- До свидания, - тяжело вздохнув, прошептал ей вслед мужчина.
«Да, это будет сложнее, чем я думал», - мелькнула мысль у капитана. И он еще долго стоял глядя на ночное море, размышляя как завоевать доверие любимой женщины.
Глава 42.
Зорин искал возможность больше времени проводить с Никой, но это было не так просто сделать. Весь день он был занят работой, по вечерам она пропадала на репетициях, а ночами то дежурство, то очередное ЧП.
Вот как сегодня, например.
Госпожа Линник добившись от Павла согласия на усложнение праздничного шоу, не стала терять времени даром и сразу же привлекла рабочих и электриков для перестройки сцены. Паша послушно воплощал все ее смелые замыслы, организуя рабочих и сам активно принимая участие в монтажных работах.