Ника улыбнулась Алене.
- Фантазерка. Тебе не актрисой, тебе сказочницей надо быть.
- Станешь с вами сказочницей, - вздохнула Алена, - тут и Князь свою Царевну обихаживает, и Кай пытается растопить сердце Снежной Королевы, и царь Г…дон шныряет, так и просит закатать его в бочку и скинуть в море.
- Подожди, а это что за персонаж? Мажорик что ли? – догадалась Ника, - а он здесь причем?
- Ни при чем, пошли работать уже.
И девушки поспешили по своим делам.
Алена была права, Зорин был решительно настроен на активные действия по завоеванию Ники. Даже Бориска вел себя примерно и капитан с удивлением понял, что Быков, когда трезвый, может быть вполне адекватным человеком, он даже не косячил, по крайней мере, при капитане, точно. Вадим Дмитриевич, обнадеженный, что не все так плохо как ему казалось, даже начал поручать Борису несложные задания, связанные с организацией развлечений для вип-персон, например, на яхте специально предназначенной для выгула богачей в море. Уж в досуге для миллионеров наследник разбирался не плохо. Пока справлялся, ну и занят был, тоже хорошо. Главное, теперь у капитана появилось хоть немного времени для попыток сблизиться с Никой. И проведя нехитрый анализ ее деятельности, и своего рабочего графика он понял, что единственное время, когда они могут быть вместе - это время ее репетиций. Делать нечего и капитан отправился к режиссеру.
Ника, закончив работу, в пять часов направилась в малый зал на репетицию, там ее встретил радостный Валентин Эдуардович.
- Вероника, добрый вечер, у нас такая неприятность приключилась, - смотря на сияющего режиссера, Ника засомневалась в том, что неприятность была неприятной, - твой партнер заболел.
В этом месте Валентин Эдуардович остановился и сделал драматичную паузу, печально опустив взгляд, но спустя секунду, также восторженно продолжил:
- Но я нашел для тебя нового партнера! Гораздо более фактурного, и гораздо более подходящего под твой типаж, ну просто Высоцкий и Белохвостикова! – режиссер взял растерявшуюся Нику за руку и потянул ее на сцену, где уже были другие актеры, а помощник режиссера, судя по виду, объяснял предстоящие действия ее будущему партнеру. Он стоял к Нике спиной, но ей не нужно было видеть его лицо, она лишь по тому, как бешено заколотилось сердце могла догадаться, что это ее капитан.
Глава 47.
Вечером Анжелика ждала Пашу, она к своему удивлению сильно волновалась и пыталась подобрать слова для разговора. В течение дня они много раз виделись, и Паша вел себя очень профессионально и сдержано, Анжелика напротив, то краснела, то бледнела, ну просто гимназистка на первом балу.
Что сказать ему, когда сама ни в чем не уверена? Оборвать эти еще не начавшиеся отношения или дать им шанс? Но как их оборвать, если так тепло, так хорошо рядом с ним. Дать шанс? А будет ли это честно по отношению к нему: пользоваться его любовью, а после? Что будет после…
У Анжелики шла кругом голова от этих мыслей, и если утром она была настроена больше на отказ от отношений с Пашей, и уже обдумывала, как сообщить ему это, чтобы не ранить, но уже в конце дня она засомневалась в своем решении. Ей сообщили о внезапном «усилении актерского состава» в лице Зорина. Она, конечно же, пошла на репетицию, чтобы посмотреть, что происходит с Вадимом. Не сошел ли он с ума? И увидела капитана с Цветочкиной на сцене. Анжелика не узнавала в этом фонтанирующем живой энергией мужчине, не сводящем счастливых глаз со смеющейся девушки, своего вечно хмурого, заледеневшего друга.
Вдруг она ахнула и потрясенно закрыла рот ладонью, она вспомнила, она знает его. Это Вадим Зорин - курсант третьекурсник, острый на язык насмешник и душа компании, присутствие которого на любой, даже самой унылой посиделке давало стопроцентную гарантию того, что эта вечеринка станет событием года.
Она видела, как Валентин Эдуардович ругает этих двух актеров, пытаясь объяснить, что не положено вдове так радостно хихикать, что этот спектакль - трагедия, а не комедия. Но придать им более серьезный вид смогли только слова режиссера о том, что может предыдущий актер не так уж сильно болеет, и если эти двое не угомонятся, то он вернет артиста на сцену, а расшалившегося капитана отправит на мостик.