– Леди Бринн, вы привели гостей. – И чудесным образом вся суровость охранника улетучилась. Он добродушно улыбнулся и кивнул нам в знак приветствия. – Желаю вам прекрасно провести время. Можете не переживать, без вашего согласия никто вас не тронет, а ваш визит останется в стенах «Ночного Графства».
– Ты просто душка. – Бринн привстала на носочках и поцеловала охранника в щеку, оставив алый след от губной помады.
– Спасибо, – поблагодарила я и проскользнула в дверь, открытую для нас громилой.
«Не суди предвзято», – простое правило, которого не всегда получается придерживаться. Уж мне ли не знать, что вампиры весьма обходительны и вежливы. По крайне мере на публике. Но сейчас я ступала на неизведанную территорию – по каким законам существовал клуб, мне никто не рассказывал.
Когда глаза привыкли к приглушенному свету, первое, что я увидела, была круглая сцена, расположенная в центре зала. Скрипачка и пианист, касаясь инструментов, создавали магию – никак иначе эту музыку нельзя было назвать. Тихая, немного грустная, лирическая. Я готова была слушать чарующую мелодию вечно.
– За моим столиком вы сможете насладиться представлением во всей красе, – вкрадчивый голос Бринн вывел меня из оцепенения.
– Просто…
– Понимаю.
Я так и не подобрала нужных слов, но была уверена, что Бринн меня действительно поняла.
Диваны и кресла, обтянутые темной плотной тканью, низкие столики, на которых в основном стояли бокалы с вином. Стены, обитые красным деревом и драпированные черным шелком. Мягкий ковер, на котором мои сапоги выглядели как преступление. Вышколенные официанты. Полуголые женщины и мужчины в масках. И вампиры, чьи глаза в основном источали жажду.
Атмосфера здесь царила удивительная: сочетание изящества и порока, возвышенности и низменности. Я не была ханжой и давала себе отчет в том, куда мы идем, да и подобные места существовали и раньше, до открытия ворот, и имели большую популярность. Разница лишь в том, что раньше клубы открывали люди для людей.
– В масках обслуга, если так можно выразиться. Они сотрудники клуба, и все они люди, – пояснила мне Бринн, остановившись у пустующего столика. – Располагайтесь, скоро подадут вино.
Вампирша собиралась расположиться на диване рядом с Андре, но я поймала ее руку – пальцы обдало холодом – и спросила:
– Почему вы говорите об этом только мне?
– О, ваш друг скрывает от вас то, что он довольно частый гость в моем клубе? – Хищная улыбка коснулась губ Бринн.
– Нет. – О чем-то подобном я догадывалась. Странно все это. – Простите, ваш клуб?
– Да. – Бринн перехватила мою руку и опустилась на диван, позволяя мне занять место в кресле, стоящем рядом. – Я никуда от вас не убегу и отвечу на все ваши вопросы. Но сидя вести беседу удобнее и приятнее, – с этими словами вампирша повернулась к Андре и что-то прошептала ему на ухо.
Когда друг с похабной улыбкой кивнул, я поняла, что он дал согласие провести сегодняшний вечер с Бринн. Чтобы не мешать Андре получать удовольствие от беседы, я решила внимательнее осмотреться. Человеческое любопытство и профессиональный интерес никуда не делись.
За соседним столиком трапезничал предвестник ночи, и я постаралась не пялиться, быстро переведя взгляд. Но все же успела заметить, с каким упоением девушка, сидящая на коленях вампира, двигала бедрами, подставляя шею для очередного укуса.
– О! Двойные стандарты, как это мило и по-человечески, – до меня долетел обрывок фразы Бринн.
Даже не видя ее и Андре, я знала, о чем идет речь: скорее всего, мой друг тоже стал свидетелем сцены за соседним столиком и выразил свое недовольство по поводу распущенности женщин. Андре был уверен, что вступать в интимную близость в подобной ситуации имеет право лишь мужчина. Интересно, каких книжек он начитался, что раз за разом выставляет себя не в самом выгодном свете. Бабник и моралист. Я почувствовала укол совести, но тут же одернула себя: Андре прекрасно знал, какого я мнения о его выходках, ведь мы потратили уйму часов на споры.
Большая часть гостей ничем не отличались от тех, кто отдыхал в официальной части «Графства». Они ели и пили, что-то обсуждали, слушали музыку. И никто не заглядывал в чужую тарелку. Даже когда парень в маске обслуги встал на колени прямо на столешницу, а вампирша в клочья разорвала на нем рубашку и впилась в шею, никто не повел и бровью. Лишь несколько пар глаз вспыхнули красным от запаха свежей крови. Спешно отворачиваясь, я стала свидетельницей другой интимной сцены. Абсолютно голый мужчина (он был гостем с человеческой стороны) вальяжно сидел на диване, чья спутница-вампирша, грациозно расположившись рядом, утоляла жажду, в то время как стоящая на коленях девушка делала ему минет.