— Единственное, нечестивое, что есть в этом мире — это проклятие обращенных! — возразил Хоук.
— Ты ошибаешься, Эльф. То, что ты называешь проклятьем, мы — зовём щедрым даром Акхинала.
— Нет благородства в том даре, что влечет убийства невинных людей! — ответил орку Хоук и приготовился к атаке.
— Вы вторглись в мои покои и перебили половину моих солдат, а теперь, очерняете мое благородство. Довольно! — гром его голоса снова пронзил собою пространство. — Ты, перерожденный. — он указал молотом на Фаргона. — Я очищу твое тело от нечестивых рун и позволю узреть все могущество «дара Акхинала», что покоится в твоих жилах. Кровь и смерть! — закричал вожак.
Орк стремительно направился на воинов замахнувшись тяжелым молотом. Бернлейн бросил огненную сферу в огромного вампира, но та без вреда взорвалась об навершие его оружия. Стрелы Хоука и Фаргона ломались, врезаясь в эбонитовую броню вождя, а болты О’Рина безнадежно отскакивали в стороны. Орк сделал выпад облаченным в доспех плечом, направив всю свою мощь на дворфа и светлого эльфа. Те, еле успели отскочить, а вождь полетел прямо на каменный костер. Когда тот встал на ноги и заорал так, что у присутствующих заложило уши, охотники увидели, что вид орка стал более устрашающим: огонь обуглил его, без того ужасное лицо, превратив то в кровавое месиво. Орк устремился в сторону Фаргона и О’Рина. Он замахнулся эбонитовым молотом: оба уклонились от удара, но, перерожденный ещё и успел всадить кинжал в незащищенную область на броне вождя: обратную сторону колена. Орк подкосился, раскрыв широкую пасть в полуметре от головы Фаргона, зарычал и резко ударил его плечом в грудь. Человек улетел в сторону и проломил собой каменную колону, держащую крышу. С потолка тут же посыпалась пыль. В ту же секунду в зал спустились Мейхем и Мартин. Вождь орков был чрезвычайно силен, и охотникам пришлось вести неравный бой: О’Рин, в безуспешных попытках, один за другим пускал во врага гравированные болты, Хоук пронзал броню вампира проливным градом стрел, а Бернлейн метал в воителя испепеляющие сферы огня и те каждый раз сокрушались о прочный, эбонитовый доспех. Прибывшие сразу присоединились к сражению. Фаргон не чувствуя боли, поднялся с земли. С его головы и черных волос струилась густая кровь. Кожаный слой экипировки человека был разорван сразу в нескольких местах, а тёмный доспех скрывал переломанные спинные позвонки. Он смотрел на охотников и в один лишь миг придумал, как уничтожить вождя:
— Хоук! Взрывные стрелы! — закричал он. Эльф посмотрел на Фаргона и увидел, как тот ловко пробрался за спину орка, прыгнул на него, и затем, усевшись вампиру на шею, раскрыл его пасть руками. Хоук тут же сообразил, что от него потребовал человек и двумя грациозными движениями отправил в неё взрывную стрелу. Фаргон спрыгнул с врага и приземлившись на землю, закрылся льняной накидкой. Вампир, так и не успел понять, что произошло, а только захлопнул свою кровожадную пасть и замер. В главном зале форта раздался приглушенный хлопок и вождь, словно подкошенный, упал на холодный, каменный пол.
Измотанные охотники присели на своих местах. Фаргон подошел к телу врага и перевернул его с живота на спину: полдесятка стрел торчали в мощной шее орка и обнаженных руках. Броня его была в сплошных вмятинах от стальных болтов, а кожаные закрепки расплавились под шквалом огненных стрел. Прикрывавшие Фаргона и группу О’Рина подошли ближе. Вскоре, все шестеро стояли у стратегического стола вождя. На карте лежало незапечатанное письмо. Фаргон взял конверт и рассмотрел подпись: «Гром’Кам. Истинному Владыке в Чертоги воителя». Он достал его и прочитав, протянул О’Рину. Тот сделав тоже самое, отдал его Хоуку, а Хоук, в свою очередь Бернлейну. Маг решил прочесть его вслух:
— «Ваш план не сработал Владыка, и я отправляю груз с частью армии обратно в Чертоги воителя, а сам останусь с небольшой горсткой воинов в горах. Буду ждать дальнейший указаний».
«Гром’Кам».
— Что такое «Чертоги воителя»? — спросил Мартин. О’Рин задумался, погладив маленькую бородку и ответил эльфу:
— Я знаю человека, который даст ответ на этот вопрос. Фаргон, нам нужно отправиться в Дунгорад. — дворф накинул арбалет на плечо и взглянул на перерожденного.
— У нас нет времени посещать пещерный город. — возразил Мейхем. — Мы должны вернуться в Черный оплот и сообщить жрецам обо всем, что здесь произошло. — Хоук поторопился переубедить человека:
— Но это очень важно: вы должны поехать с нами. — настаивал эльф.
— Вы ведь не обычные охотники. Верно? — Мартин укреплял разошедшиеся замки на броне. — Человек, с которым мы вроде-как должны поговорить — ваш наниматель. А вы — его наемники. Я прав? — предположил он. О’Рин посмотрел на Хоука и Бернлейна, а затем почесав лысину, ответил догадливому эльфу: