огромном помещении по всем стенам вальяжно растянулся
золотой китайский дракон. Его голова с распахнутой пастью
поддерживала большой трон с бархатными красными
подушками. На полу вместо циновок были постелены узорчатые
ковры, по середине стоял низкий, но широкий, стол для гостей,
ломившийся от всевозможных яств. От приятного запаха у Лиса
заурчал живот — он долгое время не ел и был измотан, но нашёл
силы на восхищение чудесно украшенным залом. Хранителя
равновесия приковали напротив трона, как дикого зверя для
потехи гостям. Уходя, тот стражник, что подхватил Лиса,
незаметно пододвинул к нему тарелку с рыбой и последним
покинул зал. Безмолвно поблагодарив человека, хранитель смог
дотянуться до еды и вцепился в рыбу, жадно поедая её вместе с
костями, силы ему понадобятся…
Открыв глаза, Акено сначала ничего не понял. Было
темно, и на лицо капало что-то липкое, сильно пахло металлом.
Уперев ладони в низкий потолок, он стал давить, пока доски не
поддались его напору, затрещав открылись, освобождая парня
из заточения. Акено огляделся: рядом лежал самурай, из его
головы торчала рукоять с кольцом кунаи, на другой стороне
коридора темнела небольшая горка. Схватившись за край
доски, парень почувствовал тёплую жижу под пальцами — это
была кровь, стекающая в дыру, где лежал он. Подтянувшись,
Акено выбрался, переступил через кровь. Куски брони лежали
как разбитые панцири крабов с розовыми внутренностями,
парень пытался не смотреть на искромсанное тело самурая —
от одного только вида его сильно тошнило. Искать меч было
бессмысленно — его точно забрала кошка, иначе тут не было бы
такого кошмара. Не глядя на кровавое месиво, Акено нащупал
катану поверженного воина и побежал по кровавым следам
вслед за кошкой.
Лира, таща за собой кроваво-красную катану, шла в
поисках новой жертвы, и девушка нашла её в лице четверых
солдат, поднятых на шум. Ополоумевшая кошка бросилась
на самураев. Не ожидая такого натиска, один из стражников
пал, так и не поняв, что произошло, остальные же приняли
защитную стойку, отражая непредсказуемые атаки противника.
Воины оказались посильнее прежних, но от этого кошка
впала в ещё большее безумие, ускорив темп, превращаясь в
смертоносный волчок. Наконец, перед разъяренным ёкаем
остался только один противник. Кошка налетела на стену
хорошей защиты, откатившись в сторону, девушка дала воину
подготовиться. Тяжёлые доспехи, стесняющие движения, были
сброшены, и мужчина остался в лёгких мешковатых штанах и
просторной хлопковой рубашке. Крутя мечи в руках, мужчина,
оскалившись, пошёл на кошку. Лира, стоя на четвереньках,
выгнула спину, её хвосты вздыбились подобно трубам, а глаза
заполыхали огнём. Самурай бесстрашно вступил в схватку с
ёкаем, две катаны давали ему преимущество при защите и атаке.
Сталь его катаны, хотя и с трудом, но выдерживала нападение
кровавого меча. Благодаря опыту, приобретённому во многих
битвах, самурай умело отклонял клинок так, чтобы лезвие меча
проходило вскользь, избегая прямого контакта, а вторым он
наносил контратакующие удары. Однако кошка то исчезала из
виду, то появлялась позади него. Главной же его целью было
задержать взбесившегося ёкая, даже ценой собственной жизни…
Лис умудрился съесть со стола ещё много чего, прежде
чем зал начал наполняться гостями, люди в богатых нарядах
проходили и садились за стол, мирно беседовали, совершенно
не обращая внимания на скованного ёкая, будто того вообще
не существовало.Тут были и почтенные старцы, и молодые
господа, некоторых хранитель равновесия знал лично, так как
не все из них были людьми. Вскоре в зал в сопровождении
стражи вошёл Сёгун в одеждах, расшитых золотыми нитями и
украшенных драгоценными камнями. Все сразу же прекратили
болтовню, встали и поклонились, поприветствовав императора.
Не спеша и не смотря ни на кого, включая Лиса, он проследовал
к трону. Усевшись на мягкие подушки, он сделал знак рукой,
позволяющий гостям сесть. Приглашённые люди не торопились
приступать к трапезе или продолжить свои разговоры, все
ждали речи от Сёгуна…
Кошка диким зверем бросалась на самурая, чувствуя
его усталость и слабость из-за ран. Усиливая натиск, она не
оставляла человеку и шанса, чтобы выйти живым из схватки.
После очередной контратаки кошка схватила клинок, нацеленый
на её шею, зубами, прокусив прочный металл клыками, а когда
воин потянул катану на себя, он открылся для лобового удара.
Пользуясь инерцией натренированных рук стражника Лира,
отпустив меч, переместила зубы в более приятную на вкус
вещь: острые белые клыки вонзились в ключицу, прокусив
плоть и окрасив когда-то милое лицо девушки красной кровью.
Самурай стиснул зубы, чтобы не закричать от боли и попытался
проткнуть ёкая катаной, но кошка сделала это первой, ударив
рукой в грудную клетку. Длинные когти вышли из спины
стражника, пронзив сердце. Воин из последних сил цеплялся
за девушку, не давая ей сдвинуться с места. Наконец, он повис
в плотно сжатых челюстях кошки. Мотнув головой, Лира
отбросила безжизненное тело противника в сторону, которое
гулко ударилось о стену и нелепо упало на пол. Даже не взглянув
на храброго самурая, девушка пошла дальше. Но из-за угла
коридора на неё выбежали стражники с прямоугольными щитами
из прочного гибкого бамбука и блестящими в свете принесённой
лампы стальными пластинами. Тусклые блики, отражаясь от
зеркальных поверхностей, били в чувствительные глаза ёкая.
Кошка с трудом могла различить стоящих перед ней воинов.
Те, видя смятение девушки, пошли в атаку. Подкреплённые
жаждой мести за своих товарищей, самураи разили яростно и
точно. Ослеплённая Лира рычала от беспомощности, неуклюже
стараясь защитить себя, но нападений было слишком много.
Измотанная девушка, несмотря на раны, всё равно рвалась
в бой. В итоге, когда кошка потеряла сознание, она успела
убить и тяжело ранить большую часть отряда самураев. Перед
тем как её глаза закрылись, она увидела, как к ней подходят
тяжёлые сапоги — это всё, что она могла видеть лежа на полу,
а затем почувствовала как её берут на руки. Оставшиеся двое
стражников вопросительно посмотрели на товарища, который
так поступил с кровожадным ёкаем. На что бородатый мужчина
сказал, что лучше пусть Сёгун решит её судьбу. Молодые воины
не могли возразить старшему и покорно поплелись за ним, таща
на целых щитах раненых, но ещё живых стражников, поэтому
они не заметили кроваво-красный меч, потерянный кошкой при
атаке.
Акено идущий по следу Лиры, слышал звуки сражения,
но не решился высовываться из-за ширмы с танцующими
журавлями, являвшейся ему укрытием. Только когда лязг мечей
и стоны раненых стихли, парень решился выйти. Покинув
ширму, он заглянул за угол, чтобы убедиться в безопасности.
Проходя мимо тел стражников, он заметил знакомый блеск
своего магического меча. Прикрыв один глаз, так как на
мёртвых было жутко смотреть, он почти наощупь нашёл его
холодную рукоять. Сделав ножны, как научила его Лира, он
бросился следом за самураями и девушкой. Хоть она и ёкай, но
она помогала ему и была добра, как его старый друг, так решил
Акено, нагоняя медленно идущих стражников…
Сёгун встал, развёл руки в стороны и начал свою речь.
Он говорил о политике, о положении дел в целом. Закончив