визита здесь ничего не изменилось. Воспоминания парня
прервала теплая ладонь девушки. Поглаживая макушку, она
пригласила его умыться и присесть за стол выпить чая. Акено
с удовольствием проследовал на совсем крохотную кухню, где
могли с трудом поместиться двое.
Сёгун начал из далека. Он рассказывал о мирных
переговорах с жителями дальнего берега и то, что войны
удалось избежать. Он старался менять тему, когда речь заходила
о хранителе равновесия. Так продолжалась до тех пор, пока
Лира не гаркнула на парнишку, чтобы тот говорил по существу
— хождение вокруг да около сильно раздражало девушку, как
заметил вслух Акено, она унаследовала часть характера Лиса
и стала на него очень похожа. А затем под пристальным,
почти хищным, взглядом кошки парень поведал о раскопках
подвалов и о том, что тел не нашли, также как и меча, и как
он распорядился построить храм. Девушка лишь грустно
улыбнулась, вспоминая, что учитель любил находиться в центре
событий, но неузнанным.
Выслушав рассказ Сёгуна, кошка хотела уже выпроводить
гостя за порог, но тот упрямо пил чай и не собирался уходить,
будто ждал ещё вопроса. Лире ничего не оставалось, как задать
этот вопрос. На что Акено с улыбкой протянул ей свёрнутый в
рулон пергамент. С прищуром глядя на парня, девушка взяла
свиток и, развернув его, быстро пробежалась глазами и отдала
обратно, заявив, что никуда не поедет, особенно в качестве
преемницы хранителя равновесия. После этого отказа Акено
несколько дней уговаривал Лиру помочь ему в этом вопросе,
так как другим он не может доверить такую работу. Ежедневное
нытьё мальчишки заставило девушку сломаться и начать
собираться в дорогу…
Лира и Акено отправились в путь. В путь неблизкий,
идущий до самого берега моря, в более тёплые места. Путники
хоть и шли к одной цели, но с разным настроением и скоростью.
Акено шагал бодро, играючи вертя лакированный посох в руках;
следом брела Лира, будто пожилая старушка, возвращаясь после
базара. Акено пытался хоть как-то подбодрить свою спутницу,
но та оставалась безучастной к беседе.
Так прошёл день. Осеннее солнце клонилось к закату,
нужно было готовиться к привалу. Ходить по ночам даже
компанией было опасно, да и луна не хотела помогать
путникам, спрятавшись за тяжёлые чёрные тучи, скоро должен
был разразиться дождь. На этот случай путешественники
взяли небольшой свёрток плотной промасленной ткани, чтобы
можно было натянуть её между деревьями. Так и сделали.
Расположились в тёплых футонах. Лира сразу сделала вид, что
уснула, а Акено не спалось, он долго ворочался, ведь ему очень
хотелось извиниться за то, что он так плохо отнёсся к девушке
и всё не мог подобрать время и слова. Поздно ночью Акено всё-
таки смог утихомирить себя и уснуть, однако, не надолго. Он
услышал тихий звук. Сначала подумал, что это осенний ветер,
прислушавшись, даже привстал. Тихо играла флейта. Где-то
вдали одиноко играла флейта. Это было странно — по близости
не было деревень или постоялых домов. И главный вопрос:
почему чуткие уши Лиры не слышат грустную мелодию?
Выбравшись из футона и взяв в руки посох, он насторожено
стал всматриваться в темноту, пытаясь найти хоть намёк
на пришельца из ночи. Выставив оружие, он тихо стоял, но
ничего не происходило, и даже флейта стихла, теперь только
желтые сухие листья шуршали в лесостепи, где расположились
путники. Только стоило Акено лечь обратно, как он снова
услышал флейту, на этот раз он попытался разбудить Лиру, но
она стукнула его по голове и отвернулась. Ничего не оставалось
как пойти на звук мелодии. Прикрепив бумажный фонарик к
древку палки, парень отправился на разведку.
Оранжевый свет разливался по пожелтевшей траве, как
солнечный зонтик. Этот островок света могли легко увидеть и
любой бродящий ёма, и зверь. Зная это, Акено крепко сжимал
древко посоха и был наготове. Сухая трава неприятно царапала
голые икры, и холодный ветер всякий раз пытался погасить
огонёк свечки. Мелодия становилась сильней, и вскоре парень
увидел несколько тусклых огоньков. Что было там — трудно
было сказать и воображение уже рисовало ему жутких ём,
скрывающихся в темноте и приманивающих свою жертву
огоньками и звуком флейты. Однако Акено шагал вперёд будто
заворожённый. Приблизившись достаточно близко, Сёгун
невольно отступил, огоньками были фонарики на небольшом
домике с треугольной крышей, на которой росли пожухлые
кустарники. Насторожившись, парень всё равно решил подойти
ближе. Полуразрушенный дом чем-то привлекал его, и, не
удержавшись, он открыл висящую на одной петле дверь. Внутри
было темно и не было ни намека на чьё-нибудь присутствие,
фонарик осветил только пустую комнату со старой утварью,
которой давно не пользовались. Найдя в себе храбрость,
Акено вошёл внутрь, и его взор тут же привлёк продолговатый
блестящий предмет, лежащий сверху на каменной печке.
Любопытство взяло своё, и молодой Сёгун поднял не тронутый
пылью предмет. Им оказалась флейта, причём начищенная до
блеска воском. Он раньше видел, как музыканты ухаживали за
своими инструментами странным грязно-белым веществом,
которое он даже попробовал на язык, когда стащил одну из
баночек. Однако воспоминания Акено были прерваны резким
сильным ветром, погасившим свечу и захлопнувшим дверь,
погружая парня в темноту…
Лира проснулась с первыми лучами солнца, ночью дождя
не было, но тучи по-прежнему заволакивали небо, свинцовым
потолком нависая над головой девушки. Обнаружив рядом с
собой пустой футон, Кошка сильно забеспокоилась и вспомнила,
что Акено будил её ночью. Вскочив как ужаленная, девушка
начала оглядываться по сторонам и вслушиваться в каждый
шорох, но вокруг не было ни души. Схватив трость, девушка
припала к земле в поисках хоть каких-нибудь следов парнишки.
Ползая на коленях, она наконец смогла найти примятую траву.
Сухие стебли хорошо сохраняли след беглеца, по нему и пошла
Кошка. Вскоре она увидела большую зелёную кочку с желтыми
кустами, следы вели туда. Несколько раз обойдя вокруг горки,
Лира ничего не нашла, однако ощущение, что тут опасно, не
покидало её. Ничего не оставалось, как попробовать копать там,
где кончались следы парня. Кунай хорошо подходил для этого.
Разрезая корни острыми гранями и захватывая землю широким
лезвием, девушка потратила много времени, но добралась
до мягкой жирной земли. Вдруг нож пробил почву, увлекая
девушку за собой, земля поглотила руку почти до локтя. Кошка
не на шутку испугалась, пытаясь вырвать руку из ловушки. Но
чем больше она тянула, тем сильней её затягивало. Уперевшись
ногой в, как ей казалось, твёрдую почву, начала с силой тянуть
и не заметила, как нога тоже оказалась по щиколотку затянута
в кочку. В панике Лира начала колоть её, и наконец получилось.
Капкан ослабил хватку, и девушка смогла вырваться. Отпрыгнув
на почтительное расстояние, Лира приготовилась к схватке,
но ничего не происходило, только в месте, где затянуло руку,
образовалась большая дыра, похожая на пасть беззубого демона,
чёрная и бездонная. Ушки Лиры уловили тихий звук флейты, и
он исходил из дыры. Осторожно подойдя к проёму, девушка с
опаской заглянула внутрь, держа голову на поверхности. Теперь
грустная мелодия стала сильней. Обругав себя за беспечность
по отношению к Акено, Кошка дала себе зарок привязывать его