«Они что, на самом деле думают?..»
Решив уточнить, Тиль замямлила:
— Но он…
— Мы ни на чем не настаиваем, — закивав практически синхронно, уверили Тиль Айнон и Аркуэрон. — Но тогда и ты прекращай пaрить нам мозги по поводу своей неотразимости. Ты няша, которая ни на какие операции по соблазнению в принципе не способна. В силу характера. И ничего в этом плохого нет.
— Да идите вы все к дятлам! — отрезала Тиль и глянула злобно, вновь загораясь пьяным «морепоколенством». — Я докажу! Его? Значит, его! И… ик… И все! И нечего ржать!
Куундила хлопнула себя ладонью по лбу и даже рот раскрыла, чтобы что-то возразить, но неожиданно вздрогнула, глянув на сидевших напротив братьев так, будто кто-то из них ее под столом ногой толкнул, вздохнула и потянулась к стакану.
— Скрепим спор! — Айнон вытащил из кармана пока еще совершенно прозрачный клятвенный кристалл.
— Поскольку мы со свечкой стоять над вашим ложем не сможем да и вряд ли захотим, то давай — затверди магически свое обещание… И по части соблазнения того темного, и по части платы в том случае, если вы так и не переспите, Тиль.
— Платы? — Тиль уставилась на Айнона.
— А иначе неинтересно, — ухмыльнулся тот и протянул кристалл.
Тиль приняла его, чувствуя, как в животе что-то начинает припадочно трястись:
— И… И что вы назначите мне в качестве комп… ик… сации, если вдруг?..
— Вдруг? — Аркуэрон переглянулся с братом и расхохотался. — Если вдруг, — он опять подчеркнул это слово, — ты не сможешь затащить в кровать этого темного с платком элитного убийцы на поясе и трахнуть его, а кристалл скажет нам об этом изменением цвета, то…
— То ты больше никогда не будешь нас терзать этими дурацкими разговорами про твою великую силу соблазнения, — перебил брата Айнон.
Лесные феечки притихли и только заглядывали Тиль в лицо, прикусывая кулачки. Кото-феи — на этот раз оба братца: и Белёк, и Черныш — материализовались и теперь, аккуратно составив лапки, сидели на краю стола, тоже не сводя глаз с Тиль.
Переживают, что она получит по ушам, когда подъедет к темному с таким вот чудо-предложением? Не верят в силы и возможности?! Друзья еще, называется! Тиль вздернула вверх свой вновь полный стакан, салютуя приятелям и феечкам с их кото-феями, выхлебала его в два мучительных глотка, а после решительно стиснула в кулаке клятвенный кристалл, призывая магию.
Глава 3
Тиль, хоть и была пьянее пьяного («Чего уж там!»), все же самокритично понимала: честным путем от темного нужного ей не добиться никогда. С какого испуга этот взрослый, уверенный в себе и такой красивый эльф вдруг пойдет на поводу у такой, как Тиль? Так что для реализации задуманного оставались лишь способы откровенно бесчестные или так… серединка-наполовинку. Проще всего было бы заговорить воду в теле темного, превратив ее крохотную часть в сок дурмана лугового. Этого бы хватило, чтобы он заснул крепче крепкого и… И что потом делать с ним? Как заставить желать, как возбудить? Да и казалось, что даже если тело темного во сне отреагирует на ласки правильно, все последующие действия совершенно точно станут чистой воды изнасилованием, а Тиль на такое пойти не могла. Сколько бы ни выпила. Да и суть спора с приятелями все-таки предполагала, что эльф, при помощи которого Тиль станет укреплять свое звание первой соблазнительницы курса, даст согласие на секс с ней, а значит, будет в сознании.
Так что план был таков: обездвижить, а после уговорить. Ну или убедить иными способами. Тиль знала как минимум три — те, что лично на нее действовали безотказно.
Первый пункт в намеченном плане, который Тиль записала на листочке во избежание забывчивости (естественно, по причине наследственной рассеянности, а не из-за еще одного стаканчика красного, выпитого в ожидании удобного момента для начала действий!), был реализован на пять. Невидимые и бесшумные путы из послушных Тиль водных потоков легли как надо, разводя в стороны, а после удерживая руки и ноги темного, который предсказуемо обнаружился спящим на кровати. В последнюю секунду он что-то такое, кажется, почувствовал, но с решительными действиями все же опоздал и лишь впустую затрепыхался растопыренной звездой. Во избежание опасного звукового сопровождения Тиль ему еще и магический кляп в рот пристроила, и только после, сопя и ругаясь себе под нос, полезла через распахнутое в ночь окно внутрь комнаты.