- Я вижу отчет на планшете, Соколов, - Зимин медленно прошелся по комнате, его взгляд скользнул по Алисе. - Меня интересует не хронология, а причины. Почему Орловы решились на такой отчаянный и глупый шаг? Что их спровоцировало?
- Наш брак, - четко ответила Алиса. Ее голос был хриплым, но твердым. - Они поняли, что этот союз реальность. Что я теперь под прямой защитой ФСБ. Это их последняя попытка выбить козырь из рук отца до того, как ваше ведомство окончательно вступит в игру.
Зимин остановился перед ней.
- Очень проницательно, мадемуазель Волкова. И что, по-вашему, нам теперь делать?
- Вы могли бы поставить охрану, которая действительно защищает, а не шпионит, - парировала она, глядя ему прямо в глаза.
Уголок рта Зимина дрогнул.
- Охрана уже внизу. А шпионаж, дорогая, - это и есть лучшая защита. Мы знаем о готовящейся атаке - мы ее предотвращаем. Мы не знаем - получаем пулю в спину, как сегодня.
Он снова повернулся к Егору.
- Ваши действия… нестандартны, Соколов. Паника-комната была проигнорирована. Выбран рискованный путь через незащищенный периметр. Объясните мотивацию.
Егор чувствовал, как под взглядом генерала по его спине бегут мурашки. Зимин вынюхивал правду. Правду об их сближении.
- Решение приняла я, - снова вступила Алиса, прежде чем Егор смог найти слова. - У меня была информация о возможном знании противником планировки. Я считала путь через убежище смертельной ловушкой. Капитан Соколов был вынужден подчиниться, так как моя безопасность - его приоритет.
Она лгала. Лгала гладко, уверенно, прикрывая его. Играя в их старую игру, но с новыми, опасными целями.
Зимин смотрел на нее с нескрываемым интересом, затем медленно перевел взгляд на Егора.
- Капитан? Это правда? Вы «подчинились» оперативному решению гражданского лица, не имеющего никаких полномочий?
Егор сделал глубокий вдох. Он стоял на краю пропасти. Подтвердить - значит признать непрофессионализм. Оспорить - выдать Алису и их тайный сговор.
- В условиях недостатка информации и непосредственной угрозы, я счел логику мисс Волковой убедительной. Ее знание тактики противника и возможных уязвимостей объекта превышало мои собственные данные. Решение было направлено на сохранение жизни подопечной.
Генерал молчал несколько секунд, и эти секунды показались вечностью.
- Хорошо, - наконец произнес он, и в его голосе прозвучала ледяная удовлетворенность. - Вы действовали как тактик, а не как солдат. В вашей ситуации это… похвально.
Он подошел к столу, взял свой планшет.
- Орловы объявили нам войну в открытую. Это меняет правила. Период пассивного наблюдения окончен. - Он ткнул пальцем в экран. - У нас есть сорок восемь часов, чтобы нанести ответный удар. Информационный. Мы должны публично унизить Кирилла Орлова. Показать его слабым и неспособным. Выбить у него почву из-под ног в глазах его же людей.
- Как? - спросил Егор.
- С помощью вашей жены, капитан, - Зимин улыбнулся своей безжизненной улыбкой. - Завтра вечером благотворительный бал в Мариинском дворце. Присутствует весь свет, включая Орлова. Вы будете там. Яркие, счастливые, недосягаемые. Алиса, вам предстоит сыграть свою лучшую роль. Вы должны публично и эффектно отвергнуть Кирилла. Унизить его. Сделать его посмешищем в глазах всех, кто имеет значение.
Алиса побледнела.
- Вы не понимаете. Он этого не простит. Это не просто унижение. Это объявление личной войны. Он будет мстить не по правилам. Он придет за мной лично.
- На то и расчет, - холодно парировал Зимин. - Разъяренный, ослепленный гневом противник совершает ошибки. Мы будем ждать его ошибку. И нанесем решающий удар. - Он посмотрел на Егора. - Ваша задача - быть ее тенью. И быть готовым ко всему. Вопросы?
Вопросов не было. Было лишь леденящее душу понимание, что Зимин намеренно бросает их в самое пекло, используя Алису в качестве приманки в смертельной ловушке.
Генерал развернулся и вышел, оставив их одних в новой, чужой гостиной.
Как только дверь закрылась, Алиса отшатнулась от стены и схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
- Он хочет его убить, - прошептала она, глядя в пустоту. - Он не просто хочет унизить. Он хочет, чтобы Кирилл набросился на меня при всех. Чтобы был повод… для ликвидации. И он использует тебя, как пулю.
Егор подошел к ней. Он видел ужас в ее глазах. Не за себя, а за него. За то, во что он превращается в руках Зимина.
- Я не дам ему это сделать.
- Ты не сможешь его остановить! - ее голос сорвался на крик. - Ты видел его! Для него мы расходный материал! Пешки!
- Мы уже не пешки, - тихо сказал Егор, беря ее лицо в свои руки. Он заставил ее посмотреть на себя. - Мы знаем правила их игры. И мы только что начали играть в свою.