Егор почувствовал, как она замирает на мгновение, затем ее пальцы разжимаются, и она делает шаг вперед, увлекая его за собой. Ее улыбка стала шире, но в ней не было тепла. Только лед.
- Готов? - прошептала она, не глядя на него.
- Всегда.
Они начали свой медленный спуск по лестнице, чувствуя на себе сотни взглядов. Они были главным спектаклем вечера. Молодожены из враждующих лагерей. Символ хрупкого и опасного мира.
Кирилл откровенно рассматривал Алису, его взгляд скользнул по ее ногам, бедрам, открытой спине. В его глазах читалось голодное обладание.
- Алиса, - он сделал шаг навстречу, перекрывая им дорогу. Его голос был нарочито громким. - Поздравляю. Хотя, должен признаться, не ожидал, что ты выберешь… столь скромную партию. - Он бросил уничижительный взгляд на Егорa.
Алиса остановилась. Весь зал затаил дыхание. Она медленно повернула голову в его сторону, как будто заметила его только сейчас. Ее улыбка не дрогнула.
- Кирилл. Какая неожиданная встреча. - Ее голос был звонким, чистым и прекрасно слышимым в внезапно наступившей тишине. - Я слышала, у вас недавно были проблемы с электричеством в новом особняке. Правда, что ты провел три дня в полной темноте, пока не починили генератор? Должно быть, это было ужасно.
Она сказала это с искренним, участливым сочувствием, как могут сочувствовать ребенку, боящемуся монстра под кроватью.
По залу пронесся сдержанный смешок. Кто-то подавил хохот.
Лицо Кирилла побелело. Его пальцы сжали бокал так, что тот треснул. Шампанское брызнуло на его идеальный смокинг. Он не боялся угроз или оскорблений. Но она тронула его самую большую, детскую слабость. И сделала это при всех, под маской заботы.
- Ты… - он начал, его голос дрожал от ярости.
- О, Боже, твой костюм! - с притворным ужасом воскликнула Алиса. - Егор, дорогой, не мог бы ты помочь бедному Кириллу? Уверена, у официанта найдется салфетка. А то он, кажется, совсем растерялся.
Она посмотрела на Кирилла с легкой, снисходительной жалостью, как смотрят на неуклюжего подростка, и, не дожидаясь ответа, плавно повела Егора дальше, вглубь зала, оставив Орлова стоять в луже шампанского и унижения.
Это была не пощечина. Это было хирургическое вмешательство. То самое, о котором они говорили.
Егор, идя рядом с ней, чувствовал, как по его спине бегут мурашки. Она была блестящей. И абсолютно безжалостной. В этот момент он одновременно восхищался ею и боялся за нее. Потому что он видел взгляд, которым Кирилл проводил их. В этом взгляде уже не было ярости. Была холодная, бездонная ненависть, обещающая смерть.
Они выиграли этот раунд. Но война, как он понимал, только началась по-настоящему. И ставки в ней стали неизмеримо выше.
Исполненный унижения и ярости, Кирилл Орлов покинул бал, едва сдерживаясь, чтобы не устроить погром в сияющем зале. Но его уход был красноречивее любой истерики. Волна перешептываний покатилась вслед за ним, подтверждая - Алиса Волкова и ее муж-чекист только что нанесли сокрушительный удар по его репутации. Он был выставлен не опасным врагом, а нервным, неуравновешенным мальчишкой, боящимся темноты.
Для Алисы и Егора вечер превратился в изматывающий марафон. Каждое рукопожатие, каждая улыбка, каждый танец были частью спектакля. Они кружились в вальсе под высокими сводами, ее рука лежала в его, их тела находились на идеальной, приличествующей паре дистанции, но каждый нерв был натянут до предела. Она излучала сияние счастливой невесты, но ее глаза, когда она смотрела на него, были полны тревожной ясности.
- Он не простит этого, - тихо сказала она ему на ухо во время танца, ее губы были растянуты в улыбке. - Теперь это личное. Не война кланов. Война между ним и мной. И тобой.
- Пусть будет так, - так же тихо ответил Егор, его рука лежала на ее талии, чувствуя напряжение каждой мышцы. - Значит, и биться мы будем не по правилам кланов.
Танец закончился. Аплодисменты. Они поклонились и отошли к краю зала, к столу с шампанским. Именно в этот момент к ним подошел генерал Зимин. На его лице играла редкая, довольная улыбка хищника, насытившегося зрелищем.
- Браво, - произнес он, делая вид, что поправляет манжет. Его голос был тихим, но каждое слово било точно в цель. - Искусно сыграно, мадемуазель Волкова. Вы превратили быка в посмешище. Капитан, вы достойно выполнили роль статиста.
Егор почувствовал, как по его спине пробежал холодок. «Статиста». Так Зимин видел его роль. И это было опасно.
- Спасибо, товарищ генерал, - нейтрально ответил он.
- Теперь, - Зимин перевел взгляд на Алису, - когда господин Орлов достаточно разъярен, мы можем перейти к следующему этапу. Его империя держится на трех китах: порт в Усть-Луге, сеть подпольных казино и… его младшая сестра, Анна.