Через несколько минут она остановилась и указала вверх. Над их головами была решетка вентиляции.
- Библиотека, - прошептала она. - Прямо над нами. Дальше - по вентшахте до кабинета.
Егор молча кивнул. Его сердце бешено колотилось. Они были внутри логова. Одна ошибка - и они мертвы.
Он помог ей снять решетку. Они вылезли в темную, просторную библиотеку. Пол был устлан толстым ковром, поглощавшим любой звук. Воздух пах кожей и старой бумагой. Где-то за стенами слышались смутные звуки дома - гул системы отопления, отдаленные шаги.
Алиса подошла к одной из книжных полок. Она нажала на едва заметную кнопку за корешком толстого тома Достоевского. Полка бесшумно отъехала в сторону, открывая черный провал вентиляционной шахты. Оттуда пахло металлом и холодом.
- Главная магистраль, - сказала она. - Она ведет через весь этаж. Кабинет отца - третья решетка справа.
Они вползли внутрь. Шахта была просторнее, чем лаз, но идти приходилось согнувшись. Металлические стенки были холодными, и каждый их шаг отдавался легким эхом, которое, казалось, разносилось на километры.
Вот первая решетка. Гостиная. Пусто.
Вторая. Каминный зал. Тихо.
И вот, наконец, третья решетка. Алиса замерла, прильнув к металлическим прутьям. Егор встал рядом с ней.
Кабинет Виктора Волкова.
Он был пуст. Массивный стол, кресло, картины на стенах. И та самая, замаскированная под панель из темного дерева, дверца сейфа. Их цель.
Но что-то было не так. Алиса почувствовала это первой.
- Слишком тихо, - прошептала она, ее взгляд метнулся по комнате. - Он всегда оставляет включенной систему белого шума. А сейчас… тишина.
Егор насторожился. Его инстинкты кричали об опасности. Он прислушался. Ничего. Абсолютная тишина. И это было неестественно.
Внезапно в дальнем конце кабинета, в тени, что-то шевельнулось. Медленно, плавно, из кресла за столом поднялась высокая, мощная фигура.
Виктор Волков. Он не спал. Он ждал их.
Его лицо, освещенное теперь мягким светом настольной лампы, которое он только что включил, было спокойным и непроницаемым. В его руке был не пистолет, а сигара. Дымок медленно поднимался к потолку.
- Я знал, что ты придешь, Алиса, - его голос был тихим, но он прозвучал в тишине как выстрел. - Рано или поздно. Но твоего нового… союзника… я не ожидал увидеть в своем доме. Капитан Соколов. Или мне следует называть вас «зять»?
Они застыли у решетки, как два оленя в свете фар. Ловушка захлопнулась.
Воздух в кабинете застыл, густой и тяжелый, как сироп. Казалось, даже пылинки перестали танцевать в луче света от настольной лампы. Алиса и Егор замерли у решетки вентиляции, парализованные внезапностью провала. Все их тщательно выстроенные планы рухнули в одно мгновение.
Виктор Волков медленно обошел стол, его пальцы с наслаждением обходили полированную поверхность дерева. Он был одет в темный домашний костюм, и в этой неформальной обстановке он выглядел еще опаснее - хозяин, застигнувший в своем логове непрошеных гостей.
- Выходите, - произнес он спокойно. - Не заставляйте меня вызывать охрану. Хотя, признаться, мне любопытно, как далеко вы сможете зайти в своем… импровизационном побеге.
Егор первым пришел в себя. Он медленно, демонстративно поднял руки, показывая, что не представляет угрозы, и отодвинул решетку. Он вылез первым, прикрывая собой Алису. Его взгляд скользнул по комнате, оценивая выходы, укрытия. Их было немного.
Алиса вышла следом. Ее лицо было бледным, но подбородок дерзко вздернут. Она смотрела на отца не как на родного человека, а как на противника через шахматную доску.
- Отец, - произнесла она ровно.
- Дочь, - он кивнул, его губы тронула легкая, холодная усмешка. - Я должен признать, твой план был… изобретателен. Детские прятки, превращенные в тактику проникновения. Жаль, что ты унаследовала от меня не только ум, но и упрямство.
Его взгляд перешел на Егора.
- А вы, капитан. Я думал, вы человек принципов. Офицер. А вы оказались просто романтиком с пистолетом. Разменявшим карьеру, репутацию и, возможно, жизнь на… что? На чувства к моей дочери? Наивно.
- Я не обменял их, - холодно парировал Егор. - Я нашел нечто более ценное.
- О, не говорите мне о «чем-то настоящем», - Волков поморщился, словно почувствовав дурной запах. - В нашем мире нет ничего настоящего, кроме власти и денег. Все остальное - иллюзия, которую мы создаем для слабых.