Егор стоял в тени чуть поодаль, его рука лежала на рукоятке пистолета под курткой. Он был их глазами и ушами, их последним рубежом обороны.
Ровно в полночь на ухабистой грунтовой дороге, ведущей к станции, появились огни автомобиля. Он подъехал почти бесшумно, заглушил двигатель и погасил фары. Из водительской двери вышел Костя. Один.
Он был в темном спортивном костюме, без явного оружия, но его осанка, его взгляд, сканирующий темноту, выдавали в нем профессионала, пришедшего на опасную встречу.
Алиса сделала шаг из тени, но осталась на расстоянии. Егор не двинулся с места, готовый в любой момент прикрыть ее.
- Алишенька, - тихо произнес Костя, и в его голосе прозвучала неподдельная, щемящая боль. - Ты жива. Слава Богу.
- Благодаря тебе? - ее голос был ледяным. - Или вопреки?
Он медленно покачал головой, его лицо в лунном свете казалось высеченным из старого, потрескавшегося камня.
- Твой отец правду сказал. Я не предавал тебя. Я пытался спасти. Ваш план был суицидом. Зимин знал всё. Он ждал вас в том особняке с полным отделом захвата. Я сообщил Виктору, чтобы он успел убрать своих людей и взять ситуацию в свои руки. Он был единственным, кто мог тебя вытащить из этой западни, не подставив под пули.
- Почему ты не предупредил нас напрямую? - в голосе Алисы дрожала обида. - Почему не дал нам шанс изменить план?
- Потому что ты не отступила бы, - просто сказал Костя. - Я знаю тебя. Ты бы пошла напролом. А Зимин следил за всеми каналами. Одно мое неверное слово, одно подозрительное действие - и он бы понял, что я с вами. И тогда нам всем конец. Это был единственный способ. Грязный. Но единственный.
Он смотрел на нее, и в его глазах не было лжи. Лишь усталость и та самая преданность, которую она чувствовала с детства.
Алиса молчала, переваривая его слова. Логика была безжалостной, но железной. Она сама мыслила так же. Цель оправдывала средства. Даже если эти средства - боль для тех, кого защищаешь.
- Что сейчас? - спросил Егор, выходя из тени. Его голос был нейтральным, но взгляд пристально изучал Костю. - Зачем ты здесь? Что нам ждать дальше?
Костя перевел взгляд на него.
- Зимин в ярости. Он потерял вас и потерял доверие Волкова. Он понимает, что вы где-то с компроматом. Он кидает на поиски все ресурсы, включая армейские каналы. Орлов тоже в бешенстве. После вашего исчезновения по сети поползли слухи о его финансовых махинациях. Его люди начали шевелиться. Он думает, что это проделки Зимина. Между ними вот-вот рванет по-настоящему.
- Хорошо, - сказала Алиса. Значит, их первый, осторожный удар сработал. - Это нам на руку.
- Не спеши радоваться, - мрачно парировал Костя. - Война между ними сделает город полигоном. Погибнут невинные. И они оба будут искать вас с удвоенной силой. Вы - единственные, кто знает всю правду. Вы - угроза для обоих.
Он сделал шаг вперед и протянул Алисе небольшой, но тяжелый рюкзак.
- Вот. Новые документы. Чистые. Не идеальные, но на первое время хватит. Деньги. Наличные, в разных валютах. И «подарок» от отца.
Алиса взяла рюкзак. Он был тяжелым.
- Что за подарок?
- Адреса. Имена. Тех, кого ты ищешь. - Костя посмотрел на нее с странной смесью гордости и печали. - Он знал, что ты пойдешь этим путем. Он сказал: «Моя дочь не будет прятаться. Она будет мстить». Здесь контакты журналиста, которого Зимин сломал, но не добил. Вдовы одного из водовозов Орлова, которого убили за долги. Мелкого хабадника, которого отжали с бизнесом. Они ненавидят их. И они будут говорить.
Алиса молчала, сжимая ремень рюкзака. Ее отец снова предугадал ее ход. Он видел ее насквозь. И помогал ей, ведя по тому самому пути, с которого когда-то сбил ее, выдав замуж за врага.
- Передай ему… - начала она и замолчала, понимая, что никакие слова не будут уместны.
- Он знает, - коротко сказал Костя. - Он всегда знал. - Он посмотрел на них обоих. - Теперь ваша очередь. Будьте осторожнее, чем когда-либо. Они не просто ищут. Они охотятся. И у них один приказ - живыми не брать.
Он развернулся и направился к своей машине.
- Костя, - позвала его Алиса. Он обернулся. - Спасибо. За… тогда. И за сейчас.
Он кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то теплое, почти отеческое.
- Береги себя, девочка. И тебя, солдат. Береги ее.
Он сел в машину и уехал, оставив их одних в холодной ночи с рюкзаком, полным оружия для их новой войны.
Егор подошел к Алисе.
- Ты веришь ему?
- Да, - ответила она без колебаний. - Он не умеет лгать. Не мне. - Она вздохнула и повернулась к нему. - Отец дал нам не только компромат. Он дал нам армию. Маленькую, озлобленную, но армию.