Они подтащили тела охранников за стойки и обезоружили их. Громов подошел к стальной двери. Рядом с ней был пульт с кодовой панелью и считывателем карт.
- Карта есть у одного из них, - тихо сказал Егор, обыскивая карманы охранника.
Он нашел пластиковую карту и протянул ее Громову. Тот вставил ее в считыватель. Индикатор загорелся зеленым. Затем он ввел код, который, судя по всему, подсмотрел у охраны - простую последовательность, которую те небрежно набирали, не прикрывая пальцы.
Засовы с громким щелчком отодвинулись. Дверь была открыта.
Громов посмотрел на них. Его лицо в тусклом свете было похоже на маску - бледное, с впалыми щеками и горящими глазами.
- Готовы?
Алиса взяла Егора за руку. Ее ладонь была холодной, но хватка - твердой.
- Готовы.
Громов распахнул дверь.
Командный центр был похож на капитанский мостик звездолета. Полумрак, десятки мониторов, на которых отображались карты города, данные слежения, кадры с камер наблюдения. В центре зала, в массивном кресле, спиной к ним, сидел человек. Генерал Зимин.
Он не обернулся. Его голос, спокойный и усталый, прозвучал в тишине:
- Я знал, что вы придете. Рано или поздно. Даже сквозь все это, - он сделал жест рукой, указывая на мониторы, где полыхали улицы и толпились люди, - ...вы нашли дорогу. Упрямство... почти достойное уважения.
Он медленно повернул кресло. Его лицо было серым, изможденным, но в глазах все еще тлели угольки былой мощи. Он смотрел на Громова.
- И ты, майор. Предатель. Я дал тебе все. А ты пришел ко мне с оружием.
- Ты ничего мне не дал, - голос Громова был низким, как рычание. - Ты отнял у меня все. Ты отнял у меня Катю.
Зимин нахмурился, как будто пытаясь вспомнить.
- Катя? Ах, да... та заложница. Неудачное стечение обстоятельств. Война всегда требует жертв.
- Это не была война! - крикнул Громов, и его голос впервые сорвался на крик. Он сделал шаг вперед, его пистолет был направлен на Зимина. - Это была твоя грязная сделка! И ты принес ее в жертву!
Зимин смотрел на него без страха. Он даже улыбнулся, горькой, старческой улыбкой.
- И что теперь? Убьешь меня? Станешь героем? Они, - он кивнул на мониторы, - уже почти забыли про тебя. У них новые герои. - Его взгляд скользнул по Алисе и Егору.
- Мы не герои, - тихо сказала Алиса. - Мы - свидетельство. Свидетельство твоих преступлений.
- Преступления? - Зимин усмехнулся. - Дитя, я - система. А система не совершает преступлений. Она просто... функционирует. Иногда для этого требуется жертвовать отдельными элементами. Как твоей матерью. Как Катей. Как вами.
Он откинулся на спинку кресла, его пальцы постукивали по подлокотникам.
- Вы думаете, что победили? Мои люди уже в пути. Через час этот бункер будет окружен. А ваше маленькое восстание на улицах... оно умрет, как только я отдам приказ применить тяжелую технику. Вы всего лишь искра. А я - потоп.
Егор наблюдал за этой сценой, его рука лежала на кобуре. Он видел, как Громов дрожит от ярости, готовый вот-вот выстрелить. Но это было бы ошибкой. Убийство Зимина в его кресле сделало бы его мучеником в глазах его последователей.
- Мы не убьем тебя, Зимин, - сказал Егор, делая шаг вперед. - Мы отдадим тебя им. Пусть они решат твою судьбу. Пусть весь город увидит, как их всемогущий генерал предстанет перед судом.
Зимин посмотрел на него с искренним удивлением, а затем рассмеялся. Сухим, безрадостным смехом.
- Идеалист. До самого конца. Жаль, Соколов. Из тебя вышел бы хороший офицер. Но вы... - его взгляд обвел всех троих, - ...вы ничего не понимаете. Вы играете в справедливость, пока настоящие игроки расставляют фигуры на доске.
Он наклонился к одному из мониторов и набрал быструю команду.
- Например... сейчас по всему городу сработают несколько взрывных устройств. Небольших. Но достаточно громких, чтобы ваш хрупкий порядок рассыпался в панике. И пока вы здесь со мной болтаете, люди там будут умирать.
На его лице появилась торжествующая улыбка. Он все еще держал козырь.
Но Алиса вдруг тоже улыбнулась. Холодной, уверенной улыбкой.
- Нет, генерал. Не сработают.
Зимин нахмурился.
- Что?
- Пока мы ползли по твоим воздуховодам, наш товарищ, - она кивнула на Громова, - отправил твои коды активации и частоты нашему другу. Тому самому журналисту. А он, в свою очередь, передал их тем самым людям на улицах. Они уже нашли и обезвредили большую часть твоих «подарков». Остальные... просто не сработают.
Лицо Зимина побелело. Впервые за весь разговор на нем появилось выражение, похожее на страх. Его рука дрогнула.
- Врешь...
- Проверь, - бросила ему вызов Алиса.
Зимин судорожно начал тыкать в клавиатуру, проверяя статус устройств. Его лицо искажалось по мере того, как на экране один за другим появлялись статусы «ОШИБКА АКТИВАЦИИ» и «СВЯЗЬ ПРЕРВАНА».