- Да, я помню, как ты того мужика заставила подешевле продать тебе цемент для укрепления фундамента. – говорила Софья. – Он после сеанса гипноза ещё долго отходил.
- Я просто немного переборщила с подавлением воли. – призналась Елизавета, ставя на сигнализацию свой Мерседес. – Иногда и такое случается.
- Ты уже решила, кого на официальное новоселье пригласишь?
- Влада, тебя и парней с группы.
- А как же Игорь? -недоумевала Софья.
- А он сам не захотел. Сказал, что у него дел по горло. Я возражать не стала. В конце концов, он в праве самостоятельно принимать решения. Потом ему видео с нашей тусовки отправлю. Правда, с телефоном Игорь пока не очень дружит.
- И всё-таки хорошо, что у тебя тут соседей нет! Можешь во весь голос петь свои песни и допоздна играть на гитаре.
- У нас. – поправила сестру Елизавета. – Это и твой дом тоже.
- Попробуй это моему ухажёру объяснить! – Софья разозлилась, и её глаза полыхнули красным. – Он такой же, как и твой второй бывший! Ромуальд ведь тоже хотел нас разлучить. Даже утверждал, что ты ко мне слишком сильно привязана.
Вставив ключ в замок и прокрутив его пару раз, Елизавета сказала:
- Скорее наоборот: ты без меня долго продержаться не можешь. Тебе напомнить, кто именно тырил кровезаменители из запасов МАОНН, когда тебя сильно прижало?
Послышалось какое-то бурчание. Открыв дверь и впустив сестру первой, Елизавета добавила:
- Так что, это я о тебе забочусь, но никак не наоборот.
Началось украшение особняка. Распределив обязанности, Елизавета взялась за гирлянду, которую не доставала из коробки с Нового года, и воспользовавшись даром, довольно-таки быстро распутала её, после чего повесила снаружи по всему фасаду. Благо длинная была.
- Глянь, что я нашла! – обратилась Софья к старшей сестре.
В руках у неё была единственная уцелевшая фотография с Ромуальдом, на которой он преподнёс имениннице медовик. Резко выхватив её, Елизавета мысленно воссоздала небольшой огонёк и в считаные секунды материализовала его и сожгла последнее напоминание о бывшем возлюбленном.
- Понятия не имею, как я её раньше не заметила! -пробормотала графиня. – Не нужны мне никакие воспоминания об этом бабнике, считавшим меня запасным аэродромом, дающий деньги! Если бы он так сильно захотел, то сам бы и заработал! Нечего было у меня финансы клянчить!
- Помнится мне, ты его вроде бы проклясть хотела.
- Так я и прокляла! Я пожелала, чтобы больше ни одна девушка не могла любить его, сразу понимая, что Ромуальд из себя представляет. А ещё я сделала так, чтобы ему в стократном размере вернулось всё плохое, что он сделал мне и тем наивным дурочкам, которые у него были после меня. В общем, я его прилично так прокляла. Пусть мучается теперь.
- А с самым первым бывшим ты почему так не сделала? – вновь поинтересовалась Софья.
- Так на Люциуса же проклятья не действовали от слова совсем. Мне потом ещё знатный откат прилетел за это. Мутило почти так же, как при воздействии кровавого светила ночи. Это потом я узнала, что в плане магии у вампиров есть определённый иммунитет.
Подготовка к вечеринке продолжилась. Дальше в ход пошли продукты, из которых Елизавета приготовила много разных блюд для смертных друзей. Покончив с готовкой, она кинулась на помощь сестре, запутавшейся в лентах, коими хотела красиво украсить камин, чтобы создать атмосферу уюта. По-доброму усмехнувшись, Елизавета снова взмахнула рукой и с помощью телекинеза, тем самым освободив Софью от злополучных лент.
- Вот и не человек вроде, а в неприятности всё равно влипаешь!
- Если ты так пошутила, то мне даже немного смешно стало. Лучше повесь это всё сама. Иначе я в порыве гнева что-то опять колдону, а тебе потом придётся кашу расхлёбывать.
Наконец, все приготовления были закончены. Пройдясь по списку дел, Елизавета испепелила и его, сказав:
- Вот теперь и парней позвать сюда можно! Да будет тусовка века!
Глава 3
На вечеринке как всегда играла музыка. Парни вряд ли бы оценили классическую музыку, да и сама Елизавета очень редко её слушала и только в те моменты, когда ей хотелось вспомнить прошлое, а если быть точнее, родителей. С ними в своё время она была близка, особенно с отцом, чей характер в итоге и переняла. Если на горизонте маячила какая-то проблема, то Елизавета предпочитала решить её мирным путём. Зачастую это давалось очень легко. Однако в редких случаях всё-таки приходилось прибегать к более грубым методам, а именно к препирательствам или гипнозу. О Софье же нельзя было такого сказать. Если что-то вдруг было не по её, она сразу же начинала разбор полётов, за что сотрудники дома мод прозвали Софью Мегерой. Она об этом прозвище, конечно же, знала, но не подавала виду, считая, что в любой ситуации нужно сохранять свою гордость.