- Ты чего за мной идешь? - поинтересовалась Габриель.
- Я хотела спросить, - ответила девушка.
Габриель помолчала, потом снова подала голос:
- О чем?
Девушка сделала пару шагов вперед. Габриель заметила, что она одной рукой прижимает к груди другую руку.
- Вы искали девушку. Наверное, она похожа на меня... - незнакомка ненадолго замолчала. Сделав еще один шаг, она спросила: - Если так, то, может, и я сгожусь?
Габриель отвернулась. Надо же, проститутка...
- Не думаю, - ответила она и двинулась прочь.
Девушка едва ли не бегом догнала ее.
- В этом районе больше нет девушек с такой внешностью, - заговорила она. - Если у господина есть какие-то особые предпочтения...
- У меня нет никаких особых предпочтений, - перебила ее Габриель. Она остановилась, девушка остановилась тоже. - Мне показалось, я увидел сестру. Но она никак не могла здесь оказаться, теперь я понимаю это.
Они стояли посреди улицы. Ветер перебирал своими невидимыми пальцами складки обоих плащей. Девушка не уходила. Габриель всматривалась в ее лицо, такое родное и такое чужое одновременно. Его черты принадлежали Кетрин и вместе с тем другому человеку. Разрез глаз, линии скул, форма носа - все это было словно в насмешку взято из замка Ольдкейм и перенесено на этот забытый Богом остров на самом краю мира. Даже цвет глаз девушки, хотя его было непросто различить в сумерках, определенно был голубым, и если оттенок отличался, то совсем не на много. Это завораживало.
- Хочешь пойти со мной? - едва слышно спросила Габриель.
Девушка кивнула.
- Хорошо. Идем.
Повернувшись, Габриель направилась к гостинице. Девушка последовала за ней.
Хозяин гостиницы никак не отреагировал на то, что постоялец привел женщину: доплаты не попросил, не предложил ни вина, ни фруктов, ни сладостей. Заспанный, он просто открыл им дверь, окатил обеих волной отвратительного запаха изо рта и, пробормотав что-то несвязное, удалился восвояси. Там, где раньше жила Габриель, это было бы немыслимо. Но она уже начала привыкать к безразличию, царившему здесь.
- Проходи, - Габриель впустила девушку в свои комнаты, отметив, что прислуга, если и существовала в этой гостинице, и не думала в них убираться.
Она сняла плащ и шляпу, повесила их на гвоздь, вбитый в стенку у двери. Ее гостья тем временем сделала пару шагов вперед и остановилась, протянув в стороны руки. Габриель запоздало вспомнила о том, что людям, чтобы ориентироваться в темноте, нужен свет. Свечей в комнате, насколько помнила Габриель, не было.
- Побудь здесь, я сейчас вернусь.
Она вышла из комнаты и отсутствовала довольно долго: нужно было снова разбудить хозяина, объяснить, что ей от него нужно и почему она хочет получить это сейчас, а не утром...
С подсвечником, на котором горело две свечи, и еще парой белых толстых свеч в запасе Габриель вернулась в свои комнаты. Девушку она застала в постели. Прикрывшись простыней, она спала, часто дыша во сне. Платье, сорочка и чулки, свидетельствовавшие о попытках их владелицы быть аккуратной, лежали на стуле.
Габриель не стала гасить свечи. Она поставила подсвечник на стол около кровати, положила запасные свечи рядом, а сама села в кресло рядом со столом. Мягкий золотистый свет хорошо освещал лицо спящей девушки, ее обнаженное плечо и руку. Во сне незнакомка еще сильнее была похожа на сестру Габриель и в то же время еще сильнее отличалась от нее. Так, руки у девушки были совсем не такие, как у Кетрин. У младшей принцессы Ольдкейма были крошечные, немного пухлые, кукольные руки с маленькими холеными пальцами, которые никогда не поднимали ничего тяжелее гусиного пера и не нажимали ни на что жестче клавиш музыкального инструмента. У девушки, лежащей в постели, руки были худенькие, а ладони с длинными пальцами. Хотя они все еще имели красивую форму, они уже несли на себе след работы по дому и хозяйству. Но лицо... Лица у них были почти одинаковые, и это не давало Габриель покоя. Ей хотелось, чтобы девушка открыла глаза и она могла бы наконец внимательней рассмотреть их оттенок.
Неизвестно, пристальный ли взгляд вампирицы был тому виной, но сон покинул девушку, и она открыла глаза. Увидев Габриель, она залилась краской.
- Простите, - хрипловатым голосом прошептала она. - Я случайно уснула. Ждала Вас и... случайно...
Габриель улыбнулась. Девушка была странноватой для проститутки. Вела она себя, скажем прямо, непрофессионально. Кому как не Габриель было знать в этом толк.
- Сколько тебе лет? - спросила она.