Глава 1
В день, когда принц объявил меня своей невестой, под корсетом у меня была спрятана фляжка с симпатитом.
Я стояла в центре огромного дворцового холла, залитого светом от хрустальных люстр. Золотые узоры на колоннах и многочисленные зеркала в резных рамах отражали блики так ярко, что глаза слезились. Вокруг теснились придворные: дамы в тяжелых платьях, расшитых драгоценными камнями, офицеры в парадных мундирах, слуги с вытянутыми руками, держащие подносы из чистого серебра. Казалось, сотни взглядов пронзают меня, и в каждом читался шепот: кто эта девица, откуда она появилась и чем заслужила такую честь.
Принц Август стоял рядом и не отпускал моей руки, будто боялся, что я вырвусь и сбегу отсюда. Его улыбка сияла спокойствием и гордостью, словно он показывал публике редкий трофей, добытый лично. Я же старалась держать лицо, хотя фляжка упиралась в ребро вполне вещественным напоминанием о том, что без этого зелья я не переступила бы и порога дворца.
— Все будет хорошо, Лея, — прошептал Август, наклоняясь ближе. — Доверься мне.
Я изогнула губы в ответ, изображая улыбку и уверенность, которой не было.
На верхних ступенях показался высокий мужчина в черном сюртуке. Его волосы благородно седели, будто покрылись серебром, лицо было строгим, но безупречно собранным. Он окинул меня взглядом, позволив себе лишь короткую тень удивления, и снова вернул на лицо вежливую улыбку. За ним потянулась свита — советники, писцы, старшие слуги. Они тоже старались сохранить достоинство, но в каждом движении чувствовалась скрытая растерянность.
— Ваше Высочество, — произнес мужчина, кланяясь Августу. — Добро пожаловать домой. Мы не ожидали столь скорого возвращения.
Он снова перевел взгляд на меня, слегка приподняв бровь в ожидании объяснений.
— Позволь представить мою невесту, — сказал Август ровно и спокойно, будто заранее готовился к этой реплике. — Леди Леона согласилась стать моей женой.
Шум оборвался. Никто не шелохнулся, словно воздух внезапно сгустился. Первым пришел в себя этот подозрительный, но без сомнений властный мужчина.
— Леди Леона, — произнес он, пристально разглядывая меня. — Для нас честь приветствовать вас при дворе. Канцлер Мальвьер. К вашим услугам.
Я чуть наклонила голову, вспомнив наставления.
— Благодарю вас, канцлер, — сказала я, не позволяя голосу дрогнуть.
Не успела выпрямиться, как сверху донеслись тяжелые шаги. Они звучали глухо и размеренно, будто каждый удар каблука по мрамору был вызовом. Молодой мужчина в черном мундире с серебряными эполетами спускался по лестнице неторопливо, сдержанно, словно вся зала принадлежала только ему. Он двигался так, будто шел не навстречу людям, а навстречу неизбежной судьбе — и при этом не позволял себе ни единого лишнего жеста.
Высокий, худощавый и в то же время сильный, он выглядел так, словно мог в любую секунду превратиться в живое оружие. Черный мундир подчеркивал прямые плечи и высокий рост, а серебряные детали на темной ткани сверкали при свете люстр, будто острие клинка. Его волосы, темные и чуть растрепанные, падали на лоб, придавая облику опасную небрежность, которая только усиливала впечатление.
Он приблизился, поклонился принцу и поднял голову. Его черты были резкими, благородными, слишком правильными для простого человека, и именно в этой правильности сквозила жесткость. Но главное — глаза. Темно-синие, глубокие, они не выражали ни удивления, ни интереса. В них не было ничего, кроме холодного, безжалостного взгляда, который пробирал до самых костей. Казалось, он видел все насквозь и оценивал не внешность, а саму суть.
— Доминик, — радостно произнес Август, будто не заметил этой ледяной тишины. — Познакомься, это леди Леона, моя будущая жена.
Доминик даже не попытался скрыть удивления. Его взгляд скользнул по мне медленно, от волос до кончиков туфель, и в этой придирчивой оценке чувствовалось недовольство.
Доминик Верден. Тайный советник и лучший друг принца. Темный маг, которого опасаются все. Я так надеялась, что мы не пересечемся так быстро.
— Простите мою прямоту, Август, — произнес он ровным, лишенным тепла голосом, — но мы ничего не знаем о леди Леоне. Ни о происхождении, ни о семье.
Слова повисли под сводами холла, украшенного тяжелыми гобеленами с гербами и пышными охотничьими сценами. Август, заметив, как придворные вытянулись в ожидании скандала, слегка нахмурился и, сохраняя подчеркнуто спокойный тон, перебил:
— Все уже проверено.
Доминик промолчал, но в его глазах мелькнуло раздражение. Словно он уже мысленно представлял, что скажет вся знать, когда узнает, что наследник внезапно объявил невестой женщину без титула и родословной.