Вскоре дверь открылась, и в комнату вошла модистка — невысокая, изящная женщина с аккуратно уложенными серебристыми волосами и проницательными глазами. Следом за ней робко ступили две молоденькие фрейлины, которые сразу же с любопытством устремили взгляд на яркие ткани, осторожно устроившись в креслах рядом со мной.
— Леди Леона, для меня честь работать с вами, — улыбнулась модистка, едва заметно наклонив голову в приветствии. — Уверена, мы сможем подобрать платья, идеально отражающие ваш характер и красоту.
Ее комплимент заставил меня слегка смутиться, но это было приятное, искреннее чувство.
— Благодарю вас, мадам, — улыбнулась я в ответ, наклоняясь вперед, чтобы лучше разглядеть многочисленные образцы тканей. — Должна признать, мода двора пока ставит меня в тупик. Надеюсь на ваши советы и подсказки.
Модистка сразу же оживилась, ловко разложив на столике несколько отрезов легкого шелка и гладкого атласа, и начала показывать их мне с такой заботой, словно подбирала ткани для кого-то очень близкого.
— Посмотрите, Ваше Высочество, — произнесла она, протягивая мне образец нежно-лилового шелка. — Этот оттенок идеально подчеркнет цвет вашей кожи. К тому же, при дворе он сейчас особенно популярен.
Я коснулась прохладной, гладкой ткани кончиками пальцев и улыбнулась от приятного ощущения.
— Цвет чудесный, но хотелось бы чего-то еще более легкого, почти невесомого, для ежедневных платьев, — задумчиво проговорила я, и мысленно добавила: «А еще лучше просто брюки, в которых удобно бежать».
Аннет подхватила мой настрой и с улыбкой протянула мне другой отрез — прозрачный, воздушный шифон небесно-голубого цвета с тонкой серебряной вышивкой, словно специально созданной для меня.
— Взгляните! Эта ткань такая нежная и легкая, как летний ветерок. Думаю, она идеально вам подойдет.
Фрейлины рядом тут же одобрительно закивали, оживленно переглядываясь и переговариваясь друг с другом. Я почувствовала себя легко и спокойно — словно не было никаких тяжелых встреч и сложных интриг, только теплая компания и простые, женские разговоры.
— Этот образец действительно чудесный, — сказала я Аннет с искренней улыбкой. — Пусть одно из платьев обязательно будет именно из этой ткани.
Модистка тут же сделала заметку в небольшом блокноте и с улыбкой продолжила перебирать ткани, предлагая мне яркие и выразительные цвета для торжественных случаев.
— Возможно, вам стоит подумать об алом бархате, — задумчиво сказала она, разложив передо мной ткань глубокого насыщенного цвета. — Он выглядит роскошно и эффектно, особенно при свечах.
Я ощутила, как внутри едва уловимо напряглась при упоминании алого цвета, невольно вспомнив слова канцлера про Алое Сердце. Не сочтут ли такой наряд вызовом и намеком на…
Алый Трофей.
Но я быстро заставила себя расслабиться и улыбнулась модистке с легкой, почти непринужденной улыбкой.
— Почему бы и нет, мадам? Я доверяю вашему безупречному вкусу.
Фрейлины оживились, с восторгом обсуждая фасоны и возможную отделку для такого платья, перебивая друг друга и весело смеясь. Атмосфера в комнате становилась все более легкой и уютной, и я почувствовала себя окруженной не чужими придворными дамами, а близкими подругами.
Аннет заботливо налила мне чая и подала маленькую тарелочку с пирожными, аккуратно поставив ее передо мной на столик:
— Прошу, Ваше Высочество. Сегодня вечером вам нельзя думать ни о чем неприятном.
Я сделала небольшой глоток ароматного чая и позволила себе полностью расслабиться, с искренним удовольствием слушая, как фрейлины оживленно делятся историями о забавных происшествиях при дворе и нелепых ситуациях, в которые попадали они сами или кто-то из знакомых.
— Леди Леона, вы даже представить не можете, как нам повезло, что именно вы стали избранницей принца, — неожиданно сказала одна из девушек, робко улыбаясь и опуская глаза. — Вы такая простая и добрая, совершенно не похожая на остальных придворных дам.
Я слегка смутилась, но ответила улыбкой. Кто знал, кому здесь вообще можно верить.
— Это вы все такие добрые и заботливые со мной, — сказала я, улыбнувшись ей с нежностью. — Без вас я бы уже давно потерялась среди всех этих дворцовых правил и бесконечных коридоров.
Фрейлины дружно засмеялись, поддерживая мой тон, и вскоре комната снова наполнилась легкими, веселыми голосами и звуками непринужденного разговора.
Когда модистка закончила записи и поднялась, собрав образцы тканей, я почувствовала легкое сожаление, что вечер подошел к концу.