— Конечно, можешь, — Василий рассмеялся, — жду тебя, как родного. Скажи, во сколько закончишь, я пришлю «Волгу».
— Сегодня как раз не получится. Надо быстро смотаться в Горелово. Там собираются грохнуть значительную фигуру. Ну, в смысле, для городских выскочек значительную.
— Кого? — судя по тону, генерал напрягся.
— Директор нефтебазы. Его жена.
— Хм, — Василий задумался, — выскочки-то они выскочки. Но фигура довольно масштабная. А как будет убивать, знаешь?
— Отравит чем-то. Чем, пока не знаю.
— Вопрос довольно серьёзный. Короче, сделаем так, «Волга» отвезёт тебя в Горелово, проведёшь оперативные мероприятия, мой водитель тебе поможет. Если надо будет, привлечёт местных сотрудников. А потом махнёте обратно в Ростов. И всё время мне отчитывайся. Понял?
— Так точно, — машинально ответил участковый.
— Лишние трупы нам не нужны. Тем более, такие, из-за которых может подняться политический скандал. Всё, машина будет тебя ждать. Не подведи меня.
— Понял.
И только опустив трубку телефона, Алексей сообразил, что убийство директора нефтебазы вполне могут раздуть до огромных масштабов. Типа, хрен его знает, но враги проникли в страну и грохнули ценного сотрудника.
Следующий звонок был Федюнину.
— Жду тебя в ГОВД, — сразу же ответил майор, — и на твоей «Волге» катим в гости и разбираемся на месте.
— Машина не моя.
— Шучу. А я пока соберу информацию на жену Штормова и на него самого.
— В машине телефон. Я тебя наберу, когда буду подъезжать.
— Отлично.
Проведя вторую половину дня с максимальной выгодой и пользой для юридических знаний, Попович наконец-то освободился, извинился перед ребятами из группы, что не может поддержать пивную вечеринку в честь начала сессии, выскочил из здания юрфака, отыскал глазами генеральскую чёрную «Волгу» и запрыгнул в неё.
— Трогаем? — поинтересовался водитель.
— С ветерком, пожалуйста.
— Сделаем, — кивнул широкоплечий мужчина, — всё в наших руках.
Как только машина выбралась из города, водитель выдавил педаль газа и «Волга» полетела.
— Меня зовут Николай, тебя Алексей, я знаю. Товарищ генерал строго приказал слушаться тебя во всём, даже если ты начнёшь нести лютый бред. Введи меня немного в курс дела.
— Директора нефтебазы Горелово то ли уже начала травить его жена, то ли собирается. Если её не остановить, директор обязательно умрёт. Мы постараемся сегодня вечером обнаружить, как она его травит, чем именно, собрать улики для экспертизы и доказать её вину.
— Если я правильно понял, — хмыкнул Николай, — мы пока не знаем, чем и как жена собирается отравить, но уже знаем, что муж непременно умрёт.
— Да.
— И откуда такая твёрдая уверенность?
— Вот здесь и начинается «лютый бред».
— Понял, — кивнул водитель.
— Я смотрю, вы не сильно-то удивлены.
— У нас в конторе ходят слухи, что в столице неоднократно пытались привлечь к работе экстрасенсов. И непонятно, удачно или нет. Когда я спросил товарища генерала, он ответил, что это не слухи, но пользы очень мало. Или он не всё знает. Вот и посмотрим на твои способности.
— Я не экстрасенс, — рассмеялся Попович.
— Все так говорят, — пожал плечами Николай, — а потом находят улики.
— У меня это временно.
— Посмотрим.
Алексей видел, как выскакивавшие на трассу гаишники моментально опускали свои палочки, стоило им только рассмотреть «Волгу» вблизи. А вот Николай на них не обращал никакого внимания.
Добрались до Горелово они раньше времени, поэтому сначала зашли в кабинет к Федюнину. Майор даже не стал спрашивать, откуда широкоплечий мужчина, а сразу выложил несколько фотографий на стол.
— Я смотрю, ты основательно подготовился, — удивился Алексей.
— Полагаю, что мы найдём труп, — улыбнулся Федюнин.
Комитетчик только хмыкнул.
— Это, — майор указал на фото женщины, — гадалка Цирцея, в миру Сапогова Ирина Петровна. Именно к ней зачастила Катерина Штормова, якобы для помощи в удачном зачатии ребёночка. Она так всем говорит. Но имеется информация, что гражданка Сапогова устраивает подпольные аборты и приторговывает странными травками. К сожалению, сведений по странным травкам получить не удалось. Или её нет, или строго охраняется. Чего молчишь?
— Сказать пока нечего.
— Интуиция молчит?
— Пока да. Но я вижу у тебя другие фотографии.
— Это шестеро граждан мужского пола самых разных возрастов. От двадцати до сорока пяти. Предположительно она со всеми спит.