По завершению разговора стало ясно, что пути Гермионы и Братства отныне не сплетены воедино. Волшебнице представили её новую спутницу — из неприметного угла вышла девушка, почтительно поклонившись Гермионе в знак приветствия. Келеборн пояснил, что эта девушка станет волшебнице и другом, и спутником на время проживания в Лотлориэне.
Гермиону посетило странное чувство. После встречи с Галадриэль и их «тайного» разговора девушка узнала, что у неё есть возможность вернуться домой. Это должно было порадовать её и окрылить надеждой на грядущее возвращение, но странный и непонятный ком, напоминающий грубый осадок, остался на душе дочери маглов.
А Леголаса, тем временем, Владыки попросили задержаться, попросив Халдира проводить гостей в их покои.
— Доброй ночи, госпожа Гермиона. Пусть горе не найдёт сегодня путь в ваши сны, — пожелал ей на прощание эльф и остался с Келеборном и Галадриэлью наедине.
— Доброй ночи, Леголас, — отчего-то эти слова, как ей показалось, прозвучали, будто прощание. Волшебница понимала, что больше нет надобности путешествовать вместе с Братством. Именно здесь она могла получить то, чего желала — возвращение домой, в свой мир. Грейнджер не исключала того, что это последняя ночь, которую они проведут вместе — неизвестно, насколько Хранители задержатся в эльфийском городе и когда двинутся в новый путь. Ряды их заметно поредели после Мории. Им необходимо время, чтобы восстановиться и найти в себе силы продолжить путь.
Халдир же настойчиво пригласил девушек спускаться вниз по лестнице.
— Вы, видимо, устали с дороги, госпожа, — впервые за всё время подала голос эльфийка. Её речь оказалась тихой и мелодичной, голос — милым и переливчатым, словно тонкий ручеёк. — Меня зовут Аниэль, можно просто Ани.
Она была немного выше Гермионы, под стать своим сородичам — стройная, ладная и нежная, словно прикосновение шелка. Ани рассказала Гермионе, что специально для неё в закрытом флете подготовили тёплую ванну, наполнив её благоухающими соцветиями лаванды и гардении.
С тоской на сердце волшебница проходила в направлении своего флера, бросая короткий взгляд вниз, когда услышала знакомые голоса хоббитов. Они столпились внизу у фонтана и немного оживились после их встречи. Ворчливый Гимли был там же и на пару с Арагорном пытался утихомирить хоббитов, которые теперь ещё больше напоминали девушке непослушных и непоседливых детей. Тёплая улыбка появилась невольно, но Гермиона не окликнула никого из Братства. И прошла бы мимо, если бы не услышала, как Пиппин зовёт её по имени. Ей не удалось остаться незамеченной. Иногда волшебнице казалось, что где-то у этого хоббита есть внутренний компас, стрелка которого всегда показывает на неё. Тук радостно заулыбался и замахал ей руками, полагая, что она спустится и присоединится к ним. Грейнджер слабо помахала рукой полурослику и последовала за отвлёкшей её эльфийкой, когда заметила, что помимо Перегрина Тука на неё смотрит ещё одна пара глаз. Боромир… Вот уж с кем ей точно не хотелось встречаться снова.
Идти им пришлось недалеко; Халдир оставил своих спутниц у входа, завешённого полотном белого льна. Бодро пожелав им спокойной ночи, капитан стражи коротко перекинулся с Ани парой фраз на эльфийском и был таков; девушка пригласила Гермиону внутрь.
Это был флет, со всех сторон скрытый от сторонних глаз плотными завесами белого льна, которые, впрочем, едва ощутимо колыхались на лёгком ветру. Подсвеченный небольшими светильниками, флет явил взгляду достаточно большую бочку, предназначенную для купания одного; плотная, млечно-белая вода скрывала деревянные стены, затянутые в тот же самый белый лён; на поверхности плавали рассеянные соцветия бледно-бежевого и лилового цветов. Комната, казалось, благоухала сама по себе. Рядом с бочкой находились несколько лавок, полка для купальных принадлежностей и ширма. На одной лавке лежала небольшая стопка чистой, светлой одежды, предназначенной для Гермионы.
— Всё готово для вас, госпожа, — указала ей эльфийка, почтительно отходя в сторону, но явно не собираясь покидать флет даже на время водных процедур своей гостьи.
Гермиона предполагала, что её отправят к остальным членам Братства, но ошиблась. Наверное, большая часть девушек, проведя достаточно много времени в исключительно мужской компании, порадуется личным апартаментам и единению или же общению с другой… более родственной душой, но Грейнджер было неспокойно. Она привыкла к компании Братства и без них чувствовала себя почти, как без одежды в Мории. Не хватало только трогающих рук. Впрочем, остался наблюдающий хомячок, роль которого досталась Аниэль; она прекрасно справлялась с этой почётной должностью.