Объятия, созданные из необходимости, и вынужденная близость. Покидая воду, девушка не думала о том, что, подняв глаза, встретится взглядом с эльфом. Он оказался настолько близко, что дыхание выбило из лёгких и ей на миг показалось, что она забыла, как нужно дышать. Сердце пропустило один громкий стук, отдавшийся в ушах, и взволнованно забилось в груди, разгоняя кровь. Смущение… Тёплое прикосновение на губах и она закрыла глаза; по телу пробежала лёгкая, но приятная дрожь. Это всего лишь дыхание, а тело реагирует на него и дорисовывает в сознание картины того, что и не могло свершиться.
Гермиона замерла на мгновение, кажется, задержав дыхание. Капли на её ресницах подрагивали крохотными бриллиантами... Его непреодолимо тянуло к ней, мысли были охвачены туманом, все действия словно в каком-то порыве. Это был не дурман, не колдовство, не гипноз... Но даже сквозь это марево пробился голос разума.
На мгновение кольнула нерешительность — вправе ли?
И этого секундного промедления хватило, чтобы разрушить, расшатать момент, наполненный волшебством предвкушения. Она подняла взгляд — растерянный, недоумевающий — и отступила. Глаза... Глазищи огромные, тёплые, карие с золотыми крапинками, словно кто-то растопил капельки солнца в густом, тягучем, тёмном цветочном меду.
Будто опомнившись, Грейнджер сделала полушаг назад, пытаясь увеличить между ними расстояние. Забыла, что позади её ждёт только река. Почувствовав, как пятка отступившей ноги встречает пустоту, отрезвляя, волшебница подалась вперёд, чтобы ненароком не рухнуть обратно в воду. Не рассчитала. Хотела отстраниться и увеличить между ними дистанцию, а вместо этого сильнее прижалась к груди эльфа и скомкано выдохнула.
Эльф удержал её, чуть сильнее придержав руками, но понял одно. Спугнул. Колкое сожаление с отравленными иглами поселилось где-то в груди и заворочалось, завертелось, отравляя организм, а разум нашёл оправдание: так надо.
Так будет лучше.
— Прости… — тихо выдохнула девушка и виновато отвела растерянный взгляд и мягко, будто с неохотой, разрушила созданные вокруг его шеи объятия. Ладонь правой руки соскользнула с шеи к плечу и легко легла на грудь. Гермиона задержала взгляд на своей руке. Ей казалось, что она чувствует не просто насквозь промокшую ткань, а нечто большее — горячее сердце, которое быстро бьётся в груди и так близко к ней, что она может коснуться его, если пожелает.
Леголас безмолвно наблюдал за ней, за тем, как она слушает биение его сердца. Он ожидал чего угодно, только не... растерянности? Смущения? Неуверенности?
Всё произошло слишком быстро, слишком... внезапно. Застало его врасплох. Туман в голове развеивался, безжалостно ставя перед фактом свершившегося. Он должен держать себя в руках. Он должен думать о последствиях. Должен видеть шире, чем «здесь» и «сейчас».
— Думаю.. нам стоит переодеться, — привычная уверенность не появилась в словах девушки. Слова звучали так тихо, словно она рассказывала ему сокровенный секрет и не хотела, чтобы их кто-то услышал. Она убрала ладонь, чувствуя себя неловко, бросила быстрый взгляд на эльфа и снова отвела его. Сердце не желало биться медленней и тише — для него никогда не существовало рамок и правил.
— Да... стоит, — Леголас убрал ладони с её спины.
С самого детства он принадлежал кому угодно, только не себе, и прочно, так, что не отодрать без крови, сросся с безжалостным и отрезвляющим «должен».
Должен.
Должен.
Должен.
Звучит как удары, которыми заколачивают крышку гроба, в котором похоронено его, Леголаса, горячее и непокорное сердце.
Зашуршали кусты, и эльф, услышав шум, поспешно отступил на два шага назад, увеличивая расстояние между ними до рамок и правил приличия. Грейнджер отвлеклась. Ох уж эти эльфы. То прижимает к себе и не отпускает, то прытью бежит, только бы никто не увидел, чем они тут секунду назад занимались. Стоило бы прямо сейчас швырнуть в эльфа книгой за купание или демонстративно приподнять мокрую юбку и поспешить во флер, чтобы переодеться и попугать Аниэль видом, в котором она расхаживала по Лотлориэну, но мысли занимало сожаление вместе с неловкостью, будто хотела другого, но отчего же тогда отступила? Чего испугалась?
Буквально в следующее мгновение из кустов выскочил остроухий мальчишка ростом Леголасу по пояс — ребёнок, не обращая внимания на скомканный вид и растерянность парочки, счастливо и весело подбежал к старшему эльфу. Задыхаясь и спотыкаясь, мальчишка выпалил несколько слов на эльфийском, преданно глядя лихолесцу в глаза и сияя, как начищенный пятак. Гермиона перевела взгляд на ребёнка. Не вмешиваясь в разговор, она попыталась выжать мокрую юбку, чтобы она не была настолько тяжёлой, и лишний раз пришла к выводу, что стоит переодеться и как можно быстрее.